Чтение онлайн

Джулия с приглушенным стоном отпрянула и ошеломленно уставилась на Логана, осторожно касаясь губ кончиками дрожащих пальцев. Логан недоумевающе поднял брови и, поняв, очевидно, что репетиция окончательно провалилась, медленно покачал головой.

– Да что это с тобой, дьявол тебя побери? – разъяренно прошипел он.

Джулия отвернулась, нервно потирая руки:

– Могу я хотя бы раз в жизни быть не в настроении? Когда у других бывают срывы, ты на них не кричишь!

– От тебя я жду большего!

– И, вероятно, зря, – резко бросила она.

– Очевидно, так и есть, – пробормотал Логан, буравя взглядом ее спину. Джулия, тяжело вздохнув, повернулась:

– Попробуем еще раз?

– Нет, – раздраженно пробурчал Логан. – Ты и так отняла у меня достаточно времени. На сегодня можешь быть свободна – я займусь с остальными. И предупреждаю: если к завтрашнему дню не придешь в себя, я отдам роль Арлисс. Эта пьеса чертовски много значит для меня, и будь я проклят, если позволю кому-то ее испортить! Джулия виновато потупилась:

– Понимаю. Даю слово, это в последний раз.

– Надеюсь.

– Сказать остальным, что ты просишь их вернуться?

Логан кивнул и взмахом руки отпустил ее. Кажется, на этот раз он по-настоящему разозлился – лицо окаменело, челюсти сжаты, глаза сверкают.

Девушка поспешила уйти. Голова по-прежнему разламывалась, и она потерла виски, стараясь унять боль.

– Миссис Уэнтуорт? – нерешительно окликнул кто-то.

Джулия остановилась. Ей навстречу шел Майкл Фиск, необычайно талантливый театральный художник. Вооруженный лишь красками и кистями, он создавал самые изумительные декорации и задники, которые приходилось видеть Джулии. Директора лондонских театров высоко ценили Фиска и пытались переманить, вынуждая тем самым Логана Скотта платить ему баснословно высокое жалованье. Фиск, однако, с веселой самоуверенностью во всеуслышание объявлял, что его работа стоит любых денег. Правда, многие с ним втайне соглашались.

Но сегодня обычно задорное лицо художника было хмурым, а сам он нерешительно переминался с ноги на ногу. В руках у него был небольшой сверток. Карие глаза умоляюще смотрели на Джулию.

– Миссис Уэнтуорт, – повторил он еще тише.

– Что-то случилось, мистер Фиск? – сочувственно спросила она.

Фиск пожал широченными плечами и еще крепче стиснул сверток.

– Да как сказать… Я кое о чем хотел вас попросить, если не возражаете… – Он громко вздохнул и с сомнением покосился на Джулию:

– Не стоило беспокоить вас. Простите, миссис Уэнтуорт, мне очень жаль…

– Ничего страшного, – ободряюще улыбнулась Джулия, – все поправимо; Позвольте мне помочь.

Фиск с поистине трагическим смирением вручил ей сверток. – Пожалуйста, передайте это мисс Барри.

Джулия осторожно взяла пакет.

– Подарок для Арлисс? Не сочтите за неуместное любопытство, мистер Фиск, но почему вы не можете сами это сделать?

Художник залился краской.

– Все знают, что вы лучшая подруга мисс Барри. Она вас любит и доверяет вам. Если вы отдадите ей это и замолвите за меня словечко…

Джулию наконец осенило:

– Мистер Фиск, – мягко спросила она, – вы неравнодушны к Арлисс?

Майкл, смущенно опустив голову, что-то утвердительно пробурчал. Джулию искренне тронуло такое чистосердечие,

– Что ж, неудивительно. Она привлекательная и милая женщина.

– Самое прелестное, очаровательное создание на свете! – выпалил Фиск. – И так чертовски прекрасна, что я не могу заставить себя подойти к ней. Стоит мисс Барри приблизиться, и у меня подкашиваются ноги, а язык заплетается. Поверьте, она даже не замечает меня!

– Зная Арлисс, – улыбнулась Джулия, – скажу лишь, что вам бы лучше самому признаться ей…

– Боюсь. Как подумаю, что она рассмеется мне в лицо или пожалеет…

– Уверяю вас, она не способна на такое, – поспешно перебила Джулия. – Кроме того, это счастье – привлечь внимание такого человека, как вы.

Майкл нервно ломая пальцы, покачал головой:

– Я не из аристократов, – мрачно пояснил он. – И происхождения не благородного. Ни большого дома, ни модных костюмов, ни карьеры… Она и глядеть на меня не захочет.

– Зато вы хороший человек и талантливый художник, – решительно возразила Джулия, хотя в душе сознавала, что Майкл, возможно, прав. Арлисс всегда легко поддавалась на заманчивые обещания и богатые подарки. За последние несколько лет в ее постели перебывало немало пресыщенных жизнью мужчин, которые беззастенчиво использовали ее для собственных наслаждений, а потом без сожалений бросали. К тому же нельзя забывать о безответной влюбленности Арлисс в Логана Скотта. Арлисс не делала секрета из своего влечения к влиятельным, сильным мужчинам. Если бы только она заинтересовалась кем-то вроде Фиска, серьезным, работящим молодым человеком, который пусть и не может похвастаться богатством, но по крайней мере будет уважать и боготворить ее.

– Я выполню вашу просьбу, – решительно пообещала Джулия. – Даю слово, мистер Фиск.

На лице Майкла отразились облегчение и в то же время отчаяние.

– Спасибо… хотя я понимаю, что все это безнадежно

– Кто знает? Вдруг вы ошибаетесь? – Джулия осторожно похлопала его по плечу. – Сделаю, что в моих силах.

– Да благословит вас Бог, миссис Уэнтуорт, – пробормотал Майкл и, сунув руки в карманы, устремился прочь.

Войдя в артистическое фойе, Джулия сообщила с пристыженной улыбкой:

– Мистер Скотт приглашает вас на сцену. Боюсь, я окончательно вывела его из себя. Прошу у всех прощения.

– Не стоит извиняться, – усмехнулся мистер Кервин. – У всех бывают неудачные дни, даже у таких одаренных актрис, как вы, дорогая,

Джулия благодарно улыбнулась и отвела Арлисс в сторону.

– Не уходи – я принесла тебе подарок.

– Разве у меня сегодня день рождения?

– Это не от меня. От тайного обожателя.

– Неужели?! – разулыбалась довольная Арлисс. – Кто он, Джессика?

– Разверни, и может, догадаешься. Взволнованно смеясь, Арлисс схватила пакет и с детским нетерпением разорвала обертку. Под слоями шелковистой бумаги оказался изящный, тщательно выписанный миниатюрный портрет Арлисс в облике Талии, музы комедии. Художнику удалось передать перламутровое свечение кожи, едва заметный румянец на щеках и нежную улыбку и самое главное – жизнерадостную, искрившуюся весельем природу Арлисс. Правда, он приукрасил модель – сделал фигуру стройнее, а глаза больше, но сходство было бесспорным.