Я, кухня и два дракона
Шрифт:
Дыхание Нивариса стало глубже, тяжелее, грудь приподнялась навстречу моей ладони.
Так невинно — и одновременно так остро.
Я скользнула к соску груди Нивариса, чувствуя, как под кожей напрягаются мышцы. Обвела маленький тёмный ореол и легонько, самыми кончиками ногтей, царапнула сосок.
Ниварис глухо, с надрывом застонал, а его кожа тут же покрылась мурашками.
Мой дракон. Такой удивительно ласковый и безумно чувствительный.
Я скользнула ладонью ниже. С неимоверным наслаждением прошлась по идеальным кубикам пресса, чувствуя, как под кожей перекатываются стальные мышцы, и опустилась ещё ниже.
Через дорожку коротких курчавых волосков — прямо к члену Нивариса.
Я никогда не задумывалась о том, может ли мужской член быть красивым, но сейчас любовалась тем, что видела, и понимала: Ниварис даже в этом идеален.
Медленно обхватив тугой, твёрдый ствол, я скользнула ладонью к головке.
Ниварис вновь застонал, а Дейтар позади с шумом втянул воздух. Я чувствовала, как он придвинулся ближе, и мне стало безумно интересно, как долго мой дракон сможет просто наблюдать.
Осторожно обвела кончиками пальцев вдоль уздечки — и тут же ощутила, как Ниварис, не выдерживая, легко толкнулся головкой члена мне в ладонь. Не в силах сдерживаться, он закусил нижнюю губу и впился пальцами в мех шкуры.
Больше мучить его я не могла.
Мельком кинув взгляд на Дейтара, который смотрел на меня не мигая и тяжело дыша, я наклонилась.
Самым кончиком языка обвела край головки, затем осторожно обхватила её губами и ещё раз, но уже чуть сильнее, прошлась по кругу языком.
Ниварис выгнулся, застонав ещё громче, а я вновь покосилась на Дейтара.
Его глаза горели огнём. И совсем не в переносном смысле.
— Позволь ему открыть глаза, — прохрипел Дейтар, глухо сглатывая. — Ты не представляешь, насколько это возбуждающе.
Я знала.
Чувствовала.
И от этого сама заводилась ещё сильнее.
Но прежде чем сказать…
Я медленно опустилась ниже, заглатывая член Нивариса глубже и одновременно оглаживая его изнутри языком.
Новый стон, выгиб тела, звук разрываемой шкуры под пальцами дракона.
Так же медленно поднявшись вверх, я тихо шепнула:
— Смотри.
Я и сама смотрела.
Опускаясь, заглатывая, посмактывая и играя языком с членом Нивариса, я наблюдала, как он смотрит на меня.
В его глазах было не просто возбуждение и желание. В них был восторг.
Я была для него всем — и это сводило с ума и меня.
Первым не выдержал Дейтар.
Пока я играла с Ниварисом, он подобрался ближе — к моим ступням.
Горячие пальцы прошлись по изгибу стопы, по пальчикам и пяточкам. Он давил, растирал, разминал и нежно поглаживал.
А я… о боги, я даже не подозревала, насколько это может быть возбуждающе.
Сдержать стон было невозможно, как и уверенно удерживаться на коленях.
Дейтар тут же понял это и двинулся дальше — по икрами, по внутренней стороне бёдер, добираясь до моего естества.
Ниварис стонал и извивался от моих ласк, а я сходила с ума от прикосновений Дейтара.
— Мелисса, — хрипло застонал Ниварис, и его член ещё сильнее напрягся под моими губами. — Не могу больше.
А я и сама не могла.
Возбуждения стало слишком много. Мне уже было мало пальцев Дейтара. Я хотела большего. Намного большего.
Я отстранилась, и Дейтар тут же подхватил меня, перекинул мою ногу через бёдра Нивариса — и я медленно опустилась на его член.
Тягуче. Медленно-сладко.
Как же хорошо мне стало, когда я почувствовала, как горячая плоть моего дракона наполняет меня до предела.
И всё же мне было безумно мало.
Я двигалась, скользила на Ниварисе и понимала, что мне чего-то не хватает.
Я повернулась к Дейтару — и он мгновенно понял всё, словно считал мои желания, как буквы с листа бумаги.
Наклонившись к моим губам и даря горячий, полный страсти поцелуй, он скользнул рукой к колечку моего ануса.
В первый миг я испугалась — ведь подобного никогда не делала, но…
— Доверься нам, — тихо прошептал Дейтар с лёгкой коварной улыбкой. — Боли не будет.
И её не было. Тягуче, сладко Дейтар растягивал меня, одновременно лаская грудь и даря страстные поцелуи.
А когда он вошёл и начал двигаться во мне в одном ритме с моими движениями на Ниварисе, я забыла, как дышать.
Мир сузился до ощущений.
До дыхания — горячего, рваного, с двух сторон.
До силы, которая окружала меня, держала, наполняла, словно я оказалась в центре живого пламени.
Я чувствовала их обоих сразу.
Нивариса — глубоко, основательно, как опору, как нечто древнее и надёжное, от чего дрожь расходилась по позвоночнику.
Дейтара — иначе: остро, жадно, будто каждое прикосновение было искрой, вспышкой, обещанием большего.
И между ними — я.
Открытая. Переполненная.
Слишком живая, чтобы думать.
Тело перестало подчиняться мне. Оно само находило ритм, само тянулось навстречу, само сжималось и отпускало, будто знало, что именно нужно.
Каждое движение отзывалось волной, каждая волна — всё выше, всё сильнее.
— Мелисса… — чей-то голос прозвучал будто издалека.
Я больше не могла удерживать это внутри.
Напряжение, копившееся во мне, рвалось наружу, накрывало, лишало воздуха и мыслей.
Жар вспыхнул внизу живота и мгновенно разлился по всему телу — ярко, ослепительно, до звона в ушах.
Я вскрикнула, не сдержавшись, вцепилась одной рукой в Нивариса, второй в Дейтара, словно боялась упасть, раствориться, исчезнуть.
Волны накатывали одна за другой, и я позволила им унести себя, раствориться в этом чувстве принадлежности, близости, единства.
Я была не одна.
И никогда ещё не чувствовала себя настолько живой. И свободной.
Во дворец
Мелисса
Я чихнула.
Сонно приоткрыла глаза — и вновь чихнула.
Солнышко щекотало мне нос, и не чихать было невозможно.
Сладко потянувшись, я осмотрелась.
Кабачок привычно лежал на подушке рядышком, беззвучно посапывая.