Чтение онлайн

Подсушенная степь закончилась, стало появляться больше кустов, а потом и деревьев. Отдельно стоящие акации, вокруг которых крутились худые животные с длинными шеями. Но не жирафы, у этих расцветка была темно-коричневой, а задницы так вообще в полоску, как у зебр. То есть, либо жирафы здесь перекрашенные, либо у окапи шея отросла.

На нас они не реагировали. Даже когда мы проехали всего метрах в тридцати, животное лишь лениво проводило нас взглядом, так и не прекратив чавкать листьями.

Когда деревьев стало больше, и дорога начала забирать вверх в сторону холмов, мы снова ускорились.

Фин, как мне показалось для себя, а не для меня начал рассказывать, зачем его семейство вообще поперлось в такую даль от дома. Словно оправдывался, что отпустил детей без присмотра. Хотя что-то мне подсказывало, что его самый младший сын был раза в полтора старше меня. Это была рутинная поездка — раз в месяц кафферов специально отводят в земли, где растет какая-то особенная травка. Кафферы от нее дурнеют и активно размножаются, а помимо прочего эта травка прекрасно скупается алхимиками на ярмарке. И цветет она исключительно после дождей, которые прошли за несколько дней до моего появления. Которые, видимо, и размыли почву.

Я слушал внимательно, практически не встревая. Надо мужику выговориться и структурировать все в голове. Лучше так, чем мучиться неизвестностью и нервозить, а потом, поторопившись, наделать еще больше ошибок.

А когда мы, наконец, приехали, передо мной уже опять сидел не человек. А мощный, собранный и опасный зверь. Такой каффер уже ни разу не был похож на одомашненную корову. Скорее уж бегемот — с виду все еще добрый, а по статистике самый опасный зверь в Африке. Кто-то когда-то подсчитал, что бегемот убивает в день по человеку. Точнее, раз в восемнадцать часов, но это уже детали.

Мы оказались у подножья довольно высокого холма, покрытого редкими мелкими пальмами, кустиками с разноцветными цветочками и кучей тропинок, явно протоптанных кафферами. Сами звери тоже присутствовали, стадо разбежалось и кружило вокруг, явно опасаясь приближаться к холму.

В чем-то я мог их понять. Некогда ровный и красивый, сейчас он представлял жалкое зрелище. С нашей стороны у него отсутствовал склон, будто какой-то великан-зубастик откусил. И, похоже, проглотил, потому что отвала никакого не было. Наоборот, виднелся черный провал здоровой ямы. На краю которой лежало два мертвых, поломанных каффера.

Фин тут же бросился к краю, первый увидел, что там внизу, и воинственно закричал! Оттуда ответили — устало и обреченно, но уже и с надеждой.

— Будь осторожен, там белкасы, — обернувшись ко мне крикнул старый Бакли, а потом выхватил костяной кинжал и исчез в яме.

Я к этому времени уже зарядил ружье и подходил к краю. Смотрел по сторонам на случай еще какой-нибудь опасности, но кроме кафферов, никого не увидел. Зато почувствовал, что глаза начали вести себя странно. Ощущения такие, словно панорамный вид пропал, а картинка сжалась, словно я уже в оптический прицел смотрю. Одним глазом в него — и все там резко и четко, а вторым все же пытаюсь контролировать окружение, но уже без деталей.

Вскинул ружье, целясь в край ямы. Действительно, будто в прицел смотрю, только кратность забыли добавить. Сделал несколько шагов вперед и заглянул внутрь.

Большая яма, метров за пятьдесят в длину. Часть земли была уже притоптана, а часть провалилась куда-то еще глубже. Здесь, похоже, не просто оползень, здесь и под землей что-то схлопнулось. И, возможно, рукотворное — я заметил обломки камней правильной формы и как будто бы стальных конструкций, торчащих из земли.

Подошел ближе, расширяя зону видимости, и уставился на белкасов. Первая мысль — они точно не родственники белкам. Если только представить, что белки всю жизнь живут впроголодь, а этих целенаправленно откармливали несколько веков. Общего, пожалуй, только смешной носик, наличие лап и шерсти. Дальше сплошные различия: острые клыки с двумя бивнями, костяные шипы на загривке и вдоль позвоночника. Маленькие глазки по бокам широкой (практически расплющенной, как у аллигатора) голове. Еще и будто специально прикрытые плотными наростами на месте бровей.

Монстров было семь штук. Два уже мертвых, истыканных копьями фермеров. Одно такое с наконечником из рога каффера как раз торчало из трупа. И пятеро очень даже живых и агрессивно настроенных. Самый крупный на вид был прилично за тонну веса, остальные чуть помельче. Но все равно под лапами каждого, земля выглядела как после проехавшего катка.

Я наклонился вперед, высматривая, где же семейство Бакли. И обнаружил их у стеночки. Два тоже уже на земле: один с переломом, на втором открытых ран не видно, но мужчина был без сознания. И теперь уже трое (после прихода Фина) на ногах, полукругом защищают прижавшихся к стене раненых.

Глубина метров тридцать. До белкасов — все пятьдесят. Стрелять под углом из незнакомого оружия, неизвестным боеприпасом, по движущейся мишени? Это даже по-спортивному интересно, жаль патронов всего четыре.

Я присел и прицелился.

Выбрал самого здорового, скалящего зубы и рвавшегося на Фина с сыновьями. Монстр дергался вперед, но отскакивал, уворачиваясь от костяных наконечников. У всех Бакли оружие было однотипное, только у Фина — кинжал, а у мужиков короткие копья.

Навел мушку на монстра, поводил по морде привыкая. С такого расстояния целик половину морды перекрывал, а мне нужен был глаз. Белкас, хоть и не белка, но сейчас попасть в глаз будет даже актуальнее. Шкура на вид была слишком прочной, не факт, что получится пробить…

Все! Выкинул все лишние мысли из головы. Прицелился и замер, отслеживая рывки монстра. Белкас прыгнул вперед, тут же отскочил, уворачиваясь от кончика копья. На мгновение замер, перенося центр тяжести и собираясь повторить рывок. И в этот момент я выстрелил…

Все произошло разом. Неожиданно чересчур жесткая отдача, грохот над ухом, морда белкаса, дернувшаяся так, будто по ней битой прилетело, и волна эмоций от прибалдевшего шакраса.

Совершенно новое для меня чувство. Адреналиновая смесь, сдобренная восторгом и удивлением. Словно дух зверя прочувствовал факт атаки, накал концентрации, выход боевого импульса и радость от поражения цели… но ни фига не понял, как все это произошло!

— Да, так тоже можно было… Не все когтями и клыками махать, или что там у тебя… — фыркнул я, надавливая на второй спусковой крючок.

Белкас только вернул морду обратно, светя содранным куском шкуры на лбу. И тут же получил второй раз.

И снова — мимо. Теперь пуля ушла ниже, выбив клык.

А вот ошалевший глаз, в который я хотел попасть, остался целым. И как только белкас довернул морду, уже он нацелился на меня. Монстр начал рычать, поворачиваясь в мою сторону, но тут же захрюкал, получив удар копьем в шею. Вот это я понимаю, командная работа!

Вот только белкасы тоже умели работать сообща. Задний ряд подступил ближе, скалясь на копья, а самый вертлявый развернулся и вполне по-кошачьи прыгнул на стену, карабкаясь за мной. Но и это еще не все — земля в дальнем конце ямы зашевелилась, и оттуда стали выкапываться еще два монстра.

— Это не белки, это кроты какие-то, — прошептал я, перезаряжаясь и отходя от края.

Метрах в десяти от меня уже взметнулась в прыжке темная масса, довольно мягко приземлившись на лапы. Белкас оскалился и, чуть наклонив морду, будто глаза прикрывает, медленно пошел на меня. Взобрался на мертвого каффера, снова оскалился и, прямо видно было, что как его мышцы напряглись, готовые к прыжку.