Чтение онлайн

Я атаковал еще дважды, на этот раз зайдя сзади. Меня встретила стена огня. Мой самолет трясет от отдачи двух пушек и 13-миллиметровых пулеметов. Вижу, что попал в верхнюю часть фюзеляжа и правое крыло, но не могу оторвать рук от гашеток.

Правое крыло у него загорелось, а через некоторое время отвалилось совсем. Тело раненого монстра, закрутившись, понеслось вниз. Длинный черный хвост протянулся за ним. Один из членов экипажа попытался выпрыгнуть с парашютом, но парашют загорелся. Черт возьми! Тело камнем упало на землю.

Чудовищный взрыв, разрушивший фюзеляж бомбардировщика, произошел на высоте 1000 метров. Часть пылающих обломков упала на ферму в 200–300 метрах от аэродрома Цвишенан. От взорвавшихся баков ферма загорелась. На огромной скорости я последовал за своей жертвой и, приземлившись на аэродроме, побежал к месту падения самолета. Там уже собрались люди, спешившие потушить пожар на ферме. Я присоединился к ним, помогал спасать мебель, животных и технику из горящих построек. Дым слепил, сдавливал горло, комбинезон опалило, когда я пытался вытащить из свинарника, охваченного огнем, жирную свинью, которая визжала как бешеная. Наконец дом и коровники спасены.

Обломки «либерейтора» раскиданы по лугу, а в груде дымящихся обломков лежат изуродованные тела летчиков.

На расстоянии 1000 метров я обнаружил кресло командира и переднее колесо. Маленькая фигурка, очевидно талисман, невредимая лежала в кабине.

Через час я приземлился в Джевере. Парни несли меня на руках. Это моя четвертая победа в 164-м боевом вылете, а вообще я поднялся в воздух 1004-й раз с начала учебы у сержанта Ван Дикена.

Дитер сбил свой седьмой самолет и второй тяжелый бомбардировщик. Кроме того, Раддац, Веннекерс и Добрик сбили по «летающей крепости». Значит, всего пять сбитых самолетов без каких-либо потерь.

Я не мог перестать думать об американских летчиках. Когда придет наша очередь? Эти люди такие же романтики неба, как и мы. Сейчас мы разделены барьером войны, но после смерти в воздухе мы пожмем друг другу руки.

Всю ночь лейтенант Герхард и я сидели в моей комнате. Американцы доставляют нам много беспокойства. Мы размышляли о том, что же с ними делать.

Дитер предложил прекрасную идею. Почему бы не разбомбить плотный американский строй, используя наши самолеты как бомбардировщики.

Всю ночь мы рассчитывали скорость и траектории и пришли к одинаковому выводу: желаемый результат может быть достигнут путем одновременного сброса бомб всем звеном на плотный строй американских бомбардировщиков. За этим может последовать традиционная атака с использованием наших обычных возможностей.

«Мессершмитт-109G» способен нести груз весом 500 (250 кг) фунтов. Таким образом, каждый самолет может взять пять [17] бомб по 100 (50 кг) фунтов или одну бомбу весом 500 фунтов, либо кучу маленьких осколочных бомб, таких, какие я сбрасывал на головы Иванов в России.

Нам нужен 15-секундиый взрыватель. Высота для эффективной бомбардировки — 1000 метров. Утром я доложил командующему [18] о нашем плане. Он подумал, что это шутка, и расхохотался. Но наши серьезные доводы убедили его, и он согласился поддержать наш план в штабе дивизии.

Вечером, предварительно предупредив командующего, я полетел в штаб дивизии в Штаде (Stade). Генерал Швабедиссен [19] и полковник Хеншель (командующий истребительной авиацией дивизии) выслушали мой рапорт и согласились помочь.

Затем я представил на одобрение прошение о выделении нам 100 стофунтовых учебных бомб, бомбометательных механизмов для всех типов бомб, средств для загрузки бомб в самолет. Кроме того, я попросил предоставить нам на один час в день самолет для буксировки мишени, желательно «Ю-88». Этот самолет, двигающийся со скоростью, равной скорости «боинга», будет нести мишень, к которой мы станем пристреливаться.

Мои просьбы были немедленно удовлетворены. Полковник Хеншель не отходил от телефона, пока нам не было предоставлено все необходимое.

Мы будем пользоваться каждой возможностью для того, чтобы в ближайшие дни отработать все до мелочей.

Через 48 часов после моего визита в штаб дивизии прибыли три тяжелых грузовика с учебными бомбами. Все остальное нам доставили этим утром.

Тем временем звено проводит учения каждый день. Все мои летчики очень талантливы и опытны, поэтому вскоре мы уже освоили необходимые маневры. Теперь можем лететь крылом к крылу, устойчиво, как единая конструкция. Каждый маневр выполняется четко и аккуратно, включая синхронное приземление группы самолетов.

Для боевых целей мое звено выделено из эскадрильи как отдельная тактическая единица для борьбы с большими группами вражеских самолетов. Мне даже выделили мою собственную систему.

Вечером я и Дитер сбросили первые учебные бомбы на мишень, буксируемую «Ю-88». Результаты далеки от идеальных.

Сегодня мы целый день упражнялись в бомбометании в Цвишенане. Результаты отличные.

Прибыла первая партия боевых бомб. Теперь звено готово к выполнению новых задач.

Наши механики работают как черти, загружая бомбы в самолет как можно быстрее. Они очень стараются, и я доволен их энтузиазмом. Они действительно хорошие парни.

Утром Дитер и я сбросили по четыре учебные 100-фунтовые бомбы на мишень. Моя третья бомба попала точно в яблочко.

Без какого-либо предупреждения в 14.12 поступил приказ на боевой вылет. Нам следует атаковать и перехватить тяжелые бомбардировщики, приближающиеся к побережью. У нас нет времени загрузить бомбы.

Перед тем как закрыть люк, Дитер сказал мне, что хочет сегодня сбить ведущего в строю бомбардировщиков. Я, смеясь, спросил, рисуют ли янки на крыльях своих самолетов знаки отличия.

На высоте 8000 метров в районе Хелиголанда мы встретили врагов. Я вел звено плотным строем во фронтальную атаку.

Я открыл огонь по «либерейтору», находящемуся чуть ниже меня. Он немедленно загорелся и отклонился вправо от строя, рухнув вниз. Я снова зашел на атаку с хвоста, затем провел еще одну лобовую атаку, расстреливая падающий «либерейтор» спереди и снизу. Никогда у меня еще не было такой удобной цели. Вдруг он взорвался и пылающие обломки посыпались мне на голову. На несколько минут я оказался в опасности столкновения с падающим двигателем или с крутящимися, пылающими крыльями. Это означало бы катастрофу для меня. Надо было действовать как можно быстрее, и я стал пикировать вниз. Фюзеляж «либерейтора» прошел всего в нескольких сантиметрах от меня. Самолет упал в море в 30 километрах к юго-востоку от Хелиголанда.