Чтение онлайн

Я медленно просыпалась. Лицо замерзло и, по ощущениям, прилипло к чем-то твердому, а перед носом, красовалась нога в шлепанце. Голова болела так, что я даже не попыталась ее поднять, а левая рука почему-то оказалась парализованной.

— Энджи, ты меня слышишь? Ты что-нибудь приняла? — продолжал голос, звучавший словно издалека. — Сколько времени ты лежишь на полу в ванной?

А, теперь все понятно. Я лежу на кафельном полу. Вот почему я замерзла и отлежала руку, а тапка Дженни почти уткнулась мне в нос.

— Энджи, ты снова проговариваешь свои ответы про себя, вместо того чтобы произносить их вслух?

Ну да.

— М-м-м… — сказала я.

С помощью Дженни и полотенце сушителя, не предназначенного для того, чтобы на нем висли десять стоунов живого веса, поднимающегося с пола со страшным похмельем, я вскоре уселась — вернее, плюхнулась — на унитаз. С готовностью приняв стакан воды, протянутый Дженни (не обращая внимания, что вода из-под крана), я жадно выпила его крупными глотками. Это было моей первой ошибкой.

Когда меня снова вырвало, я медленно выпила второй стакан воды. Дженни только головой качала, сидя на краешке ванны и глядя на меня.

— Слушай, Энджи, я просто поражаюсь, на что ты способна. — Она откинула волосы с моего лица. — Что случилось после того, как я ушла?

— Что случилось? — Я снова закрыла глаза. Не помогло. — Ты хочешь знать, что случилось?

— Да, — сказала Дженни, забирая у меня пустой стакан и наполняя его водой из-под крана. Странно, но вкус все равно был райский. — Я спрашиваю про вчерашний вечер. Как же твое «я никогда не изменю Алексу, пусть у нас и размолвка»?

— Помню, я была не совсем уж пьяной, — обиженно ответила я, сознавая, что это ложь чистой воды. — О чем ты говоришь?

— О твоих с Джеймсом фотографиях! — Дженни скроила глупую мину. — О тех, которые Эрин, Ванесса и Джина прислали мне сегодня по электронке! Я, в общем, не ожидала увидеть тебя здесь. Он уже ушел или ты сразу поехала в гостиницу, когда вы сделали дело?

— О Господи! — Меня неожиданно снова затошнило. — Это не то, что ты думаешь.

— Ты же не сразу приехала, надеюсь? — спросила Дженни с сияющей, как Рождество, физиономией без малейших признаков похмелья.

— Дженни, он гей, — сказала я, уткнув лицо в ладони.

Подруга фыркнула:

— Если он сказал «нет», можешь смело мне признаться!

Я подняла глаза. Изысканная зеленоватая бледность, видимо, добавила внушительности моему серьезному лицу.

— Быть этого не может!

— Это правда.

— Этого не может быть никогда!

— С Блейком.

— Оп-па, прикольно…

— Ничего-то ты не понимаешь, Дженни. — Я стянула с вешалки махровую салфетку, намочила под холодной водой и прижала к лицу. — Что же мне делать?

— Прежде всего принять душ, — сказала Дженни, вставая и задергивая за собой занавеску. — А потом объяснить мне со всеми подробностями, как ты открыла эту потенциальную золотую жилу, эту сочную сплетню, после чего ехать со мной в торговый центр — нужно подобрать Тессе ди Армо наряд для церемонии вручения премий.

— Ты что, правда с ней договорилась? — удивилась я, стягивая пропотевшее платье и становясь под душ.

Ах-х-х, чудесное облегчение от текучих струй!

— Никогда не сомневайся во мне, Энджел Кларк, — сказала Дженни, закрывая дверь ванной. — Давай мойся и через десять минут спускайся вниз.

Десять не десять, но через пятнадцать минут я вышла из лифта с очень хаотично высушенным феном «бобом», наскоро наложенным макияжем и сумкой наперевес. Дженни оглядела мои джинсы, футболку и вздохнула.

— Это не тот ансамбль, в котором стоит попадаться на глаза фотографам, — сказала она, обняв меня за плечи и ведя к машине — А где большая шляпа и темные очки?

Я торжествующе вытащила темные очки из сумки.

— Мы обе одеты одинаково, — возразила я, но это, конечно, было неправдой.

Мешковатые Алексовы джинсы и маленькая розовая футболка от «Американ аппарел» ни в какое сравнение не шли с облегающими, как вторая кожа, «Севенс» и прекрасно сидящей белой футболкой с глубоким острым вырезом. Ладно хоть шлепанцы у нас одинаковые.

По дороге мы взяли кофе со льдом. Я была рада любой причине выбраться из машины-дробь-смертельной-ловушки, а Дженни в восторге от возможности продемонстрировать умение пить фрапуччино за рулем. Поездки мне как раз хватило, чтобы выложить подруге все подробности неловкого момента с Джеймсом и Блейком. Пересказав всю историю в третий раз, я откинула голову и уставилась в безоблачное голубое небо. Глядя туда, я по крайней мере не буду видеть, как Дженни проезжает на красный свет.

— И что ты собираешься делать? — спросила подруга, на полной скорости сворачивая на Мелроуз-авеню. — Ты с Алексом уладила? А с Мэри говорила?

— С Алексом говорила, но разговор не получился. — И это мягко говоря, добавила я про себя. — Надо звонить Мэри, но я все откладываю. Сама она мне еще не звонила. Боюсь, это не к добру.

— Ситуация ясна, дорогая, — сказала Дженни, заезжая на парковку у здания, на вид сплошь поросшего травой. — Тебе нужно сказать ей правду, это все расставит на свои места.

— Я понимаю, но… э-э… не уверена… — Я собрала завитые волосы в свободный конский хвост и обвязала лентой. — Не могу же я его заложить! Сама понимаешь, он это скрывает не без причины.

Дженни резко ударила по тормозам.

— Ты что мне мозги трахаешь?

— Дженни!

— Этот говнюк лапает тебя на людях, позволяет, чтобы фотографии просочились в Интернет, умело ссорит тебя с бойфрендом и ставит под угрозу твою работу, а ты не хочешь нечаянно проговориться, что он новый Клэй Айкен?

Я сморщила нос:

— Вроде того.

— Хороший аргумент.

Дженни перелезла через дверцу кабриолета.

— Да все равно все узнают рано или поздно, — проворчала я. — Мы вообще куда приехали?