Чтение онлайн

На фоне ослепительного великолепия Великой княжны мы все выглядели ничтожествами. У меня вдруг появилась надежда, что женихи обратят свое внимание на более красивых невест, к числу которых я не принадлежала из-за местных стандартов красоты. Практически целиком я пошла внешностью в свою заморскую мать. Прямой нос (против аристократического вздернутого), высокие скулы, удлиненные мочки ушей, пронзительные желтые глаза и, конечно, шесть пальцев на руках вместо обычных пяти. Стоя в тот вечер перед правящей четой, я впервые за всю жизнь порадовалась тому, что в глазах людей больше похожа на экзотического зверя, чем на прекрасную мисс.

Получив разрешение присоединиться к присутствующим, мы вновь смешались с толпой.

– Мадам Люсинда и ее выпускницы.

«Мадам Люсинда и ее…», - начала мысленно поправлять я, но осеклась.

Чтобы отвлечься, я стала нарочито внимательно оглядывать помещение. Мои ожидания увидеть поражающую воображение обстановку не оправдались. Несколько колонн поддерживали выдававшиеся вперед балконы. Стены, как и в холле, были очень скупо украшены праздничными венками. Большие окна, высотой во всю стену, были занавешены плотными бархатными шторами красного цвета, но были такими выцветшими, что казались выкрашенными кровью. Вдалеке угадывались мягкие диванчики и столики со съестным.

Множество девушек нашего возраста жались группками, а мужчины расхаживали вокруг и присматривались, не говоря ни слова. Женихи были абсолютно разными. Я заметила даже ветхого старичка с тростью в богато украшенном камзоле, который судя по всему плохо видел, но внимательно слушал своего слугу, что-то нашептывавшего ему на ухо.

Единственно приятным моментом было то, что на этом невольничьем рынке меня почти не замечали. Огромный мужчина, больше похожий на медведя, чем на человека при виде меня сплюнул. А невысокого роста мсье, тонкий как тростинка, чье гладковыбритое лицо могло бы сойти за девичье, уставился на меня своими большими карими глазами и стоял так некоторое время. Остальные же, если и замечали, то бросали недоверчивый взгляд и, качая головой, отходили. Это при других обстоятельствах могло меня ранить. Однако в тот вечер такое положение дел улучшило мое настроение настолько, что позволило начать наслаждаться происходящим.

– Бал объявляется открытым! – голос Великого князя громогласно разнесся под каменными сводами, вызвав небольшое эхо, которое утонуло в хлынувшей отовсюду музыке.

Не имея желания танцевать, мы с Мелисандрой присели в уголке рядом с журчащим фонтаном фруктового сока. На свой счет я была спокойна, но не могла сказать того же самого о подруге.

– Как тебе новости, Лисса? – спросила я, пригубив сок. Апельсиновый с мятными нотками, он отлично освежал.

– Чувствовать себя тушкой на рынке, из-за которой могут начать торговаться в любой момент, никогда не было пределом моих мечтаний. Но меня это не особенно гложет, ведь родители вскоре после моего возвращения сделали бы также, - она улыбнулась.
– Думаю, что даже тот старец с палочкой будет лучше моего мерзкого рябого кузена.

Я кивнула, внутренне радуясь тому, что подруга не грустит.

– Да и постель с ним делить придется разве что формально.

Лисса усмехнулась.

– Посмотри на его слугу. Он молод и, по всей видимости, умен, раз поднялся так высоко. Старик ведь сделал его своими глазами. Возможно, это даже его бастард. Как бы то ни было постель придется делить с ним.

Мне стало мерзко.

– Я поражаюсь твоему мужеству.

– Это не мужество, я просто постараюсь воспользоваться своими преимуществами.

Я вопросительно подняла бровь. На что подруга надула губки и сделала бровки домиком. Глаза ее увлажнились, будто она вот-вот заплачет.

– Я ведь слабая девушка.

Пока мы разговаривали, закончился первый танец. К нам подошел невысокий мужчина с проседью в висках и пронзительным взглядом светло-серых глаз. Обогнав обладателя, моих ноздрей коснулся запах свежеиспеченного хлеба.

– Дамы, - произнес он с коротким кивком, - я Милихаинд Мист.

– Я Арьянэт Желтосветная.

Все послушники, вступая в орден, отрекались от мирской фамилии. Взамен они тешили гордость основателей и брали вторым именем название ордена. В детстве меня частенько дразнили «желторотой», отчего я не раз поминала глупые орденские порядки «добрым» словом и обижалась на отца.

– Я Мелисандра Боркская, - подруга помедлила и добавила, - из Квентона.

Столица располагалась на круглом острове, окруженном Большим морем, но занимала она лишь пространство в центре. Остальная земля была поделена на четыре обширных пригорода: Борк, Квентон, Ликатарт и Карабуй. Каждый из них давал фамилию древним аристократическим родам. Родители Лиссы, являясь потомками двух древних родов Борка, переехали с насиженного места в Квентон. Мало кто назвал бы подобные сведения важными, но, тем не менее, с теми, кто их не знал, выходила путаница.

Мсье Мист пригласил мою подругу на танец, оставив меня в приятном обществе, наедине с собой. На нависавшем над танцевавшими парами балконе с опозданием расположился певец. Под бодрую ритмичную музыку он исполнял популярные песни, проникшие даже за закрытые двери нашего пансиона. Через несколько танцев подруга вернулась ко мне запыхавшаяся и раскрасневшаяся.

– Рассказывай, - потребовала я.

– Мсье Мист, оказался владельцем «Горячего хлеба», та булочная рядом с пансионом. Он без конца делал комплименты моей внешности не совсем обычным образом: цитировал стихи и строчки из книг, - она закатила глаза. – Ты ведь знаешь мою любовь к чтению подобной литературы, - она налила себе лимонад в свежий бокал и сделала несколько больших глотков.
– В общем, я не могу быть уверенна, что он не придумал половину на ходу. Это вкус лимона?

Напиток в фонтанчике постоянно менял свой цвет, изменяя вместе с этим и свой вкус. Я набрала жидкость в пустой бокал, который беспокойно крутила в руках все это время. Лимонад был густого черного цвета, я неверяще отхлебнула немного и удивленно покивала. Подруга продолжила рассказ:

– Был еще мсье Гловер, ты его, наверное, не видела. Высокий такой мужчина, чтобы разговаривать с ним приходилось постоянно задирать голову. К концу танца мне показалось, что она у меня отвалиться. Немного обидно, ведь весь разговор мы обсуждали погоду и то, какой этот вечер расчудесный. Но стоило начать танцевать с мсье Чигером, как мне стало не до этого. От его плотоядного взгляда мурашки по коже.

– А кто такой этот Чигер?

Подруга усмехнулась.

– Это тот самый слуга.

Мне стало как-то не по себе, и я ободряюще сжала ее руку.

– Надеюсь, его притязания обойдут тебя стороной…

– Дамы.

Я успела заметить, как Лисса поджала губы и усилием сложила их в улыбку.

– Арьянэт, это мсье Лорас Чигер. Мсье Чигер, это мисс Арьянэт Желтосветная.

Я дала себе труд внимательно рассмотреть его. Среднего роста, хорошо сложенный, он имел жидкие серые волосы, собранные в пучок на затылке. Плоские черные глаза пристально следили из-под серых же кустистых бровей. Курносый нос и огромный, будто лягушачий рот довершали портрет.

– Позвольте пригласить Вас на танец, мисс Желтосветная.

Я вздрогнула. Протянутая рука оказалась холодной и влажной.

– Позвольте выразить мое восхищение Вашей необычайной красотой, - заметил он, когда мы начали кружиться в танце.

– Благодарю Вас, мсье.

– Я выбираю невесту своему престарелому отцу.

Неожиданная словоохотливость этого неприятного человека поставила меня в тупик. Вежливость вынудила меня продолжить разговор.

– Простите мне мое любопытство, мсье Чигер. Но как вышло так, что, являясь его наследником, Вы выбираете невесту ему, а не себе?