Я назову твоим именем сына. Книга 2. Юлия
Шрифт:
— Когда тебе вызвать такси, Наташа? Сейчас или чуть позднее? — спросил он, наливая ей и себе дорогущий коньяк. Достал коробку её любимых конфет.
— Я думала, ты оставишь меня ночевать, — она приняла от него бокал с коньяком, коробку с конфетами и удобно расположилась на мягком, роскошном диване, стоявшим рядом с мандариновым деревом, — раньше я всегда у тебя ночевала, в гостевой комнате. Она знала - он любит спать один, ему это было необходимо, иначе он не мог, как следует отдохнуть, выспаться.
— Но ты же хотела пойти к ребенку? Тебя ждут мать и дочка.
— Леонид, ты не хочешь, чтобы я у тебя осталась ночевать?
Он пожал плечами подразумевая - делай, как хочешь. Она хотела съязвить, сказать: «Получил то, что надо и до свидания, Наташа!» — но, как всегда, не посмела. В сумочке лежала заветная карточка и от её поведения, зависело, будет она пополняться или нет.
— Так вызвать тебе такси? — еще раз, настойчиво, спросил Леонид.
— Нет, я хочу остаться с тобой! Мы так давно с тобой не виделись! Я же люблю тебя, Леонид! — принесла она с придыханием и крепко прижалась к нему, так крепко, что он ощутил её упругие грудки.
— Любишь? Очень - очень? — Он, хитро прищурившись, взглянул на неё, — а кто тот красивый парень, с которым ты стояла на остановке?
Ухнуло и гулко забилось сердце: он видел её с Владом! Что теперь делать? Мозг лихорадочно просчитывал варианты: соврать, что это двоюродный брат? Он не поверит. Ну, не дурак же он, в самом деле. Сказать правду, значит лишиться поступлений на карточку, возможно, навсегда. Что делать? Что делать? — пульсировал в голове. Она решила сказать правду. Конечно, не полностью, не признаваться в том, что она спала с Владом, сказать полуправду:
— Да! Есть такой парень, Влад его зовут. Влюбился в меня без памяти и хочет на мне жениться. Не знаю, что делать, может быть, действительно, выйти за него? Ты же не любишь меня! Просто встречаешься со мной, когда тебе захочется, а он меня любит! Любит искренне! Что мне делать Леонид? Скажи, пожалуйста! Ты умный человек, ты найдёшь правильное решение для меня.
— Хочешь, чтобы я подсказал тебе правильное решение? — он глотнул коньяк, сел рядом с ней на диван, пристально взглянул на неё, так, что ей почудилось - он видит её насквозь, слышит все её потаённые мысли, и, конечно же, понимает, что она встречается с ним только из-за денег. Он показал ей другую жизнь и, теперь, она, точно отравленная наркотиком, не могла существовать в её сегодняшней, настоящей реальности, в которой живёт основная масса людей. Но, что ей до людей! Она не может и не хочет жить, как все в её окружении. «Не хочу!» — мысленно, беззвучно прокричала она в пространство, словно обращаясь к высшему существу - оно услышит её крик, и всё будет так, как она захочет. «А как я хочу? — так же мысленно задала она вопрос и ответила сама себе, — Я хочу, чтобы у меня просто было много денег и всё! В моей ситуации, я завишу только от него - от Леонида. В остальном - свобода! По крайней мере, пока я ему интересна. Но, даже если он, совершенно охладеет ко мне, то всё равно будет обеспечивать меня и нашу дочь материально - для него это сущие копейки. Просто надо вести себя правильно! А, я знаю все правила его игры! — она очнулась от нахлынувших мыслей и эмоций, тряхнула головой, словно сбрасывая наваждение. Она кивнула:
— Да!
— Правильное решение! — он сделал ещё глоток, подержал коньяк во рту, наслаждаясь изысканным вкусом, — думаю, правильно для тебя будет, если ты выйдешь за него замуж. Вы заживёте однообразной, скучной до безобразия, жизнью основной массы населения: утром на работу - вечером с работы, раз в год в отпуск, в какой-нибудь захудалый отелишко. Может быть, наплодите одного-двух ребятишек, больше-то вам не поднять. Ты рано постареешь, растолстеешь, будешь носить дешёвые вещи и незаметно превратишься в толстую, сварливую, вечно всем недовольную тётку. Вот твои перспективы! Не самые плохие, скажу прямо. Все так живут, и ты так будешь жить! Нормально! Сойдёт! Так будет правильно для тебя! Для тебя, но не для меня и не для дочери. Если ты выйдешь за него замуж, я прекращу твоё финансирование в ту же секунду, ты это прекрасно знаешь. Твоё содержание ложится на твоего мужа, и я к этому не буду иметь никакого отношения. Пусть твой муж содержит свою семью, Я не причём, и не имею отношения к вашей семье.
— А как же дочь? — тревожно воскликнула Наташа, — к ней ты имеешь отношение?
— На неё буду давать деньги. На её одежду, питание, на учёбу, но только строго, по чекам. Ты меня знаешь - строгий отчёт и контроль! Я не собираюсь содержать тебя и твоего мужа и ваших последующих детей, если они у вас будут. Вот такой мой расклад! Да, и ещё одно моё условие: при моём желании, мы будем встречаться с тобой, заниматься сексом. Будешь ты оповещать мужа об этом или нет - это твоё решение! Вот такие условия. Устраивают тебя мои условия - пожалуйста, выходи замуж. Я не буду мешать, но на деньги от меня не рассчитывай, я не финансирую чужих жён.
— Ну, хорошо, ты не финансируешь чужих жён, Леонид, зачем тебе спать со мной, с чужой женой? Просто будешь помогать дочке. Я буду покупать ей одежду, еду, оплачивать обучение и высылать тебе чеки. А, ты возвращать мне деньги? Если так, без секса со мной? Ведь это будет справедливо? Зачем тебе чужая, использованная женщина, как ты выражаешься.
Он покачал головой:
— Я тебе сказал свои условия. Ты знаешь, я два раза не повторяю.
Она знала.
— Леонид, есть ещё какие-нибудь варианты кроме этого?
— Есть ещё один. Ты выполняешь мои правила: спишь только со мной, не заводишь знакомств с другими мужчинами. Ты знаешь - я, рано или поздно, всё равно узнаю об этом. И не надо уверять меня, делая честные глаза, что ты не спала со своим красавчиком!
У неё похолодела в груди: он знает! Не удивлюсь, если его люди тайком поставили в квартиру Влада камеры скрытого наблюдения, и он всё видел! Какой ужас! Её, вдруг, бросило в жар, к лицу прилила кровь, казалось, стоит дотронуться до её щёк и можно обжечься. Она, не отвечая и не возражая, проглотила коньяк и протянула ему бокал:
— Налей ещё!
Он взглянул на неё, чуть улыбнувшись уголками губ, видимо, понял её смятение и продолжил:
— Меня не контролируешь - с кем я, когда и как, не требуешь жениться на тебе. Я женат и разводиться не вижу смысла. Встречаешься со мной, когда я тебя приглашаю. Не ограничиваешь общение с дочерью - это второй вариант моих условий.
— Лёня, — как можно вкрадчивее и ласковее, почти мурлыкая, произнесла она, — но ты же не сказал, что я буду получать от второго варианта. То, что я должна делать - я поняла, а что я буду иметь? У тебя будут какие-то обязательства передо мной?
— Ты всё прекрасно знаешь, не надо строить из себя дурочку.
— Я предполагаю, но не знаю точно. Я бы хотела чёткости: я то-то и то-то. А ты мне взамен то-то. Может быть, заключим двусторонний договор? Обозначим наши обязательства? — как бы в шутку предложила она, но надеясь (чуть-чуть) а, вдруг, он согласится.
— Ага, — криво усмехнулся он, — ещё скажи: «Заключим договор и заверим его у нотариуса!»
— Было бы неплохо, — она попыталась отстоять свои интересы, как бы в шутку, но его не интересовало её мнение, он продолжил:
— То, что взамен, лежит у тебя в сумочке - карточка с неограниченным лимитом. Покупай что хочешь - себе, дочери, но не посторонним людям. Он, вдруг, подхватил её мысль, — значит, ты ещё хочешь, чтобы мы заключили официальный договор и заверили его у нотариуса, — ехидным голосом уточнил он.
— Я бы не отказалась, — она, поняла по его голосу, что надеяться не на что. А, вдруг? Ей хотелось в это поверить! — Она с надеждой посмотрела на него, - может быть, и правда они заключат договор, заверят его у нотариуса и у неё будут, хотя бы, какие-то права.