Чтение онлайн

В реальности. Во внутреннем хранилище прошло добрых два месяца. У меня даже борода успела вырасти — виртуальная, но все же немного странно видеть себя обросшим.

— А мне нравится, — сказал Лора, щупая мои виртуальные волоски. — Ты так даже немного похож на Романова…

— На какого? На старшего, или на младшего?

— Тьфу! На младшего, конечно! Так, — и она хлопнула в ладоши. — А теперь проверим, что у нас получилось.

И Лора, потирая ладошки, подошла к карапузам. В руках у нее была наковальня как из какого-то мультика. Подняв ее над колыбельками, она дьявольски расхохоталась.

— Лора…

— Что?! — и наковальня исчезла. — А как ты еще собрался проверять их защиту на внешние воздействия? Только атаками, дорогой, атаками!

Я скептически посмотрел на карапузов — на двух угукающих комочков, пахнущих молоком, которым еще и пары дней не исполнилось.

— И что… И как…

— Как как! — всплеснула Лора руками. — По всякому! Начни с обычного шлепка по попке!

Скептически поджав губы, я взял Виктора. Только оказавшись у меня на руках он попытался схватить меня за нос. Увернувшись, я перевернул его и ленько шлепнул по заднице.

И ничего. Моя рука просто замерла в паре сантиметров от нее, словно натолкнувшись на препятствие. Виктор по-детски загыгыкал.

— Так… А вторая?

С Аней вышла та же история. Ни отшлепать ее, ни ущипнуть у меня не получилось. Девочка таких «обнимашек» не оценила и, сурово сдвинув еле отросшие бровки, пнула меня пяточкой. А вот это я почувствовал — даже печати напряглись. Несмотря на блокировку других сил, защита работала в обе стороны. И защищая щиты еще неплохо били в ответ.

— Получил! Папаша! — хихикнула Лора. — Теперь держись! Ремнем не напугаешь!

— Я и не собирался, — буркнул я, укладывая малышню обратно в кроватки. — Но бить их по серьезному как-то…

— Ничего у тебя не выйдет дорогой. Я отвечаю! Хоть бей их молотом, хоть стреляй, хоть бросай в пропасть, они почувствуют только легкий шлепок по попе! Давай, вон видишь гирю на полу? Давай-давай, Кузнецов, пока мамки не видят!

Во внутреннем хранилище.

Валера был недоволен. Нет, Валера был просто зол. Это же надо…

— Защитили остров, и без меня… — скрежетал он зубами, расхаживая туда-сюда по городу. Вокруг были одни разрушения, и при взгляде на каждый кратер на асфальте, на каждое обрушившееся здание ему казалось, что ВОТ ЗДЕСЬ-ТО точно был тот самый сильнейший враг! Здесь точно был настоящий бой, а не там, где его заставили тратить время впустую! Он должен был быть здесь! Здесь!

Но увы… Какой-то другой ловкач победил самого сильного врага, а не Валера.

— Не прощу! — рычал он, и вдруг, уловив взгляд прохожего, смутился. Ему показалось, что на него посмотрели с укоризной, мол:

«Вот идет, трус. Все нападение где-то прятался. Тоже мне король,» — слышалось ему, и Валеру аж перекосило от стыда. Где-то рассмеялась группа людей, и ему показалось, что смеются над ним.

Нет, не показалось. Он знал, что смеются над ним!

Навстречу ему попалась мамаша с девочкой. Хмурый взгляд женщины просто вопил:

«Небось в сортире прятался, да, герой?»

«Мама, а почему дядя, напрудил в штанишки?»

«Не смотри на него доченька, этот дядя просто обычный ссыкун».

— Я не сыкун! — зарычал Валера на всю улицу. — Это все Кузнецов! Он заставил меня бегать по этим проклятым Парижам и Лондонам!

Мамаша с дочкой приросли к месту. Их глаза были испуганные, однако четко говорили Валере:

«Чего разорался, ссыкун? И не стыдно перед Кузнецовым?!»

И снова взрыв смеха. Весь красный от стыда Валера кинулся прочь. Пробежав переулок он снова оказался на людной улице, где на него снова посмотрели с неодобрением. Даже маленькая собачка на руках у дамы была недовольна.

«Посмотрите на него! На ссыкуна! Прятался в этих своих Европах, пока мы тут страдали! Позор! Позор!»

Весь вне себя от отчаяния Валера кое-как добрался до здания Администрации. Едва завидев его, бойцы окружили его и принялись хлопать по плечам:

— Валерий Михайлович! Ну вы дали им прикурить!

Валера обиделся.

— Никому я не давал прикурить! Я был занят, дрался! Пустите!

И он прорвался в здание. Все, кто попадался ему на пути пытались зачем-то льстить ему, мол, он сделал какое-то большое дело, поставив на колени Англию с Францией, но ему было плевать на их пустые разговоры.

Ему нужен был проклятый Кузнецов, который так жестоко обманул его! Заставил захватить две страны, и все только для того, чтобы отвлечь от самой настоящей битвы! Чтобы не дать ему почувствовать себя счастливым!

— Миша, ты где? Нам нужно поговорить!

Поняв, что Кузнецов где-то прячется, Валера сунулся во Внутреннее хранилище. Но тут же наткнулся на Тари. Она ему улыбнулась — в глазах ни тени осуждения.

— Устал, Валера? — спросила она, подойдя. — Наверное, тебе тяжело пришлось?

На вопрос нужно было срочно что-то отвечать. Кузнецов мигом покинул его голову.

Валера хотел пуститься в красочное описание того, как он таскал короля Англии за бороду, нарезая круги вокруг Биг-Бена, а потом перевел там стрелки на пару часов назад, чтобы попить чай в правильное время, но тут припомнил слова Лоры о том, что женщинам нравится, когда их хвалят, даже если ты врешь или немного перебарщиваешь с похвальбой.

Валера крепко задумался. Дело в том, что Тари была настолько красива, что перехвалить ее было сложновато.

— Валера, а, Валера? — маячила у него перед глазами Тари. — Ты чего завис? Со мной что-то не так?

— Погоди, — буркнул он, пытаясь придумать хороший комплимент. — Тари, у тебя такие большие…

— Что? — тут же нахмурилась она. — У меня что-то на лице?

— Эээ… нет. В смысле, да. В смысле…

— А? Волосы?

— Нет, я имею в виду, ты такая… и у тебя такие яркие…

— Ой, наверное, переборщила с тушью. Ты это хотел сказать?

— Нет, — и Валера заскрежетал зубами. Ох, лучше бы он терпел насмешки от людей на улице, но только не смущал Тари. Она уже стояла вся красная. — Я про твое платье! Да, платье!