Чтение онлайн

— Хорошо, — говорю тихо. — Я согласна. Но пока не готова назвать своё условие.

Он выдыхает так, словно от моего ответа зависела его жизнь. Глупость, конечно. Наверное, просто надоело со мной бороться. Но он не знает, что это — только начало, и я найду ещё способ испортить ему жизнь.

— Но я бы хотела всё-таки иметь возможность говорить иногда «нет». — В его взгляде тут же вспыхивает прежняя злость, и я спешу пояснить: — Я могу себя плохо чувствовать.

Он вздыхает, опускает руку на кресло в опасной близости.

— Я ведь не зверь, Мила, — произносит тихо, глядя в глаза. — И уж тем более мне не нужная послушная кукла. Я просто хочу, чтобы ты была добрее ко мне. Я же не сделала тебе ничего плохого.

— Сделали, — возражаю упрямо, глядя как его ладонь застывает в сантиметре от моей ноги. Сердце пропускает удар и замирает в страхе, но я не могу, не хочу молчать. — Если вы бы не купили поместье, то я…

— Никогда больше его не увидела. — Его ладонь всё-таки ложится на мою коленку, и я вздрагиваю. — Потому что во всём городе не найдётся больше дурака, который купил бы его для тебя.

Я хмурюсь, не желая верить его словам. Купил для меня? Бред.

— Но вы…

— Мне не нужен был этот дом, — признаётся он, скользя ладонью вниз, к ступне, а следом по коже растекается жар. — И ребёнок с даром мне тоже не нужен. Я женился бы на тебе, даже если бы ты была бесплодна. Потому что я люблю тебя.

— Любите? — Я тихо смеюсь, с каким-то тайным злорадством, глядя как он вздрагивает при этом. — Не уверена, что вам знакомо это чувство.

— Знакомо, и я собираюсь научить этому тебя.

Замершая было ладонь продолжает свой путь вниз, и я быстро сглатываю, чтобы смочить пересохшее вдруг горло. Наверное, он пользуется какими-то особыми духами с феромонами, потому что мне нравится то, что он делает. И за это я ненавижу его ещё больше.

— Невозможно заставить человека любить, — цежу, сквозь стиснутые зубы, а голос отчего-то звучит хрипло.

— Хочешь проверить? — усмехается он так, словно уже победил. — Ты ненавидишь меня, Мила, но это тоже чувство. И из него можно выжечь искру любви. Куда хуже дело обстоит с безразличием.

— Так вы верите, что от ненависти до любви один шаг? — спрашиваю, и губы сами растягиваются в улыбке.

Надо же. Такой большой, а в сказки верит.

— Один или тысяча. — Генри пожимает плечами. — Не важно. Обещаю, мы пройдём их все.

А я не могу понять, на что это больше похоже: на обещание или угрозу. Но он говорит так уверенно, словно делал это уже не раз, что я почти верю ему. Верю и пугаюсь, потому что не хочу этого.

— Думаю, ты сейчас не в том состоянии, чтобы возвращаться обратно. Я скажу гостям, что тебе стало плохо. А ты пока можешь отдохнуть.

Он убирает ладонь, и с моих губ срывает разочарованный вздох.

— Свадьба будет через три дня. Если не хочешь заниматься организацией, то я всё сделаю сам.

Генри так резко меняет тему, что я теряюсь. Открываю глаза, растерянно глядя на него, и только потом понимаю. Первый порыв — отказаться, но я вовремя сдерживаю его.

— А сумма…

— Не ограничена. В разумных пределах, разумеется.

А это он зря. Прежде я не была транжирой, но никогда не поздно начать.

— Но это завтра.

Он подхватывает меня на руки так быстро, что я даже не успеваю возразить. Напряжённо замираю, стараясь не прижиматься к его груди слишком близко, и слышу раздражённое:

— Камилла.

И тут же вспоминаю наш уговор, а особенно то, что будет в случае невыполнения. И пусть мы пока ещё не женаты, но в его «о разводе можете забыть» я слышу отголоски угрозы никогда не отпускать меня.

Вздыхаю обречённо и осторожно прислоняюсь к нему, но руки складываю на животе, не желая облегчать Генри задачу.

Мы молчим всю дорогу, каждый думая о своём. А когда он шагает с лестницы в коридор второго этажа, я понимаю, что угадала и «цветочная» комната действительно моя. Генри пинком открывает дверь и осторожно сгружает меня на кровать, но уходить не спешит, замирая в опасной близости.

— А…

— Что-то не так, Мила?

В его глазах вспыхивает отголосок прежней злости.

— Я бы хотела другую комнату, если можно.

Говорю и замираю, ожидая его ответного рыка. Но он лишь вздыхает устало.

— Это гостевая комната на время пока мы ещё не женаты. Потом ты переедешь ко мне.

А я только сейчас понимаю, что так и не выторговала себе отдельную комнату. И свободный от него день тоже. Впрочем, именно это может стать моим условием.

Генри быстро касается моих губ и отстраняется.

— Отдыхай. Я скажу, чтобы до вечера тебя не беспокоили.

Когда дверь за ним закрывается, я встаю и крадусь на цыпочках, чтобы обнаружить, что замка нет. Прекрасно. Есть ещё вариант с магической защитой, но не уверена, что смогу что-нибудь наколдовать сейчас. Поэтому просто скидываю платье прямо на ковёр, вытаскиваю шпильки и забираюсь в кровать, сворачиваясь клубком под одеялом.

Мне опять снится прошлое. Моя спальня и тёплая мамина ладонь, гладящая по голове. Тихий ласковый шёпот над ухом:

— Камилла.

Сонно вздыхаю, не желая просыпаться, и старательно жмурю глаза. С отчаяньем понимая: хочу обратно, в прошлое.

Где же ты, мамочка? Почему я не разбилась вместе с вами? Зачем мне это всё теперь?

И снова слышу тихое:

— Просыпайся, девочка, мне нужно тебе кое-что сказать.

Сердце на миг замирает. Неужели она явилась мне? Я не набожна, но сейчас готова поверить в чудо. Во всё, над чем раньше смеялась, лишь бы это оказалось правдой.

Резко открываю глаза, чтобы понять — не она.

В комнате сумрачно, но это не мешает мне узнать в сидящей на кровати женщине Терезу. Она ласково улыбается и шепчет виновато:

— Прости. Мы, к сожалению, не сможем присутствовать на свадьбе. Альберту стало хуже. У него опять проблемы с сердцем. Поэтому я хотела бы отдать тебе подарок сейчас.

И сон тут же как рукой снимает.

Я сажусь, подтягивая колени к груди, а волосы водопадом падают на плечи.

— Это из-за меня, да?