Чтение онлайн

— У нас три вида лаваша, но технология не особо отличается. Сырный — это стандарт. Кладем на поверхность, зрительно делим на 3 части, на первую треть кладем соус, смазываем, ждем 15 секунд, чтобы он слегка впитался в лаваш; в это время прикидываем количество порций, смотрим на очередь и срезаем нужное количество курицы на глаз. У нас две порции, значит, примерно вот столько. Видите, на вертеле все нанизано кусками? Половина одного куска — это как раз две порции. Мы кладем много мяса, поэтому у нас много постоянных клиентов. С опытом все придет, и будете резать уже на глаз. Рубим двумя ножами — один прямо, другой под углом, вот так. Если уже нарубили, то, конечно, этот этап пропускаем. Если нет, следим, чтобы соус не лежал дольше 15-20 секунд. Теперь следим за выкладкой. Мясо выкладываем в два этапа: до и после овощей. Заворачиваем край...

Адилхан делал все очень быстро, но на объяснения ушло время, поэтому первая шаурма была готова только через три минуты. Маша судорожно пыталась все запомнить, но это оказалось сложнее, чем она думала. Особенно на этапе заворачивания лаваша. Его обязательно нужно было слегка растягивать перед каждым заворотом, а это уже сродни ювелирной работе. По словам мастера, лаваш очень легко рвется, а одна, даже самая небольшая пробоина уже считается браком. Помимо непосредственно приготовления, девушка старалась держать в уме и предварительный этап, когда Адилхан надел перчатки и запустил гриль. Также она следила, как, чем и когда он вытирает рабочую поверхность. Во время приготовления первой порции на стол упало немного соуса, капусты и мяса — все это исчезло перед тем, как на поверхности оказался второй лист лаваша, уже для второго клиента. Вторую порцию мастер готовил молча и очень-очень быстро — на все про все ушло где-то полминуты.

Когда каждый рабочий получил по горячей шаурме из гриля, и все они удалились от палатки, Сурен пригласил первого кандидата к столу, и тот начал готовить. Маша старалась не запоминать, как именно он все делает, чтобы не запутаться. В уме она по-прежнему держала технологию Адилхана. Но от ее внимания не ушло, насколько быстро соперник приготовил свою шаурму. Это как раз был тот самый мужчина, который имел опыт работы на черноморском курорте. Неудивительно, что у него такая скорость.

Двое других мужчин тоже справились довольно быстро. Маша стояла в хвосте, поэтому ее черед наступил в последнюю очередь.

Подходя к столу, она вдохнула жаркий воздух. Сурен дал старт — и понеслось.

Первым делом девушка надела перчатки, которые лежали в специальной корзинке, в отсеке под хромированной рабочей поверхностью. Специальной тряпочкой вытерла со стола все, что оставили трое других кандидатов, протерла еще одной, а затем уже насухо — третьей. Включила гриль на таймер. Сменила перчатки. Бросила лаваш на стол. Соус, 15 секунд. Мясо. Где-то 1/4 часть от куска, коих множество громоздилось на вертеле. Два ножа: один прямо, другой наискосок. Порубить мясо на специальном противне, разделить на две порции. Первую сразу, вторую после овощей. Потянуть край лаваша, завернуть, потянуть еще раз, завернуть... Гриль. Весь мир остановился. Присутствующие превратились в размытые пятна, голоса, звуки улицы — все стихло.

Снова убрать со стола. Снова сменить перчатки.

Короткий сигнал гриля — единственный звук среди белого шума. Вынуть готовую шаурму, положить низом в бумажный пакет, сверху — целлофан, обернуть двумя салфетками. Соус — по желанию, можно и без него.

Наконец окружение, все звуки и запахи вернулись.

— Всем спасибо, — поаплодировал Сурен. — В течение часа подведем итоги. Если вы приняты, я сам вам позвоню. Всем хорошего дня.

Конкурс на место мастера по шаурме закончился совсем не так, как ожидалось. Маша понятия не имела, каковы ее шансы, учитывая, что на готовку у нее ушло больше времени, чем у остальных. Она справилась где-то за три с половиной минуты, когда самый медлительный из мужчин уложился в полторы. Ей очень хотелось получить эту работу, что-то подсказывало, что именно в шаурмечной Сурена ее поджидает успех, но шансы, казалось, утекали с каждой минутой, пока девушка брела домой.

Когда внезапно зазвонил телефон, она аж подпрыгнула на месте. Сурен. Она остановилась как вкопанная. Сердце неистово колотилось в груди.

— Да, Сурен?

— Мария, вы приняты на работу, — коротко и просто сказал он.

— Я? — она аж опешила. — Как так?

Сурен рассмеялся:

— Единогласным решением. Адилхан выбрал вас еще до того, как попробовал шаурму. В ней, кстати, есть нюансы, но это поправимо. Главное — вы единственная из всех, кто ни разу не ошибся в технологии. И речь не только о самом продукте, речь о стандартах моего заведения. Вы сменили три пары перчаток и оставили после себя кристально-чистую поверхность. Это основа работы. Мы не сказали об этом заранее, чтобы наглядно оценить чистоплотность каждого кандидата. По этой части вы лидер с огромным отрывом. Все остальное придет с опытом. Крутить лаваш и правильно рубить мясо мы вас научим, это не проблема. А еще в вас видно огромное желание. По моему опыту, это залог самой вкусной шаурмы.

— Уиии! — взвизгнула девушка на всю улицу и радостно подпрыгнула в воздухе. — Я быстро учусь, вот увидите. Спасибо вам! Когда я могу приступать к работе?

— Не раньше, чем через три дня. А вот к практике хоть сегодня.

— Тогда я бегу назад!

Сурен снова рассмеялся:

— Адилхан уже ждет.

В тот день Маша стажировалась на раскаленной кухне до самого начала ночной смены, ведь шаурмичная работала круглосуточно. Когда время стажировки подошло к концу, Адилхан тезисно рассказал, как закрывать смену. В числе обязанностей была и уборка помещения, которая включала не только чистку поверхностей, но и полноценное мытье полов. Девушку никто не просил хвататься за швабру на стажировке, но она, увидев пятна на кафеле, сама пошла в уборную и нашла там все необходимое: ведро, канистру с хлоркой и прочие принадлежности. Адилхан только развел руками, когда она начала намывать полы в пустом зале.

— Маша, э! Я ж тебе только перечислил обязанности, а ты уже схватила ведро! Пол может помыть Надира.

— Может Надира, а могу и я. Мне не привыкать мыть полы, — не поднимая головы, парировала Маша. — Тем более, здесь помещение маленькое — долго что ли пробежаться шваброй?

Когда она закончила с уборкой, Адилхан осмотрел поверхности и довольно хмыкнул:

— Чистота — это очень важно, Маш. Мне нравится твоя ответственность в этом плане. Сурену расскажу, как прошел день — он тоже будет рад. Завтра жду тебя к двум часам дня. Есть еще некоторые моменты по части готовки, которые нужно поправить, плюс попрактикуешься в скорости.

По дороге домой девушка думала, что по-хорошему ей надо переехать в коммуналку до того, как ее примут на работу в палатку на полный день. Иначе у нее просто не будет времени на переезд. По ее прикидкам, оставалась всего пара дней форы, а комната еще совсем не готова. Работы там оставалось — непочатый край. Маша решила позвонить Наталье и спросить, можно ли прийти и убираться в комнате ночью.

— В любое время, Маха! — заявила женщина и закашляла в трубку. — У нас тут рано никто не ложится! — Она расхохоталась в трубку, а затем заорала: — Черт бы тебя побрал, Пантелей! Уже ж ночь на дворе… Лизок! Лизок, твою медь! Иди сюда, ты посмотри, что делается!

Маша поняла, что Наталья просто забыла нажать на сброс, поэтому завершила вызов сама. Ей нужно было забежать на квартиру к узбекской семье, проверить кота, дать ему еды и убрать лоток. За ним там наверняка ухаживают, но было бы полнейшим скотством принимать это как должное.

Как она и предполагала, кот ни в чем не нуждался. Ему скормили грамм 200 куриной печенки, а к моменту прихода хозяйки он уже мирно дремал на коленях у дяди Бекзода. Тот пел ему колыбельные и ласково чесал пуходеркой. Маша убрала лоток, сменила воду в миске, под ворчание Асмиры положила в холодильник купленные по дороге продукты и затем помчалась на уборку в коммуналку.

Работы было невпроворот, однако, девушка приятно удивилась, увидев, что кровать уже вынесли. Теперь запах был не настолько едким, хотя пахло по-прежнему ужасно.

— Доброго вечера, Машенька, — кротко улыбаясь, поздоровался дядя Юра, который, как и в прошлый раз, сидел на кухне и пил чай. — Вы садитесь, я вот тут чайку заварил с чабрецом, да и бараночка у меня есть. Угощайтесь.

Мужчина засуетился на кухне, его руки дрожали, когда он наливал чай в кружки. Он производил впечатление самого добропорядочного человека, и Маша очень радовалась, что у нее такие хорошие соседи.