Чтение онлайн

В один из дней, убирая в подъезде, Маша решила узнать у Натальи, возможно ли снять комнату в их коммуналке или в какой-нибудь другой. Денег на аренду у нее пока не было, но она чувствовала, что пришло время хотя бы навести справки. Наталья всегда была в курсе всех дел, поэтому точно обладала информацией, есть ли где вакантное жилище.

— Не, — ответила женщина, закуривая сигарету, — ты, Мах, не в том месте ищешь. Коммуналка — это же как община, как большая семья. Найти комнату на съем практически невозможно. Здесь люди живут десятилетиями и, когда приходит время, просто отдают концы. Так что съезжают отсюда чаще всего вперед ногами, а не по своему хотению. Вдобавок ко всему, жильцы сами решают, хотят они сдать тебе комнату или нет. Ну, конкретно тебе, конечно, сдали бы без вопросов, ты девушка приличная, интеллигентная. Считай, комната уже твоя, но загвоздка в том, что ты ее хрен найдешь! Такие вот дела, Маха!

Женщина зашлась сиплым смехом, а потом закашлялась и сплюнула на площадку, где Маша только что прошлась тряпкой.

Ответ Натальи немного сбил Машин позитивный настрой. Все-таки она до последнего надеялась, что хотя бы одна комната да пустует. Иногда у девушки возникало тревожное ощущение, что из-за статуса сироты и воспитанницы детского дома теперь вся ее жизнь обречена на бескровную и бессемейную жизнь. Но она быстро брала себя в руки и настраивалась на положительный лад. Иначе просто не сдюжить.

Очередное утро в магазине начиналось, как обычно, спокойно и размеренно. Заместитель управляющей Валера курил возле разгрузочной площадки, Саломатхон и Маджид работали в зале, выставляя или сортируя продукты, Маша протирала кассы и ленту, а также чистила заляпанные двери магазина. Когда двери открылись для первых покупателей, работа сразу закипела, и время полетело быстро-быстро. Не успели сотрудники оглянуться, как день уже начал близиться к вечеру. Краем глаза Маша заметила, что к кассе Саломатхон, размахивая руками и что-то объясняя на своем, подбежал Маджид. Через мгновение оба рванули в сторону подсобки. Девушка долго не могла узнать, что стряслось, потому что возле ее ленты тут же выстроилась очередь из посетителей. Где-то минут через 20 она увидела, как Саломатхон стремительно выбегает из магазина со своей сумкой-торбой.

Тревожное чувство прошлось неприятным холодком по спине: «Господи, да что же там такое…»

Рассчитав последнего покупателя, Маша наконец смогла временно закрыть кассу и найти Маджида. Тот был в зоне приемки, где с совершенно растерянным видом распаковывал коробки канцелярским ножом.

— Маджид, что случилось?

На глаза парня навернулись слезы:

— Баба падал крыша, — проговорил он с сильным акцентом. Он всегда начинал говорить гораздо хуже обычного, если сильно торопился или нервничал. В обычное время его русский язык звучал весьма неплохо — Маджид быстро всему учился. — Очень плохо, беда. Мама покупает билеты на Самарканд.

Маша уже кое-что смыслила по-узбекски, поэтому сразу поняла, что речь идет об отце Саломатхон. Слово «баба» означало дедушку, коим тот приходился Маджиду.

— Извини, что спрашиваю напрямую, но дедушка жив?

— Да, он больница. Но очень-очень плохо. — Маджид беспрестанно потирал лоб, а его лицо выражало страдание.

— Ты, пожалуйста, не волнуйся раньше времени, хорошо? Знаю, это нелегко, но самое главное, что дедушка жив. Я сейчас все объясню Ларисе Евгеньевне, чтобы она отпустила тебя домой. Подожди немного, я скоро!

Девушка рванула в кабинет управляющей и обнаружила там Саломатхон. К счастью, Лариса Евгеньевна сразу вошла в положение, поэтому вскоре мать с сыном отправились домой. По пути к выходу из магазина Саломатхон ввела Машу в курс дела. Оказалось, что отец чинил крышу, а затем потерял равновесие и упал с высоты около шести метров. Его обнаружили не сразу, какое-то время он пролежал под солнцепеком на земле. Предварительно, у дедушки обнаружили перелом ребер и позвоночника.

— Деньги нужны, операцию делать будут. Мы с Маджидом вылетаем завтра утром.

— Саломатхон, я там скопила кое-чего. Не очень много, но поможет собрать на операцию. С вашим папой все обязательно будет хорошо, я такие вещи чувствую.

Разумеется, сколько Маша бы ни просила, ни умоляла, но ее деньги так никто и не взял. Саломатхон заверила, что у них с мужем хватит и на перелет, и на саму операцию. И хотя Маша не была в этом уверена, переубедить женщину у нее так и не вышло. После этого и без того напряженный день совсем скатился в пропасть.

— Не знаю, сколько мы пробудем в Узбекистане, но мы точно вернемся обратно. Поэтому живи здесь как жила раньше и ни о чем не волнуйся. Поняла меня?

Маша, едва не плача, кивнула. Саломатхон словно прочитала ее мысли, но в тот момент девушка просто не могла пойти наперекор и сказать правду о своем решении.

Вскоре на кухне собралась вся большая узбекская семья. Им было что обсудить, поэтому Маша вышла в коридор, чтобы никому не мешать. Она сидела на своем матрасе и читала книгу, чтобы хоть как-то отвлечься. Спустя около получаса она увидела, как Маджид покинул кухню и направился в дальнюю комнату. На полпути он вдруг передумал и остановился возле нее.

— Почитай, пожалуйста, — попросил он. — Сказка про лису.

Маша сбегала на балкон за книгой сказок, и они с Маджидом уселись друг напротив друга. Затем к ним присоединились зареванные дети — так они все вместе и провели остаток вечера, слушая добрые слова русских народных сказок и понемногу приходя в себя.

По прибытии в Самарканд Саломатхон позвонила родне в Москве и сообщила последние новости. Ее отцу предстояла серьезная операция на позвоночник, но никаких прогнозов врачи пока не давали. Жить мужчина определенно будет, но вот встанет ли на ноги — неизвестно. Сколько времени понадобится на реабилитацию, тоже никто сказать не мог.

Все домочадцы уверяли Машу, что ей не нужно съезжать, и чтобы она даже не думала об этом, но девушка уже твердо все решила. С ее стороны было бы верхом наглости продолжать как ни в чем ни бывало жить в узбекской семье. Когда выдавалось свободное время, девушка подыскивала недорогую комнату где-то неподалеку, чтобы было удобно добираться до магазина. Но подходящих вариантов не было. Точнее, Маше удалось найти две недорогие комнаты, но за такую цену обе были совсем крошечной площади, плюс в них нельзя было заселиться с домашним животным. Те варианты, в которых коты допускались к проживанию, были либо слишком дорогие, либо находились очень далеко от магазина. Тем не менее Маша верила, что удача ее не оставит, и подходящее местечко обязательно найдется. Во многом оптимизма ей придавали успехи на работе. Лариса Евгеньевна уже записала девушку на обучение, которое должно начаться совсем скоро, всего через три дня.

Маша сидела за кассой и еле слышно напевала себе под нос веселую мелодию, которую услышала по радио. Смена подходила к концу, так что народу в магазине почти не осталось. И тут девушка увидела Любовь Геннадьевну, Димину мать. Разумеется, та сразу же направилась прямиком к Машиной кассе. Перед собой женщина катила тележку, полную продуктов. Было странно видеть ее здесь, учитывая, что, по Машиным прикидкам, сейчас она должна находиться в Греции на свадьбе сына.

— Ну здравствуй, Маша.