Я не сдамся!
Шрифт:
«Я сильная и удачливая, — говорила себе девушка, двигаясь в сторону остановки. — Я обязательно справлюсь!»
Душа болела лишь за кота. Сколько еще он сможет вытерпеть без лотка? Есть ли в Москве помощь людям с домашними питомцами, или животных в таких случаях определяют в приют? Маша не знала ответа, но зато точно знала, что кота никому не отдаст. Он предназначен ей судьбой, как и она ему. У обоих были очень похожие истории: оба едва не сгорели в пожаре и сумели выжить, а после попали в приют. Машу из приюта никто не забрал, а вот Маркизу повезло больше. Увидев его фото на сайте приюта для животных, девушка сразу пропала и на следующий день забрала зверька домой. С тех пор они были неразлучны.
Девушка сама не поняла, как, погрузившись в свои мысли, оказалась в предбаннике сетевого продуктового магазина, который находился недалеко от Диминого дома. Раньше она так часто сюда ходила, что, наверное, ноги сами повели по знакомому маршруту. Маша отодвинула чемодан в сторонку, чтобы не мешать людям заходить и выходить из магазина, а переноску с котом определила на металлическую тумбу, стоявшую в предбаннике. Нужно было посмотреть, как добраться до ближайшего вокзала, чтобы хватило ста рублей.
Маша достала телефон, зашла в интернет и с ужасом обнаружила, что этих денег на проезд не хватит. Требовалось сделать две пересадки, которые в сумме стоили дороже. А на телефоне оставалось всего четыре процента зарядки. Девушка попыталась вбить в поиск социальные службы, но пока читала информацию и часы работы, телефон окончательно разрядился. Тем временем ветер за окном стал еще сильнее, а небо приобрело красно-коричневую окраску. Шторм приближался.
Маша не выдержала и заплакала, отвернувшись к стене.
Что же теперь делать, куда идти? Ладно она. Ей можно переночевать и в подъезде. Но чем кот заслужил такую участь? Ведь он наверняка нигде не успел нагрешить...
— Маша, здравствуйте! — раздался знакомый голос с легким восточным акцентом.
Саломатхон. Женщина, которая работала в магазине на кассе. Однажды они разговорились и с тех пор, при каждой встрече, болтали о том о сем. Саломатхон нравилась Маше. Было видно, что она привыкла к тяжелому труду и не боялась сложностей. Упорно двигалась к своей цели — мечтала отстроить большой-большой дом для всей семьи в Самарканде. И ради этого практически каждый день работала по 14 часов в магазине, а затем еще три часа мыла подъезды в доме. Девушка уважала эту сильную женщину, восхищалась ей и искренне желала ей осуществить мечту.
— А, Саломатхон, — девушка наскоро утерла слезы, — здравствуйте.
Женщина сразу поняла, что дело неладно и с нескрываемым беспокойством заглянула Маше в глаза:
— Что случилось?
Девушка натянуто улыбнулась:
— Да ничего такого. Вы идите, а то скоро на улице тако-о-е начнется! Еще сможете успеть до дождя.
— А вы?
— А что я... — Девушка сглотнула ком, предательски застрявший в горле. — Сейчас вот схожу в магазин да домой.
Саломатхон бросила быстрый взгляд на чемодан и переноску с котом.
— Маша, ждите здесь. Мне сейчас нужно успеть на уборку, но я все равно собиралась забежать домой. Пришлю к вам сына. Его зовут Маджид, он придет, поможет. Никуда не уходите!
— Саломатхон, пожалуйста, не стоит звать сына, я правда в порядке.
— Нечего стыдиться, что вам некуда пойти. Я давным-давно сама побывала в такой же ситуации. Это может случиться с каждым. Поэтому ждите Маджида, он очень скоро придет!
Саломатхон помахала рукой и умчалась в темноту. А спустя десять минут на пороге магазина появился молодой паренек лет восемнадцати. Маша видела его раньше, но не знала, что это сын Саломатхон. Маджид работал здесь же: иногда на кассе, но чаще всего в зале. Таскал ящики, коробки, разбирал паллеты и занимался еще уймой вещей.
— Сдрастуйте, — поздоровался он. В отличие от матери, Маджид приехал в Россию недавно и поэтому еще не успел овладеть русским в достаточной мере. — Я пришел помощь.
Парень взял чемодан и открыл дверь, пропуская Машу вперед. Девушка так растерялась, что схватила переноску и ступила в непогоду.
Внятного ответа, куда они идут, она от Маджида не добилась. Он загадочно улыбался и кивал. Были сомнения, что он понимает, о чем она спрашивает.
— Три минута идем, — прогибаясь под шквальным ветром, только и сказал он. — Быстро. Не бойся.
Маша боялась только за кота, но выбора у нее все равно не было. Куда бы они ни держали путь, этот улыбающийся худенький паренек был в тот момент ее единственной надеждой.
Глава 5
Всю дорогу Маша оглядывалась по сторонам, сквозь темноту силясь понять, куда именно они направляются. Район, конечно, был ей знаком, но каждый переулок и дом в нем она на память знала. Ориентиром ей служила многоэтажка, в которой они когда-то мирно жили с Димой. В занимающемся шторме эта многоэтажка теперь выглядела как огромный тонущий корабль, неповоротливый и грозный. Маша подумала, что они с Маджидом будто дрейфуют на спасательной шлюпке, только что сбежав с тонущего гиганта.
«А может быть, меня просто выбросило за борт и скоро, очень скоро, я пойду ко дну…»
Ветер свистел в ушах и пронизывал до костей. Маджид весь съежился от холода и приподнял воротник своей легкой куртки. Маше тоже было холодно, но она мыслями вся ушла в прошлое и практически не ощущала непогоду. Задумавшись по дороге, она пару раз споткнулась и чуть не упала вместе с переноской.
«Так. Нужно сфокусироваться! Интересно, куда мы идем вот уже больше десяти минут, хотя изначально речь шла всего о трех?»
Это все еще был родной район, но они уже вышли на его окраину. Из темноты начали вырастать огромные постсоветские многоэтажные дома с блеклым светом в окнах подъездов и темными переулками. Маджид шустро петлял меж зданий и постоянно оглядывался на Машу, словно боясь упустить ее из виду.
— Дом пришли, — вдруг радостно оповестил парень.
Из темноты выплыл еще один гигант из бетонных блоков — шестнадцатиэтажная панелька. Такие строили в начале девяностых, в основном, для тех, кто стоял в очереди на квартиру. Шоколадка — именно так ласково называли дом местные из-за его коричневых плит с белой каемкой, которыми были облицованы внешние стены.
Молодой человек явно держал путь к последнему подъезду. Подойдя ближе, Маша сразу поняла, куда они направляются: в квартиру на первом этаже, окна которой вместо штор были занавешены то ли пеленками, то ли простынями.
Маджид открыл дверь перед Машей и, впустив ее внутрь, зашел следом. Подъезд освещала одна тусклая лампа, выкрашенная сине-зеленой краской; комнатка, где раньше, вероятно, сидел консьерж, теперь была заколочена досками. Стены изрисованы граффити, на потолках — черные разводы с прилепленными к ним жжеными спичками. Наконец, через темный коридор, они достигли нужной квартиры. Девушка опасливо сглотнула. Маджид нажал на дверную ручку, и непроглядную тьму тут же озарил теплый свет. В нос ударил горячий воздух, наполненный запахами пряностей и ладана, вперемежку со сладким шлейфом корицы. Если жилище истончает такие уютные запахи, в нем уж точно безопасно, поэтому девушка смело шагнула внутрь.