Чтение онлайн

Новый Год был уже на носу. Наконец-то улицы, деревья и машины покрылись добротным слоем снега. Стало веселее ходить на прогулки, слушая, как под ногами поскрипывает снег. Теперь, когда Маша поставила точку в ее чувствах к Игорю и перестала его ждать, она выходила на работу пораньше, чтобы просто прогуляться. Недалеко от ресторана был парк, и девушка частенько прогуливалась там за час до начала смены. 31 декабря не стало исключением. Это было время подведения итогов, выноса морального мусора и прощания со всем тем плохим и хорошим, что было в уходящем году. Маша медленно брела по парку, думая обо всем, что случилось в ней в последние двенадцать месяцев и с детским восторгом ловила ладонью пушистые снежинки, падающие с неба. Ее размышления прервала вибрация в кармане куртки. Звонила Наталья.

— Машка, так ты че, сегодня на праздник не явишься?

— Скорее всего, нет, — в который раз повторила девушка, — у меня же новогодний банкет.

— Да-да, помню, банкет-хренокет, черт бы его побрал. Обидно, что ты вчера столько всего сделала, наготовила, а пробовать будешь уже не первой свежести, заветренное, квелое…

— Ничего страшного, я не привередливая, вы же знаете. Да и из ресторана много чего принесу. Мне повара всегда что-то кладут с собой, а в честь праздника, чую, вообще завалят едой.

— Ладно, тогда первого числа еще раз отметим все вместе. Но лучше подгребай хотя бы к трем ночи. Послушаешь, как Юрик играет на баяне. Он у нас виртуоз! Ждем тебя, Машка.

С утра кухня в коммунальной квартире, казалось, была самым жарким местом на планете. В ней, как в лаборатории мага-алхимика кипело сразу пять кастрюль, пахло специями и витал густой пар. Наталья, Алевтина Прокофьевна, Маша, Лизок и Ульяна чистили овощи, резали салаты, готовили горячее, закуски и десерт, забивали холодильники всевозможными заготовками. Квартира была большая, хотелось, чтобы каждый смог вдоволь наестся, поэтому женщинам постоянно чего-то не хватало. То мало соленых огурцов на Оливье, то нет колбасы для нарезки, то не достает ванилина для фирменного кекса Натальи. Пополнить запасы продовольствия поручали Юре. Мужчина носился в мыле по всему району, то пытаясь найти свежий хлеб, который разбирали со скоростью света, то какой-то особенный майонез, то клубнику для кекса и домашнего лимонада.

Пантелеймон и огромный санитар, который работал вместе с Лизком, приволокли огромную, пушистую елку и установили ее в коридоре, подперев кирпичами. В квартире сразу запахло морозной свежестью и смолой. Пантелеймон заявил, что «Ярило разрешил взять одно дерево из леса лишь с одним условием», о котором мужчина умолчал, поскольку «рассказывать об этом строго запрещено».

Алевтина Прокофьевна научила Ульяну делать шарики из грецких орехов по примеру царских усадеб девятнадцатого века, когда орешек в скорлупке заворачивали в фольгу и вешали на елку. То же самое они проделали и с конфетами.

По традиции, стол, собранный из нескольких столов, накрывали в коридоре. Приходили все; звали знакомых и родственников — чем больше, тем лучше, ведь каждый Новый год между коммуналками на первом и втором этажах шло негласное соревнование. «Кто веселее и громче встретит грядущий год, — рассказывала правила Наталья, — так, чтоб стены ходуном ходили, тот и победитель! А если еще полицию на нас вызовут, так это вообще сказка — считай, сразу гран-при!»

Пить некрепкий алкоголь начинали уже около двух часов дня. «Никакого пьянства, так, чисто для всеобщего согревку и настроения» — как поговаривала Наталья. Так что на кухне в самый разгар готовки откуда ни возьмись возникла бутылка шампанского, и женщины принялись попивать напиток из чайных чашек. Правда, пили не все: Алевтина Прокофьевна лишь пригубила шампанского, Маша вежливо отказалась, ведь ей нужно было на работу, а вот Ульяна, увидев алкоголь, и вовсе вышла из кухни. Она действительно взяла себя в руки и даже сходила на встречу с представителем опеки, который вел ее дело. Тот позволил женщине увидеться с Макаром и подарить ему подарки на Новый год, но до его полного возвращения домой пока было рано говорить. Ульяна была серьезно настроена и не собиралась нарушать обещание, данное сыну. Макар хоть и обижался на нее, но, когда она пришла его навестить, тут же позабыл о своей обиде. Теперь воссоединение матери и сына оставалось лишь делом времени. Опека не собиралась вставлять палки в колеса — нужно было просто уладить все вопросы и соблюсти требования. Ульяна делала все возможное для этого, потому жители квартиры даже не сомневались, что в новом году все обязательно будет хорошо.

Закончив свою прогулку в парке и мысленно отпустив все, что ее терзало, Маша отправилась в ресторан. Предстояло завершить последние приготовления: ожидалась полная посадке во всех залах и яркая развлекательная программа до самого утра. Сегодня, в новогоднюю ночь, в «Хабиби» должна состояться первая вечеринка такого масштаба. С собой у девушки была сумка с черным платьем из немнущейся ткани, а также туфли, косметичка и даже плойка для завивки особых новогодних кудрей, которые кардинально меняли весь ее облик. Также в рюкзаке она несла подарки для всех коллег и, конечно, Сурена. Презенты были пусть и небольшие, но каждый из них Маша подбирала с особой тщательностью и очень надеялась, что всем понравится.

Закончив подготовку зала к празднику, Маша решила уделить время своему наряду. В подсобном помещении она переоделась в платье — строгое, но довольно симпатичное, — и обула туфли на среднем каблуке. Ничего вульгарного, броского и кричащего, ведь Новый год — хоть и праздник, но для нее это все еще рабочий день, так что выглядеть следует в первую очередь профессионально. Остальные сотрудники тоже приоделись. Особо выделялся Сурен в его бордового цвета бархатном пиджаке и черных брюках с элегантными замшевыми туфлями.

В четыре часа к ресторану начали потихоньку съезжаться гости, а к шести вечера ресторан уже был забит под завязку. Официанты лавировали между столов, кухня кипела и шкварчала, повара стучали ножами, а посетители поднимали тосты и звенели бокалами. Все работало как часы, ни одного огреха — Маша тщательно контролировала процесс.

Ближе к полуночи к ней подошел Сурен.

— Маша-джан, все в порядке. Можно выдохнуть и взять перерыв. Адалхан присмотрит за залом. Возьми свою курточку, надень сапоги и выходи через кухню на заднюю парковку.

— А чего там? Поставка что ли? — удивилась девушка.

— Нет, ну какая поставка тридцать первого декабря? Это не касается работы. Там для тебя новогодний сюрприз.

Маша с подозрением прищурилась:

— Какой еще сюрприз?

Она любила только те сюрпризы, о которых могла догадаться или вовсе знала о них заранее. Все остальное вызывало неприятное волнение, близкое к панике.

— Приятный, конечно! Или ты думаешь, что я такой человек, который может испортить праздник своему лучшему сотруднику? Давай, иди скорее и ничего не бойся.

Маша покорно переобулась в свою удобную зимнюю обувь и надела толстую непродуваемую куртку — подарок, который она сама себе подарила к Новому году. Миновав кухню, девушка вышла в предбанник, а оттуда на крыльцо приемки продуктов. Рядом располагалась небольшая парковка, предназначенная исключительно для сотрудников ресторана.

Сначала девушка ничего не увидела, ведь шел сильный снегопад. Но тут в круге света, который отбрасывал одинокий фонарь, вдруг возник силуэт, и стало сразу понятно, о каком сюрпризе шла речь.

Правда, он оказался далеко не таким приятным, каким его описывал Сурен.

С неба медленно падали пушистые снежные хлопья. Свет горел только над самим крыльцом, остальное пространство едва проглядывалось. Но не узнать Игоря Маша, конечно, не могла. Все ее существо тут же затрепетало при виде него, хотя она не могла сказать, что обрадовалась его появлению. Недалеко от него кто-то крайне неудачно припарковал белую машину.

«И для кого только знак повесили, что это проезд для персонала, и парковаться здесь нельзя... Ладно, сначала нужно разобраться с Игорем, а мастера парковки можно найти после полуночи, когда все выйдут запускать фейерверки».