Чтение онлайн

Уверена, что Создатель таким образом помог мне сделать свой выбор.

— Князь, предсказание ясно гласит, что до тридцати лет ты доложен жениться на принцессе, первой дочери правителя королевства Хору. Больше не говорится ни о чем, значит, жена у тебя должна быть только одна, и она уже едет к тебе. Ты стал другим из-за ее присутствия в Илиар, сильнее. Мне очень жаль, князь, — говорит Саши, и в его голосе действительно слышно сожаление.

— Ты выполнил мое поручение? — безжизненным тоном спрашивает Кир.

— Да, князь, тебе нужно вот это, — слышно шуршания бумаги.

— Спасибо, Саши, ты можешь идти.

Прячусь за штору, когда жрец проходит мимо меня, считаю до ста и вхожу в покои Кира, он раздетый по пояс стоит у окна и смотрит на заходящее солнце. Он услышал, что я зашла, но не оборачивается. В комнате накрыт ужин, освещение приглушено — горят только несколько светильников по стенам.

Лучше момента не придумаешь. Рассыпаю волосы по плечам, подхожу к князю и обнимаю со спины. Кир делает резкий вдох и начинает часто дышать. Как же мне нравится его реакция! Он хватает меня и прижимает спиной к своей груди, обнимает, касается щекой виска.

Солнце садится за горами, небо окрашено в розово-малиновые цвета.

— Отсюда самый красивый вид на закат, — говорит Кир. — Отец рассказывал, что солнце садится там, где живет маг Во с гору Ву. Одни считают его безумцем, другие божеством. Я выполнил свое обещание, — Кир достал бумагу из кармана плаща, на ней была нарисована ладонь и все. — Когда ты захочешь встретиться с магом Во, приложи руку к листу. Маг попросит плату за свою работу, никто не знает, что он потребует, поэтому я даю тебе с собой золото, — Кир достал увесистый мешочек, отошел и сложил золото и бумагу на столе.

Потом он повернулся ко мне и совершенно беззастенчиво разглядывал меня, скользя по телу и волосам. Уверена, что заходящее солнце особым образом подсвечивало мою кожу.

— Я много раз думал, как могла природа создать нечто настолько совершенное, — пробормотал Кир, все еще рассматривая меня. — Что заставило тебя явиться в столь прекрасном виде ко мне?

— Я хочу быть твоей до конца, — подхожу к Киру, который стоит абсолютно неподвижно. — Я хочу узнать тебя всего. Я твоя, Кир.

Он бросился ко мне и крепко обнял.

— Моя Лири! — прорычал он и закусил мою нижнюю губу.

— Задушишь, — рассмеялась, слабость в теле все еще ощущалась.

Он резко отстранился, когда понял, что переусердствовал.

— Почему ты ослушалась меня? — спрашивает он очень спокойно.

— Не хотела остаться без нее, — достала из-под одежды птичку.

Взгляд Кира мгновенно теплеет.

— Сегодня я хочу обращаться с тобой как с женой, — с этими словами он подхватывает меня и несет в купальню. Бережно раздевает, раздевается сам (какой же он красивый и сильный), заходит в розовую воду и сажает меня рядом. Все это очень интимно.

Мы лежим в воде, которая дает силы, и разговариваем о нашем детстве, родителях Кира. Оказывается, его брат живет как обычный горожанин. От его грозности не остается и следа, наоборот, рассказывая о проказах с Роуком, князь делается мягким, с по-мальчишески задорным выражением лица. А я напитываюсь им, хочу запомнить каждое мгновение, каждый его жест, морщинку.

Потом Кир бережно вытирает мое тело, волосы.

— Все-таки ты совершенна, — бормочет он и заворачивает в большой халат, явно предназначенный для него самого.

Он наматывает полотенце вокруг бедер, ведет в комнату, ставит меня в ее центре и снимает халат. Кир не бросается на меня, а обходит вокруг, любуясь мной. Меня это нисколько не смущает, даже наоборот — нравится.

Памятуя, что ему нравятся покорные женщины, опускаюсь на колени на пушистый ковер. Кир замирает. Если бы я не опустила глаза, то смогла бы увидеть его реакцию. И так я просто жду.

— Ты сейчас очень красиво смотришься, но мы оба знаем, Лири, что покорность и ты существуете отдельно, — смеется Кир. Он садится передо мной на колени, нежно проводит пальцем по подбородку и поднимает мое лицо, чтобы смотреть в глаза, — если бы не твое своеволие, Роук, Реи и, конечно, я были бы уже давно мертвы. Ты нравишься мне такой, какой я увидел тебя впервые на том рынке: дерзкая, смелая, сильная, настоящая. Сегодня мы не будем спать до рассвета.

Кир поднял меня с колен и понес к кровати, там он нежно положил меня и навис надо мной.

— Я хочу, чтобы на тебе была печать жены, — говорит он и целует татуировку у меня на груди.

— Как она выглядит? — почему-то спрашиваю его.

Не увижу, так хоть узнаю. А сама глажу плечи и руки Кира. Вот кто настоящее совершенство.

Он болезненно выдыхает, но отвечает.

— Печать начинается тут, у сердца, — он провел между грудей, — потом она переходит сюда, — он перевернул меня на живот и провел вдоль позвоночника, — потом она идет сюда и сюда, — он спустился к рукам и ногам, снова перевернул меня на спину, взял левую руку. — И вместо браслета, — Кир поцеловал запястье. И тут он мгновенно звереет. — Но ты его не снимешь никогда! Ты меня поняла?! Я тебе приказываю! Я найду способ!

Так, значит, я могу его снять? А если попытаться?

— Я подслушала твой разговор с Саши, — перебиваю его. — Кир, ты правитель. У тебя нет выбора.

— Лири, — простонал он и положил голову мне на живот. — Моя Лири…

— Я хочу быть твоей сегодня, Кир, только твоей, — проговорила хриплым голосом.

— Моя Лири, — снова простонал он и наклонился ко мне для жадного поцелуя.

Даже если я останусь в Илиар, что меня ждет? Статус любовницы? Личной рабыни князя? Особенно важной наложницы? А не захочет ли наследница дома Хору убить меня и моих детей от Кира? И это, наверняка, внесет разлад в семью князя, а от правителей государств зависит так много людей. Вполне возможно, что меня именно с этой целью оставили умирать у реки, где нашел меня учитель. Вот так же влюбился правитель или правительница в неподходящего человека, а потом детей от этого союза надо убить, чтобы не было династических проблем.

К тому же сам Создатель указал Киру на наследницу Хору. А если они полюбят друг друга? Ведь они же пара. И Кир потом не будет знать, как от меня избавиться? Пусть он запомнит меня такой: раскрасневшейся, задыхающейся от его ласк, до хрипоты кричащей его имя, царапающей его тело в забытьи наслаждения.

Сегодня и сейчас я счастлива с Киром, ночь показалась нам мгновением, и нам все было мало друг друга.

Утром, лежа в объятьях Кира, целую его искусанные губы и понимаю, что принимаю единственно верное и окончательное решение: воспользуюсь советом учителя — я не вернусь. Ни к Киру, ни в этот мир.

До вечера сижу с Тико на берегу озера. Надеюсь, что Кир меня возненавидел после того, что я устроила на ужине дружинников. Почти не нарушила традицию. Браслет оставила, пусть князь отдаст его своей суженой. Так будет правильнее. Надеюсь, он скоро меня забудет, а наследница Хору сгладит и скрасит наше с ним расставание.

Хочется умереть от зияющей раны в груди. Вспоминаю слова учителя: только холодный ум подскажет воину, где верное направление. Поэтому даю себе слабину и плачу-плачу-плачу. Когда не остается сил ни на что, голова действительно холоднеет.