Чтение онлайн

Кир замолчал, давая мне время собраться с мыслями.

— Я не знаю, что со мной, — честно ответила ему. — Чувствую какую-то тревогу. Но мне и тебе ничего не угрожает.

Он задумался на мгновение.

— Значит, нам с тобой стоит проведать других твоих родственников. Я и так собирался сегодня к ним сходить. Не вежливо не реагировать на предложение принимающей стороны так долго, — сосредоточенно излагал он.

— Но ты же сам не пускал меня к ним, надел этот браслет, — возмутилась и для верности помахала запястьем перед его носом.

— Потому что ты бы все равно пошла туда, а какие последствия были бы у всего этого, одному Создателю известно, — я насупилась, Кир только улыбнулся моей реакции. — Ты самая бесстрашная женщина, которую я только знаю. Идем в их башню, — уверенно сказал Кир и поморщился, когда надевал на оцарапанное плечо рубаху.

— Нужно позвать Мо, чтобы он вылечил тебя, — виновато бормотала, спрыгивая со стола.

Кир странно на меня посмотрел, прижал меня к столу, оттянул голову за волосы и заглянул в глаза. В его взгляде читалось желание, обожаю мужа таким.

— Нет, дорогая, я сам мог бы себя вылечить, но не буду. Пусть раны напоминают, что мое счастье — не сон. Царапины, которые ты оставила на моей спине во время нашей первой близости, позволили мне не сойти с ума, когда ты пропала. Боль от каждого движения напоминала, что та ночь не была сном, а ты, моя дерзкая, непокорная женщина, стонала в моих объятьях в ту ночь.

Его глаза загипнотизировали меня, синие, теплые, родные. Какой же он красивый! Я легонько провела пальцами поверх расцарапанного плеча, прикрытого рубашкой. Кир издал протяжный стон.

— Я не смогла бы выжить без тебя ни в этом мире, ни в любом другом, — прошептала Киру.

— Я тоже, Лири, я тоже.

Чем ближе мы подходили покоям, где жили гости из Хору, тем сильнее во мне была тревога. Кир, почувствовав это, схватил меня за руку и прибавил шаг. Как он мне объяснял, татуировка позволяла ему ощущать мое состояние, настроение, больная ли я.

У входа в башню никто нас не встретил и не остановил. Зои по кивку Кира пошел вверх по лестнице, следом Роук. Через несколько мгновений они спустились и сообщили, что мы можем идти, опасности нет, но почему-то отводили взгляд и смотрели в пол.

Я кинулась по ступеням, но Кир держал меня крепко, отпустил, только когда мы вошли в большой зал, и он убедился, что опасности для меня нет.

Да и какая тут может быть опасность? Воины Люкрона пытаются что-то забрать из его рук, тот выкрикивает ругательства, пытается подопнуть ближайшего к нему мужчину. Арана плачет, сидя на полу, а Саши — да, да, Саши! — пытается ее успокоить. И все настолько заняты делом, что на нас никто не обращает внимания.

— Добрый вечер, отец, сестра! — сказала громко, чтобы привлечь внимание. — Мы с князем отчаялись ждать, когда вы будете готовы принять нас. Как твое здоровье, отец?

Люкрон вскочил и кинулся ко мне, Роук тут же выставил меч, предостерегая его необдуманные действия, а Кир одной рукой притянул меня к себе, другой — схватился за оружие. Конечно, он знал, что я смогу постоять за себя, его забота была очень приятна и так закономерна.

— Ты! — Тыкал в меня пальцем король Хору, другую руку прятал за спиной. — Надо было убить тебя самому, а не доверять это дело слабовольному слуге.

Кир зарычал, но в противовес своему настрою заговорил очень спокойно.

— Люкрон, король Хору, прошу тебя объяснить, в чем ты обвиняешь Лиру, мою жену и твою дочь?

— Она погубила меня! Погубила Хору! — Причитал мой отец. — Жрец меня предупреждал!… А эта… мою милую Ларину погубила.

— Отец, — с пола говорила со слезами Арана, — ты знаешь, что это не так. Маму иссушила болезнь.

Вот и имя матери узнала.

— Не перечь мне, дочь, — шикнул он, — моя милая Ларина пошла искать эту демонову девку!

А последнее снова обо мне, потому что перст отца указывает на меня.

— Почему я демонова девка, отец? — как можно спокойнее спросила его.

Люкрон заметался по комнате.

— Потому что пророчество! Жрец! Жрец передал мне, что мой первенец займет мое место еще при моей жизни! Ты меня погубила! — Он снова подбежал ко мне, достал из-за спины кинжал и замахнулся им.

Реи тоже обнажил меч, но это было скорее рефлекторное движение. Всем присутствующим было понятно, что Люкрон не представляет опасности, потому что его кинжал был деревянным.

— Вот и раскрыта тайна моего рождения и происхождения, — пробормотала я.

Кир, поддерживая, погладил меня по рукам и спине, поцеловал.

— Он скоро должен успокоиться, — сообщила Арана, вставая, ей помогал в этом Саши.

И действительно так и произошло — Люкрон замер с кинжалом в руках и не двигался.

— Саши, неожиданно видеть тебя тут, — проговорил Кир.

— Я пришел к своей невесте, — невозмутимо ответил он и обнял Арану.

— Невесте? — повторила я с удивлением. Ее же для Кира привезли!

— Создатель послал мне видение, что эта женщина должна стать моей женой. Завтра мы подтвердим наш союз в его храме, — объяснил Саши.

— Неблагодарная дочь, — зашипел Люкрон и сел на пол.

— Отец, — снова бросилась в слезы Арана, — такова воля Создателя!

Так вот что за сцену мы застали! Арана покидала дом Хору. И насколько мне было известно, она примет аскезу, как и ее муж, и должна отречься от наследия семьи, то есть ее дети не могли претендовать на трон.

— Арана, думаю, нам нужно поговорить, — поманила я ее.

Люкрон же сидел на полу и обнимал деревянный кинжал, толку от него было мало.

— Хорошо, сестра, но прошу тебя, давай не будем оставлять отца одного, — снова запричитала она.

Кир распорядился подать ужин сюда, в башню. К тому времени, когда стол был накрыт, Люкрон спал на скамье, все еще обнимая деревянный кинжал. Жалкое зрелище, ненависти к нему я не могла испытывать: больной, несчастный человек. Что с него взять?

Я все верно поняла: Люкрону было предсказано, что его первенец станет править в Хору еще при его жизни. Ему этого, конечно же, не хотелось. Моя мать, Ларин, была беременна двойней, когда родилась я, первенец, он велел унести меня и убить, а жене сказал, что выжила только одна девочка. Ларин узнала о предательстве мужа, бросилась искать меня, но все было тщетно. От тоски она стала угасать через какое-то время, и даже второй ребенок, Арана, не помог. Люкрон смерти жены не перенес, становился то буйным, то впадал в детство. Но Арана говорила, что проблески осознания у него бывают, тогда он обо всем сожалеет и буквально рвет на себе волосы. И все было бы хорошо, если бы на этом история закончилась. Люкрон был правитель-маг и после рождения дочерей, магия перешла к ним, точнее к Аране.