Чтение онлайн

— Ага, уже! — посмеиваюсь в надежде что она хоть немного расслабится. Косится на меня подозрительно, но молчит. То-то же.

— А что ты заказал? — с интересом спрашивает, наверное со вчера ничего не ела, снова подступает ком к горлу, сглатываю …

— Тебе понравится!

— Ладно… А в зал зачем? У тебя сегодня тренировка? — удивляется и наконец-то хоть немного смотрит на меня слегка повернувшись. Ох, эти острые коленки. Вот как злость и похоть так рядом ходят?

— Нет! Там у меня мазь специальная лежит, через пару дней твоё личико будет как прежде, безупречное.

Честно говоря, вообще удивлен что она не сбежала услышав о гостинице, но радует что всё же здраво рассуждает, будь я на месте её отца — яйца бы оторвал. Снова завожусь…

Поворачиваюсь к окну, и в отражении вижу как она слегка улыбается. Я не знаю что мы будем делать дальше, я ни на что не рассчитываю, в голове творится полный сумбур. Хочется вытрусить из нее всю правду, или из брата… Несколько раз уже сам хотел позвонить ему, но судя по тому, что приняв от меня звонок родители ведут себя, как обычно, и о Леон даже ничего не говорят и не спрашивают, похоже панику разводить не собирается, видимо понял что снова облажался. Интересно, что на этот раз придумает, какую отговорку.

Что бы заехать в ресторан и за волшебной жижей Мориса, которая заживляет всё на свете, ушло часа два. Сам жрать хочу, аж желудок сводит, представляю как ей.

Наконец-то поселившись, достаю еду и гостиная в номере наполняется запахом сыра, сливочно-чесночного соуса и мяса.

— Итальянская? — радостно вскидывает вверх свои бровки и принимается помогать доставать из пакетов ароматные коробки раскладывая их на стол.

— Сколько всего, Сэм! — так мило удивляется, радуется. Любуюсь. — Это нам на неделю?

— Кто знает, — подмигиваю, выбираю самую большую и вручаю ей.

— Сейчас же вечер, Сэм! Это же сплошные углеводы. — снова бубнит, но уже как-то ласково.

— Ты очень похудела! — причмокивая тяну я. Когда голоден, мне не до красивых манер.

Цепляет этикетку и лицом ныряет внутрь коробки вдыхая аромат, выныривает и блаженно смотрит на меня. Ну как она такая вообще получилось? С синяком на лице, красным глазом, растрепанная, но прекрасней я всё равно не видел.

Видел, с каким удовольствием она всегда ела мамину лазанью и равиоли. Всегда хотел сводить её в этот итальянский ресторан. Почему-то был уверен, что Арт никогда не делал этого. Стоп! Не туда меня несёт.

Это какая-то порнография, как выдержать это не знаю. Сидит красивая, коленки сдвинула, тонкими пальчиками грациозно вилкой орудует, накручивает и губками своими мягкими втягивает длинную спагеттину, а розовым язычком белый соус с губ слизывает. Вечность смотреть могу. Двадцать пятый кадр. Хоть мой член совсем не похож на тонкую нить теста, воображение рисует сумасшедшую картинку. Похоже, что сегодня, я всё же не побрезгую и спущу себе в кулак, и так хожу как провод оголенный, и это всё… выше моих сил. Незаметно поправляю напряженный орган и убираю пустую коробку, берусь за новую, с тёплым салатом с говядиной параллельно открывая лазанью.

Оставить без внимания округлившиеся глаза и вздернутые вверх бровки девушки сложно, опережаю:

— Да! Я много ем!

— Теперь понятно почему ты такой огромный, — быстро взглядом по мне мажет, и снова к еде возвращается, — Может поделишься секретом, как правильно растасовать всё это в нужные места? — шутит, отошла немного, сам выдыхаю.

— Это всё тренировки, на них столько этих ваших… калорий сгорает, что я даже не заморачиваюсь, но это, — окидываю рукой заваленный коробками, салфетками и приборами стол, — такое чревоугодие я позволяю себе не часто, не думай.

Снова лёгкая улыбка пробегает по её лиц.

— А я бы только таким и питалась, — дублирует мой жест рукой, — Только боюсь моя йога так хорошо не справится.

— Тогда может стоит попробовать бокс? — не раздумывая ляпаю я, и в миг представляю Леон на ринге в коротких шортах, майке и забинтованных руках… говорю же, клинит меня дико.

И снова удивляет, вместо ожидаемого возражения и спора, она лишь хмыкает. Заинтересовалась? Быстро доедаю и после того как Леон вызвалась собрать мусор в пакет, заявляю что иду в душ.

В два движения снимаю одежду и встаю под теплые струи.

Специально выбрал номер с двумя спальнями и ванными комнатами, это показался мне самый нейтральный вариант. О том, что бы жить в двух раздельных даже думать не хотелось, но всё же об их наличии по телефону спросил, на случай если заднюю даст, и к сожалению, их было достаточно. Но к моему удивлению, Леон никак не отреагировала ни когда на ресепшене нам объявили где находится наш номер, ни когда мы вошли в него и оказались в просторной гостиной, по обе стороны от которой находились идентичные спальни. Неужели так доверяет?

— Я отказала ему, — доносится сквозь шум льющейся воды.

— Тогда в душе….в мотеле и вчера… я отказала ему.

Резко поворачиваюсь, смахиваю воду с глаз, хочу быстро проморгаться чтобы убедится что не чудится. Это она пришла. Сама. Снова. Но на мне уже нет ничего, ничего не спасёт. И на ней. Бог мой! Ничего. Снова. Говорит такое, вырывает сердце из груди. Не спала с ним. Но почему согласилась тогда выйти за него?

Смотрит на меня, изучает. Потом разберусь с этим. Нет у меня брата больше. Главное что она есть.

Идеальный душ, ни шторок ни дверей. Протягиваю руку и аккуратно тяну к себе, под «тропический дождь». Хапает воздух губами, и закидывает голову назад подставляя лицо под струйки. Свет приглушенный, но подтек на скуле все равно заметен. Зацелую, залижу, излечу каждый дюйм. Никогда больше никто не притронется к этому прекрасному лицу. Никто не посмеет портить его. Беру шампунь и аккуратно наношу на длинные волосы. Мокрые они кажутся еще длиннее, закрывают даже её шикарную задницу. Поворачиваю к себе спиной, массирую и распределяю шампунь по всей длине, руки дрожат, я даже представить такое не мог, а тут в реале всё происходит. Стояк колышется пытаясь проникнуть в заветное место, но я держусь и отклоняюсь что бы не задеть, не испугать. Видит Бог, из последних сил терплю.

Намыливаю шею, грудь, руки, подмышки. Стоит как не живая, глаза закрыты, руки в пол опущены, а хочется что бы обняла, что бы прильнула, в себя впустила, и главное — понимала что делает, и с кем.

— Леон, — тихо шепчу максимально приблизившись.

Член впивается ей между ямочек на пояснице и по гладкому, совершенному телу пробегает дрожь.

— Да, — стонет и закидывает голову мне на плечо. По мне уже можно ток пускать.

— Ты же не спишь? — громче выдаю и вспененные руки пробираются ниже, к животу, лобку, готовые нырнуть в желанную расщелину.