Чтение онлайн

– Достаточно, – сказал я более резко, чем намеревался, поскольку не мог разрешить ему касаться темы моей личности – не исключено, что нас подслушивали. – Я знаю нужных людей и обещаю: сделаю все, что в моих силах.

– Да, конечно, – саркастически заметил он, но я не придал этому значения, хотя и понимал, что парня использовали, а потом выбросили на свалку.

– Я не такой, как те люди, которые арестовали вас, – возразил я, повысив голос. – Если я что-то обещаю, сделаю все возможное. Теперь же мне надо разобраться со своими проблемами.

– Да, конечно, – отозвался Бэттлбо, решив, наверное, что мой гнев сулит ему больше надежды, чем любые слова.

Следующий звонок я сделал Шептуну. И в этот раз я тоже не стал терять времени, называя себя.

– Мне известно его имя, – тихо сказал я.

Думаю, никогда еще в истории секретных служб такая ошеломляющая новость не сопровождалась столь продолжительным молчанием. Кажется, минула вечность, прежде чем Шептун наконец ответил:

– Вы имеете в виду того парня из Афганистана?

– Да, его фамилия аль-Нассури. Он брат женщины-копа.

Итак, я сделал это. Организм выполнил свой жизненный цикл: я передал информацию, и если бы даже скончался в это мгновение, миссия будет продолжена.

– Что еще?

– Не много. Родился в Джидде, Саудовская Аравия.

– В Саудовской Аравии? Что ж, ничего удивительного.

– Еще через несколько часов у меня будет его полное имя и дата рождения. Рассчитываю также получить фотографию.

– Где вы сейчас, черт возьми? – внезапно спросил Шептун.

Если верить свидетельствам коллег, он во второй раз за свою карьеру повысил голос. Как видно, автоматический регистратор местонахождения моего телефона показал на компьютере шефа, что я в данный момент нахожусь над Средиземным морем. Впрочем, причина была не только в этом. Представьте, какое облегчение внезапно испытал Дэйв Маккинли, вынужденный столько времени держать в себе все эмоции и переживания. У нас наконец-то было имя, мы установили личность террориста, теперь на этого человека начнется охота. И здесь главным фактором становится время.

– Нахожусь на борту самолета рейса ТА – четыреста семьдесят три, следующего в Бейрут. Мне нужна помощь, чтобы срочно добраться до Джидды, и потребуется очень серьезная поддержка, когда я туда прибуду.

– Мы поговорим об этом через минуту. Прежде всего скажите: когда вы сможете сообщить мне последние сведения в деталях?

Я взглянул на часы, быстро прикинул, сколько времени уйдет на полет и поиски документов.

– Через двенадцать часов я надеюсь получить то, что нам нужно.

– Уверены?

– Да.

– Сейчас я в офисе, – сказал Шептун, – но к тому времени буду уже не там, а в известном вам месте. Ждем вашего звонка.

Он имел в виду Овальный кабинет Белого дома, куда его вызвал президент.

Я отпер дверь туалета и столкнулся с полудюжиной разгневанных пассажиров, успевших вызвать стюардессу. По выражению ее лица и решительно сведенным челюстям было видно, что мало мне не покажется.

– Люди стучали вам в дверь, – холодно заметила стюардесса.

– Да, я слышал, но не мог прервать разговор с директором разведывательной службы.

– Вам прекрасно известно, что пользование мобильным телефоном во время полета запрещено.

Я кивнул. Господи, как же я устал!

– Да, – сказал я. – Знаю.

– Вы смотрели наш видеофильм, где об этом ясно говорится?

– Конечно смотрел. Но, видите ли, меня это мало волнует.

Пассажиры таращились на меня, лопоча что-то по-турецки и по-арабски, когда я шел на свое место. «Еще один гнусный американец», – наверное, говорили они.

Когда мы вскоре приземлились в бейрутском аэропорту, я обнаружил, что никого не пускают к выходу, задерживая наш самолет на стоянке. К нам ехали три полицейские машины, моторизованный стреловой автокран и с полдюжины черных внедорожников.

Пассажиры и члены экипажа испуганно выглядывали в иллюминаторы, недоумевая, что происходит. Ко мне подошла суровая стюардесса:

– Мистер Уилсон? Потрудитесь пройти со мной.

Англичанин, сидевший в соседнем ряду, недоумевающе уставился на приближающихся к нам вооруженных копов:

– Господи, неужели это все из-за того, что вы пользовались мобильником? Да эти ливанцы совсем с ума посходили!

Он шутил, конечно. Я улыбнулся, взял свою ручную кладь и направился по проходу вслед за строгой девушкой. Две другие стюардессы тем временем открывали одну из дверей пассажирского салона. Когда она распахнулась, к выходу поднялась платформа.

На ней стоял мужчина средних лет в темном костюме. Заглянув в салон, он увидел меня.

– Броуди Уилсон? – спросил он.

Я кивнул.

– Паспорт у вас с собой?

Я вытащил его и передал мужчине. Он проверил фотографию, описание внешности и внес серийный номер в свой мобильник. Через мгновение он получил разрешительный код и вернул мне паспорт.

– Меня зовут Уэсли Картер, я торговый атташе посольства. Готовы выйти этим путем?

Никогда не видел его прежде, но он явно лгал: без сомнения, это был начальник резидентуры ЦРУ в Бейруте. Чувствуя на себе взгляды всех пассажиров – суровая стюардесса выглядела смущенной, – я шагнул на платформу, и она медленно опустилась на землю. Там я обнаружил еще четырех американцев в костюмах, занявших стратегическую позицию у внедорожников. Я знал, что это вооруженная охрана. Они наблюдали, как Картер усадил меня на заднее сиденье одного из автомобилей и дал сигнал ливанским копам в полицейских машинах.

Они включили мигалки, и мы понеслись к ближайшей взлетно-посадочной полосе.

– Вас ждет реактивный самолет, – сказал Картер. – Он принадлежит одному арабскому торговцу оружием, нашему другу. Единственное, что смогли найти за короткий срок. Пилоты, впрочем, хорошие – наши бывшие военные летчики.

Я посмотрел сквозь армированное стекло и увидел черный «гольфстрим», реактивный самолет с удлиненным фюзеляжем и работающими двигателями, стоящий на некотором расстоянии от нас. А неплохо живет наш друг на Ближнем Востоке, если может позволить себе такую игрушку.