Я поверю в его слёзы
Шрифт:
Я молчала.
– Ника, - в голосе метал.
– Это важно. Ответь.
– Нет, - выдавила всего одно слово. Но я знала, что повышенная температура - это только начало. Завтра в гости пожалуют и другие симптомы. А пока организм еще борется...
– Хорошо. Спи, - он выключил свет. А я невольно подумала о том, что снова буду спать в том, в чем пришла. Это скоро войдет в привычку.
Игнат вскоре забрался ко мне под одеяло. Притянул меня к себе за талию. Я и не сопротивлялась. Он был теплый, а меня начало морозить. Поэтому я лишь прижалась к нему сильнее.
Это была моя первая ночь в его спальне за последние пять лет.
И вновь не было ничего, кроме заботы и опеки с его стороны. Даже несмотря на то, что я ему надоела, и он не хотел меня ни видеть, ни слышать.
***
– Вероника, - кто-то потормошил меня за плечо. И я еле разлепила глаза, тут же почувствовав, что у меня заложен нос. Да здравствует ОРВИ.
– Ты опоздаешь на занятия, - надо мной склонилась мама.
– Ника никуда не пойдет, - послышался хриплый ото сна голос Игната, который так и прижимал меня к себе.
– Она заболела.
– Как заболела?
– мама тут же прикоснулась к моему лбу. Холодная ладонь приятно холодила кожу.
– Никочка, у тебя температура. Как ты себя чувствуешь? Что-то болит? Что-то...
– Мам, - перебил её Игнат.
– Я позабочусь о Нике, иди на работу.
– Позаботишься? Да тебя самого придется скоро лечить, - возмутилась родительница.
– Ты зачем...
– она запнулась, - лег рядом с Никой?
– я не сдержала улыбки, несмотря на то, что мне было совсем не до веселья.
– Хочешь заразиться?
– Горю желанием, - хмыкнул брат, отстраняясь и садясь в постели. Я тут же укуталась в одеяло. Не мешало бы встать и дойди до ванной, но... Я лишь наблюдала за семьей сквозь полуприкрытые веки.
– Не беспокойся обо мне. А о Нике я позабочусь. Иди на работу.
– Игнат, - мама явно не была согласна с условиями сына.
– Мам, я уже немаленький. Могу позаботиться и о себе, и о Нике. Иди на работу, - твердо повторил Игнат, вставая.
– Я, в отличие от вас с папой, в отпуске, - принялся натягивать шорты, - и могу себе позволить просидеть с Никой весь день. И если заражусь, то мне это тоже ничем не грозит. Так что иди на работу.
– София, ты где застряла? Опаздываем, - в комнату заглянул отец.
– Ника заболела, - тут же оповестила его мама. Тот глянул на меня. Потом перевел взгляд на Игната.
– Ну и что дальше?
– вновь посмотрел на супругу.
– Ты ничем Нике не поможешь, ей лечиться надо. Игнат о ней позаботится, все равно дома сидит. А мы на работу опаздываем, пошли, - и обнял её за плечи, направляя к двери. Брат ухмыльнулся.
– Саша, что ты такой бесчувственный?!
– возмутилась мама.
– Твоя дочь заболела, а все твои мысли о работе!
– Софи, - отец хмуро глянул на неё.
– У Ники есть брат и мужчина, который утверждает, что любит её. Вот пусть и заботится, и доказывает, что его слова не пустые. А если мы все втроем на неё насядем, то, зная характер нашей дочери, уверен, Ника пошлет нас всех. Так что предоставь её лечение Игнату, и пошли на работу.
Мама поколебалась, и все же вздохнула. Глянула на сына, который все это время внимательно и задумчиво наблюдал за ними. Я пока не подавала признаков жизни.
– Отвечаешь за неё, - поджала губы и удалилась вместе с мужем.
Игнат ничего не ответил, явно о чем-то размышляя. Слегка нахмурился. Потом вздохнул и перевел взгляд на меня.
– Ты как?
– и подошел ко мне, присев рядом. Осторожно убрал волосы с лица.
– Хреново, - проговорила в нос, перевернувшись на спину и прикрыв глаза. Дышать приходилось ртом.
– Померяй температуру, - и протянул градусник. Я вновь позволила его поместить себе подмышку. И внимательно глянула на него.
– Что?
– Ты вроде не хотел меня ни видеть, ни слышать, - на душе вновь стало гадко от этой мысли.
– Ника, - он вздохнул.
– Ты вчера на меня, мягко говоря, наплевала. Как и в предыдущие несколько дней. Что ты от меня хочешь? Я тебе прощаю все твои слова. Прощаю все твои выходки. Закрываю глаза на твое поведение. И что получаю взамен? Ты ушла на свидание с каким-то парнем. Я готов долго ждать, Ника, - взгляд жесткий, холодный.
– Но и у меня есть предел. Если ты променяешь меня на него, то я навсегда уйду из твоей жизни. У тебя больше не будет меня, не будет и брата. Это ясно?
Я внимательно глядела на него. Его слова плохо усваивались моим мозгом.
– Мы просто гуляли, - лишь и сказала.
– Это неважно, - он замолчал. Усмехнулся. Потер переносицу пальцами.
– Знаешь, Ника, я тебя прощу, даже если ты переспишь с кем-нибудь другим, - глаза в глаза.
– Но мне, черт побери, будет чертовски хреново, если ты так поступишь.
После чего встал и вышел. У меня сжалось сердце.
Черт подери, он был прав. Я все время его отталкиваю, посылаю, делаю ему больно. Специально. А он все равно не отказывается от меня.
Но он все еще мой брат, который пять лет назад пришел ко мне и лишил меня выбора. Сломал мне жизнь. И я не понимала, с чего вдруг такие разительные перемены, ведь раньше ему от меня нужен был только секс. Он приходил ночью, получал свое, и уходил. А я позволяла ему брать желаемое, а потом молча плакала в подушку.
А теперь... Теперь откуда-то забота, опека... Что ему от меня нужно? Он нашел во мне ту, которая достойна стать его женой и родить ему детей? И он сделает все, чтобы добиться этого? А как же мое мнение?! А как же моя жизнь?! А как же мои желания?! Я не хочу замуж! Я не хочу сейчас детей! Я не хочу быть с братом! С кем угодно, лишь бы не с ним. Без осуждений, без пересудов. Не боясь общественного мнения. Не боясь показаться с ним на глазах знакомых.
А Игнат... Пусть ищет себе другую девушку. А я не согласна быть с человеком, с которым нахожусь в родственных связях. Не согласна быть с ним.
– Градусник, - я вздрогнула от его голоса и протянутой руки. Исполнила то ли просьбу, то ли приказ.
– Тридцать восемь и три, - он вздохнул.
– Выпей, - и вновь протянул таблетку и стакан с водой.
– Что это?
– выдавила, желая лишь одного - иметь возможность нормально вдохнуть.