Я поверю в его слёзы
Шрифт:
– Нет. Сегодня узнает, - хмыкнул брат.
– Так что, пойдешь?
– Меня он не приглашал, - я отстранилась, принимая сидячее положение.
– Не думаю, что он будет против, если ты придешь со мной.
– Да я тоже так не думаю, если учитывать, что он пытался за мной ухаживать, - ехидно протянула, сверля Игната взглядом.
– Не ты ли тогда промыл ему мозги, чтобы он ко мне не совался?
– Не думаю, что спустя семь лет он вновь начнет за тобой ухлестывать, - хмыкнул он, но его глаза оставались серьезными и ясно давали понять, что если такое все же случится, то брат снова не подпустит его ко мне.
– Хорошо. В конце концов, мне все равно, - пожала плечами. Игнат тут же нахмурился, взгляд похолодел.
Я мысленно хмыкнула. А чего он ожидал? Сам ведь меня отпустил. Пусть доказывает, что его слова не пустые.
– Тогда предлагаю сходить куда-нибудь поесть, потом можно прогуляться. А к шести едем к Серому.
– Мне еще домой надо будет зайти, переодеться. Не пойду же я в таком виде, - кивнула на короткие джинсовые шорты и белую майку, что были на мне. Пусть сейчас только май месяц, зато температура на улице двадцать семь градусов по Цельсию.
– Не пойдешь, - кивнул Игнат.
– Значит, зайдем.
– Не боишься, что тебя родители увидят?
– вздернула брови.
– Нет, Ника. Даже если они меня увидят, сомневаюсь, что всерьез примут за своего сына. Я все-таки, по их мнению, в Америке.
– Как знаешь, - пожала плечами.
– Тогда одевайся и пошли обедать. Я уже проголодалась, - что было удивительно, ибо впервые за все эти дни у меня разыгрался аппетит.
– Две минуты, - усмехнулся брат, поднимаясь.
И, действительно, за эти две минуты он собрался. Выключил компьютер, надел футболку, натянул на лысую черепушку кепку, а на глаза - очки.
– И долго ты собираешься так ходить?
– поинтересовалась уже на выходе, надевая босоножки без каблука.
– Как так?
– вздернул брови Игнат, открывая дверь.
– Пряча лысую голову, - усмехнулась, выходя в подъезд.
– Не хочу травмировать психику людей, - хмыкнул он, выходя следом и закрывая дверь.
– Подумаешь, - фыркнула я.
– Пару рубцов на голове. Некоторые с таким кошмаром вместо волос ходят, что это пустяки.
– Пару рубцов?
– переспросил брат, заходя следом за мной в лифт.
– Ну, может не пару, - отвела взгляд в сторону.
– Но все равно. Что, люди не поймут, что ли? Как будто это что-то плохое.
– Ника, - Игнат приподнял мою голову за подбородок, заставляя смотреть на себя, - ты прекрасно знаешь, что не поймут. Такой у нас народ непонятливый. Так что пускай пока будет так.
– Ну и ладно, - буркнула, сложив руки на груди. Просто потому, что не знала, куда их деть.
В кафе мы не пошли. Из-за того, что я вдруг поняла, что никуда не хочу. А Игнату не оставалось ничего кроме как подчиниться моему капризу. Поэтому мы отправились в продуктовый магазин, где вдвоем решали, что брать и что будем готовить. Брат у меня был золотой, поэтому, помимо всех прочих его достоинств, умел и готовить. Из-за чего я уже не единожды задавалась вопросом, почему он не нашел более подходящую ему девушку. И не родственницу, связь с которой будет осуждать вся общественность.
Спустя час мы вернулись обратно в его квартиру, где вместе принялись готовить. Брат взялся за мясо, оставив на меня гарнир и салаты. Я и не сопротивлялась, особенно, если учитывать, что именно он и научил меня готовить. Родители лишь глазами хлопали, когда, возвращаясь с работы, узнавали, что днем брат учит меня этому непростому делу. После уроков. Сам же он учился по выходным у мамы. Вот как-то так получилось.
Пока готовили, практически не разговаривали. Но молчание было уютным. Да и вообще атмосфера была домашняя, родная, немного интимная...
– Ника, - раздалось тихое за моей спиной, когда я уже потянулась за тарелками. В следующее мгновение сильные ладони легли на мою талию и прижали к крепкому телу. Я напряглась.
– Разве тебе не хочется вот так проводить время каждый день?
– так же тихо спросил Игнат.
– Ходить вместе за продуктами, вместе готовить, вместе есть. Вместе мыть посуду, вместе убираться в квартире, - секундная пауза.
– Вместе спать.
– Игнат, - напряженно начала я, но замолчала, не зная, что ответить. Хотеть-то я хотела... А вот смириться и принять не могла.
– Я тебя люблю, Ника. Пожалуйста, верь мне, - тихо прошептал мне парень на ухо. А после отстранился.
– Давай есть и поедем. Иначе опоздаем к Серому.
Я ничего не ответила, продолжая стоять в том же положении, с бешено бьющимся сердцем. Заставила себя вновь потянуться к тарелкам.
Как бы там ни было, а я хотела его ласковых прикосновений. Желала их. А он, кажется, решил поменять стратегию по завоеванию меня. Кто там от меня отступился? Кто там меня отпустил? Оставил в покое? Игнат? Трижды "ха". Но, во всяком случае, он на меня не давит, а предоставляет право выбора. И хотя что-то внутри противно твердило, что он вновь играет нечестно, и вновь пытается стать для меня единственным мужчиной, я гнала от себя желание снова закрыться от него, оттолкнуть, и проявить свои свободолюбивые замашки. Пора было взрослеть и принимать тот факт, что рядом все равно должен быть человек, который будет единственным и желанным. И раз уж я решила, что таковым является Игнат, то нужно позволить ему его хитрость. В конце концов, я же сама хотела, чтобы он меня не отталкивал. Хотела вернуть былые отношения. Вот, пожалуйста, получите, распишитесь.
Поздний обед или ранний ужин прошел в молчании. Я то и дело ловила на себе внимательные и изучающие взгляды Игната, но мужественно сохраняла спокойное выражение лица, и даже почти не дергалась. Пыталась расслабиться и получать удовольствие от такого обыденного общения с ним. Он же, в свою очередь, наверняка ждал от меня привычной реакции - что оттолкну, нахамлю, обзову, или еще что-то в этом роде.
После трапезы Игнат, видимо, решил вновь попытать счастья. Я едва удержалась, чтобы не хмыкнуть и не рассмеяться, когда он осторожно пристроился сзади, обняв меня за талию, когда я принялась мыть посуду.
– А мне нравится так проводить время с тобой, - спокойно проговорил он, но его выдавала напряженность в теле.
– И я бы хотел, чтобы так проходили все мои выходные. Рядом с тобой. Вместе с тобой.
– Игнат, - я постаралась, чтобы голос прозвучал строго и жестко.
– Мы, кажется, с тобой договорились, что я - свободная девушка, а ты - всего лишь мой брат. Разве нет?
– и невинно глянула на его лицо, снизу вверх, уткнувшись затылком в его грудь.