Я, Роми Шнайдер. Дневник
Шрифт:
Вот вам мои 38 лет — и всё тут.
19 февраля 1977 года
Но прежде всего меня восхищает, как эти тонко чувствующие женщины обходятся с «Медиум Фильм». Это для меня что-то новенькое: работать с режиссёром и автором — женщинами. Уже по этой причине я взяла крошечную роль, на одну минуту, в фильме «Тысяча песен без звука» с Эвой Маттес и Клаудией Холлдакс.
25 мая 1977 года
Лени очень заметная и очень немецкая личность. В этой роли я могла пользоваться какими-то чертами своей собственной сущности, которая так и осталась немецкой.
Моя работа здесь — не исключительно профессиональная. Я привнесла в роль Лени много своего, личного. Детские впечатления, например. Конечно, к концу войны мне было всего шесть или семь лет. Но благодаря моей матери, моей семье я очень остро ощущаю это время. Лени — очень отстранённая, очень немецкая личность. Многие мои собственные черты, так и оставшиеся немецкими, я передала этому персонажу. Самое интересное в этом фильме — то, что трагедия 1939-1945 годов показана здесь с точки зрения побеждённых: ведь до сих пор её изображали со стороны победителей.
Раматюэль, 30 июня 1977 года
Я хотела бы в Германии прямо сейчас играть (если вообще играть) U. М. [34] , или кого-то вроде Ревентлов [35] , или что-то подобного калибра, и ничего проходного, потому что мне больше не нужно себя испытывать: я просто уверена! (С настоящей режиссурой!) О более или менее неудавшейся Лени (без моей вины, как ты знаешь лучше всех) мы ничего говорить не будем. Всё это я уже отодвинула.
34
Скорее всего , подразумевается Ульрика Майнхоф (1934-1976), западногерманская журналистка, политический деятель леворадикального толка, идеолог RAF (Фракция Красной армии), террористка. 8 или 9 мая 1876 года (сведения разноречивы) была найдена повешенной в тюремной камере, где ожидала суда.
35
Фанни (собств. Франциска-София-Лиана-Августа-Адриенна), графиня цу Риентлов (1871-1918) - немецкая писательница и общественная деятельница. Выступала за права женщин, но и за право оставаться женщинами при социальном и экономическом равноправии, за отмену института брака и сексуальную свободу.
21 июля 1977 года
Я родила девочку. Я так счастлива! Мне было всё равно, мальчик или девочка, лишь бы здоровое дитя. Её будут звать Сара Магдалена!
15 августа 1977 года
Я так рада, что ребёнок родился здоровым. Но я уверена, что это у меня — последний.
21 декабря 1977 года
Я не получаю ни одного предложения интересной роли на моём родном языке.
6 апреля 1978 года
Я отказалась от роли Лулу в одноимённой драме Франка Ведекинда у итальянского режиссёра Лилианы Кавани.
Это же безумие — подгонять себя под такую юную девочку: она же могла бы быть моей дочерью.
Июнь 1978 года
Я знаю, почему я вернулась во Францию. Здесь я чувствую себя хорошо, здесь я — дома. Если мне будет пятьдесят и Клод Соте захочет меня, потасканную, какой я тогда буду, то я пойду к нему. Это объяснение в любви.
31 августа 1978 года
«Простая история».
Я должна была сыграть в этом фильме: он ведь тоже отчасти про меня.
Мы полностью отдаёмся друг другу, что вообще-то не ново, но на этот раз нам и слова уже не нужны. Довольно одного взгляда, и тут же получаешь ответ на невысказанный вопрос.
Осень 1978 года
Нельзя заставить быть счастливым. Счастье охватывает тебя, и тогда можно его удержать — например, работой, вообще деятельностью. Но талант — это вопрос любви.
Февраль 1979 года
Все тени исчезли. Тени мужчин, которые мне говорили, что любят меня, а на самом деле не давали мне ничего. Тени неврозов, которые принуждали меня глотать таблетки, чтобы пересилить себя и освободить голову для работы. Я никогда ещё не была так счастлива, как теперь. Я жила под навязанной мне установкой, что меня предадут и бросят на произвол судьбы. Моему счастью угрожали со всех сторон. По-видимому, меня никто не мог так любить, как Даниэль.
3 февраля 1979 года
«Сезар». Не может этого быть... такая честь мне, я же этого совсем не заслужила... есть так много других... Спасибо. Спасибо.
15 апреля 1979 года
Смерть Харри. Мне следовало лучше о нём позаботиться.
Конец апреля 1979 года
Мне сорок лет. Если мне предлагают играть семнадцатилетнюю, как в «Лулу», мне просто смешно. Я вернула сценарий.
Эту женщину в «Простой истории» я понимаю: в ней много моих собственных чувств.
Сегодня дело обстоит так, как будто я подстроила Зисси каверзу. Я выглядела так, что люди могли подумать, будто корона — у меня в кармане.
Непонимание исключить нельзя. Даже в лучшей роли. Ведь себя видишь иначе, чем тебя видит режиссёр, иначе, чем тебя видит публика.
Почему я не могу писателю, такому как Дрист, открыто сказать, что он мне нравится? Я имею в виду художников, авторов. Об этом было бы тут же сказано, что я объясняюсь ему в любви или делаю непристойное предложение.
Почему меня никак не оставят в покое? Я не могу высказываться как того от меня ожидают. И это называется — у меня плохой характер, поскольку я не та женщина, которая всегда говорит «да». Если я поднимаю брови, то на самом деле выгляжу злой. Я только спрашиваю себя: а что могли бы начать вытворять другие, при моём-то чувстве свободы? Она же принадлежит мне.
Актрису следует судить только по её ролям. Не пущу на порог больше ни одного фотографа.
Осень 1979 года
«Свет женщины».
Монтан и я, мы оба — перфекционисты. Наши страхи объединяются. Мы работаем жёстко.
25 февраля 1980 года
В роль Кэтрин Мортенхоу («Прямой репортаж о смерти») я не могу входить без смущения. Вы же знаете, как дорого продавались в прессе мои приватные фотографии, например после выкидыша. Всё равно где.
26 февраля 1980 года
Конечно, я играла эту роль в «Прямом репортаже о смерти» не без смущения. Добрые три четверти этой героини имеют отношение ко мне самой.