Чтение онлайн

Этот фильм для меня — нечто большее, чем просто очередной фильм, правда.

Не так уж много существует возможностей у звезды оградить себя от вторжения в личную жизнь. Не люблю я слова «звезда», я просто хочу иметь право хорошо работать.

Есть такие посягательства, от которых мне едва ли удастся защититься. Я знаю, какую высокую цену платят за мои фото из личной жизни. Я считаю, это безвкусно. Не знаю, как защищаются другие. Может быть, мои коллеги делают это более умело. Или лгут. Но и эта женщина в этом фильме, внезапно став предметом общественного интереса, беззащитна. Именно в этой точке мы с ней и пересекаемся.

С проектом Фассбиндера «Замужество Марии Браун» ничего не вышло. Мне сначала не понравился сценарий. А потом мы потеряли друг друга из виду.

Вернуться на сцену? Я бы охотно сделала это, и как раз в Париже или Берлине. Не знаю, почему здесь. Всегда говорят о «берлинском воздухе». Но я его боюсь. Мне надо найти для этого и мужество, и время. У меня есть предложение от Боя Гоберта работать в театре. Но об этом я ничего не могу сказать. Если я это приму, то должна быть такая пьеса или роль, где меня бы никто ни с кем не сравнивал. Новая, современная пьеса. Это я бы сделала с удовольствием. Только мне необходимо доверие.

10 апреля 1980 года

Я хочу учиться, развиваться, узнавать, что во мне скрыто. Не хочу злиться на себя. Не хочу больше выносить бесцеремонность немецкой прессы. Любой вопрос о моей профессии, о моей работе, но только не о личной жизни! Мой сын Давид умеет читать и проглатывает всё, что бы обо мне ни написали. Почему я должна позволить его травмировать? Что происходит между мной и моим мужем, никого не касается. Мой долг — оградить моих детей.

Съёмки «Банкирши».

Апрель 1980 года

Наверняка ты просыпаешься утром и говоришь себе: сегодня я не буду нервничать сама и никого раздражать тоже не буду. И ты идёшь с этим решением на студию. Всё напрасно! Ты трясёшься от страха и становишься невыносимой для себя и для других.

22 мая 1980 года

«Банкирша».

Я, конечно, суперпрофи, но в то же время — просто ребёнок. Но я вижу столько взрослых, которые не могут хорошо чувствовать себя в своей собственной шкуре, что уж лучше я останусь ребёнком. Никогда не могла бы жить так, как Ханау [36] .

Шёнау, лето 1980 года

Моя мамулечка, — вся моя любовь, все мои мысли! Я пишу здесь, в твоей постели, и здесь, в своей постели, ты скоро снова будешь счастливо спать — в своём прекрасном убежище. Этого я желаю тебе и нам всем, кто тебя любит, от всего сердца. God bless [37] — твоя Роми-Роземари.

30 августа 1980 года

26 августа умерла моя бабушка, похоронят её 3 сентября. Не хочу привлекать внимание на панихиде, она бы тогда потеряла своё собственное значение из-за моего присутствия. Этого моя бабушка совсем не заслужила. Приеду несколькими днями позже и навещу одна её могилу.

Май 1980 года

«Банкирша».

Я основательно подготовилась и много прочла о Марте Ханау, разговаривала и с людьми, которые её знали. Но решение всегда за тем, в чьих руках камера, и вовсе не всё нужно слушать, о чём говорят люди, и не всему можно верить. Вы не можете себе представить, что за возмутительные вещи написаны о Марте Ханау. Её человечность меня восхищает. Лучше скажем так: она была так человечна, эта маленькая женщина, что стремилась наверх при любых обстоятельствах — но не любой ценой.

Марта Ханау — Эмма Экхерт использует всю свою силу воли, свою энергию, своё искусство обольщения, чтобы достичь своей цели. Всё это она в себе соединяет, и я надеюсь, что мне удастся это отобразить. Это непросто, если ты одна... Никакой режиссёр не может себе представить, насколько покинутой я чувствую себя перед камерой. Не знаю, как это происходит у моих коллег, но со мной это так — каждый раз. Я зависима от своих режиссёров, работаю вместе с ними всегда очень тесно, но есть такие моменты, когда всё исходит только от меня. И если при этом из Эммы Экхерт и Марты Ханау возникнет привлекательный образ — некое неопределимое впечатление — то тогда можно сказать: тем лучше, потому что я как раз того и хотела достичь. Можно представить Эмму Экхерт как опустившуюся дрянь — извините за выражение, — однако если чуть поразмыслить, появляется другой взгляд, человеческий.

Роми становится проницательнее и жёстче в отношении к самой себе, пристрастнее в стремлении к совершенству и бескомпромиссности. Обороняясь от журналистов, она ненавидит прессу, но парализована и повержена ею. Даниэль отдаляется от неё, и она отдаляется от него. От страстной любви остаются только нескончаемые споры. Давид боится: он хочет удержать Даниэля. Устав от ссор, Биазини в начале января 1981 года покидает совместное жилище. Роми хочет развода; в мае развод становится очевидным. В Париже начинаются съёмки фильма «Под предварительным следствием». Давид и Сара живут у родителей Биазини в Сен-Жермен-ан-Ле. Угнетённая и вымотанная, Роми пытается в апреле найти покой в санатории в Кибероне, ей нужно отдалиться и уединиться ото всех; однако первая же фотосессия оборачивается для неё переломом щиколотки. Из-за внезапно начавшихся сильных внутренних болей Роми переправляют в Американский госпиталь в Нейи, где 23 мая ей удаляют пораженную опухолью правую почку. 24 мая, как только Роми в силах встать, она на одних обезболивающих и стимуляторах озвучивает фильм «Под предварительным следствием». Давид помогает ей при работе в тонстудии, поправляя её немецкий акцент. Они строят планы совместного отдыха после её выздоровления. Вместе они — в последний раз. 5 июля Давид погибает в результате несчастного случая, перелезая через железную ограду в саду родителей Биазини. Он прожил всего 14 лет, и Роми переживёт его всего на 10 месяцев.

В интервью журналу «Штерн» в апреле 1981 года Роми в отчаянии говорит о своём душевном состоянии, она чувствует себя выжатой до капли, чрезмерное напряжение ей больше не по силам — однако самые жестокие удары судьбы у неё ещё впереди.

Телефонный разговор с её матерью Магдой Шнайдер

26 января 1981 года

Даниэль ушёл. Он меня оставил! Уезжает в Америку. Но я совсем не думаю отправить в Америку Давида!

Январь 1981 года

Давид уже уехал. Он уже сидит в самолёте на Нью-Йорк. Он летит к Даниэлю.

Февраль 1981 года

Ах, мама, я думаю, мы сделали большую ошибку. Мы не должны были передоверять Давида. Мальчик произвёл такое странное впечатление после своего возвращения...

Февраль 1981 года

Хватит. Это — развод. Это больше не брак.

Февраль 1981 года

Кто знает, как долго длится счастье. Я живу только моментом. Могут произойти ужасные вещи. Можно заболеть или умереть.

Сейчас я исчерпана до дна.

23 апреля 1981 года [38]

Ненавижу этот образ Зисси. Что ещё я даю людям, кроме этой вечной Зисси? Я ведь уже давно не Зисси и вообще никогда ею не была.

Я — несчастная женщина 42 лет, и зовут меня Роми Шнайдер.

Все три фильма про Зисси трижды шли здесь, во Франции, по телевидению. Мой сын Давид сказал: мама, ты уж не сердись, но лучше я посмотрю вестерн по другой программе. Только моя маленькая дочка всё это посмотрела.