Чтение онлайн

– Далась тебе эта туфелька! Интересно не это. Красавицу-то, между прочим, Розой зовут.

– Что-о?

– И работает она, знаешь где?

– Где?

– В цветочном магазинчике, принадлежащем все тому же Николаю Лейкину. Очень хорошо тебе знакомому. Ну, как тебе, коммерческий?

– Ничего, - грустно сказал Алексей. – Я рад, что в нашем букете прибыло.

… Надо срочно избавляться от этой бабы. Срочно. Почему же у них у всех такие странные имена? Как надоел весь этот цветочный магазин! Сначала Лилия, потом Маргаритка, а теперь еще эта Роза. Взялась меня шантажировать, стерва. Сначала благодетельницу из себя разыгрывала, а теперь откровенно преследует. Просто проходу не дает. Она ничего себе штучка, Роза - Розочка, очень даже хороша, но мне в жизни хватило и Марго. Никогда больше я не буду таким неосторожным. Хорошо, что Марго быстро поняла, что никакой любви у нас и не было. Просто родители ушли на работу, а она не сказала «нет». Если бы сказала, я бы ее и пальцем не тронул. Но как-то все само собой получилось. Глупо. И я даже не подумал, что из-за одного раза она может забеременеть. Была бы совершеннолетней, я бы сам заставил ее сделать аборт. Тайно. Заплатил бы за все, и дело с концом. Деньгами, а не собственной карьерой. Марго, в конце концов, к этому же и пришла. К товарно-денежным отношениям. Умница. Но тогда пришлось признаться родителям и рожать.

Она молодец, Марго. Хотя это и была ее проблема. Женская. Она вольна была решать ее, как хотела. Странно как, но эти две моих девочки очень похожи. Я видел ее мельком, дочь Марго. Но у меня к ней ничего. Так же как и к Насте. Мне просто нужно было, чтобы Элла оказалась беременной. На этот раз просто необходимо. И все получилось, как и тогда, с первого раза. Может, это я такой особенный? Тот ребенок был пропуском в ад, а этот в рай. Но от этого я не стал ко второй девочке менее безразличным, чем к первой. Я вообще не люблю женщин. Да и мужчин тоже. Никого. Просто женщины иногда мужчинам нужны, для определенных целей. Но это очень опасно, пользоваться случайными связями. Вспомнить Марго. А сколько их таких больных? Говорят, что по статистике пятнадцать процентов всех московских шлюх. Врут, конечно. Пятнадцать процентов! Ха-ха-ха! Не маловато ли? Взять хотя бы эту Розу. Кто знает, с кем она путалась до меня? Вдруг она тоже шлюха, со своими рыжими волосами, с глазами, которые мерцают, словно огоньки на болоте? Ведьма. А я не хочу больше проблем. Я не пью, не курю, не употребляю наркотики, два раза в неделю хожу играть в теннис, утром и вечером тщательно чищу зубы по десять минут, как и положено, мою фрукты с мылом в горячей воде, раз в год посещаю дантиста, так же регулярно врача для профилактического осмотра и делаю флюорографию. Потому что главное в жизни – это здоровье. Так говорила мама, объясняя мне, почему все это надо делать. И, черт возьми, она была права!

Потому что стоило только взглянуть на Марго. Какие у нее были глаза последний раз! Взгляд смертника, который сидит в камере и ожидает исполнения приговора. Я никогда бы к ней не подошел, и она это знала. Поэтому даже дотронуться до меня не пыталась. Говорила что-то о своей любви, о том, что хочет мне помочь, что понимает мои проблемы. И с девочкой этой свела, потому что знала, что только такая и может мне понравиться. Да, бедная Марго слишком хорошо меня знала.

А где, скажите, я найду себе любовницу? Объявление в газете дать? Или обратиться в брачное агентство? Да Марго – та же сводня. И я ей поверил, потому что она потребовала с меня денег за услугу. Если бы не потребовала, это меня бы насторожило. А так, все по правилам: Марго решила самостоятельно заняться сводническим бизнесом. Я пригласил обеих в ресторан. Ее подруга оказалась очень робкой. Славная девочка, она не умела фальшивить. Как жаль, что все так обернулось!

Я понял, что ничего не получится. Нужно время, чтобы ее приручить. А ждать не хотелось. Марго тоже заметно нервничала. Пришлось посадить обеих в машину, предварительно заплатив по счету. У меня в этом ресторане скидка, как у постоянного клиента, но все равно это очень ощутимо для моего кармана. И, главное, никакого результата. Конечно, я разозлился. Эти проклятые деньги слишком дорого мне достаются. Нет, я за них не пашу, как слон. Не вырываю их из глотки у своих соплеменников. Я вне конкуренции на фирме моего дорого тестя. Я свой. Я член семьи. Я раб семьи. Я джин, который прикован к ней кандалами, и который давно уже забыл, что сам может быть волшебником. Его не вызывают, просто держат при себе. Потому что он выполнил уже два желания: женился на Эллочке и зачал дорогую и любимую внучку. И можно теперь либо дать ему свободу, либо всю жизнь держать в семье, не используя, но владея. Но иногда мне до смерти хочется попробовать свое могущество. Ведь я молод, здоров, красив, и очень неглуп.

И мне во что бы то ни стало надо избавиться от этой бабы. Она меня утопит. Потому что если Элла не будет молчать, ее семья возьмется за меня всерьез. И я могу получить свободу, только окончательную. Ото всего. Главное, от радостей жизни. А я слишком дорого их ценю.

И я все время теперь повторяю. Не вслух, конечно, потому что это слишком личное. Роза.

Роза… Роза…

– Проходил мимо, дай, думаю, загляну, - буркнул Серега, вваливаясь следующим вечером в дверь леонидовской квартиры.

– А по какому поводу ты мимо проходил? – поинтересовался Алексей, пристраивая на вешалку его куртку.

– По тому самому. Ночью в вашем дворе хотел покараулить. Магнитолу, понимаешь, мне жалко.

– Анечка же сказала, что новую купит.

– А он, меж тем, еще кого-нибудь грабанет. Дудки.

– За руку хочешь поймать?

– Хочу, - упрямо сказал Серега. – Кстати, как твое здоровье, коммерческий?

– Неплохо. Чаю хочешь?

– Можно и чаю.

– Только тихо. Жена Ксюшку укладывает.

Огромный Барышев на цыпочках прошел в кухню:

– Я недолго. Поздно уже. Мне на охоту пора.

– И что вы интересного выяснили, наблюдая за Сухановым? – спросил Алексей, наливая чай себе и Сереге.

– Да как тебе сказать. В этом деле он замешан. Факт, - мрачно сказал Барышев.

– Из чего это следует?

– Во-первых, он знал Марго. Во-вторых, эта Роза.

– Расскажи про нее, - попросил Алексей.

– Интересная девушка, - вздохнул Серега. – Двадцати лет, красавица, близкая подруга Марго. Кстати, это Роза сказала, что у нее СПИД.

– Вот как? Значит, не Лилия, а Роза была у Марго доверенным лицом?

– Ну да. Понимаешь, у твоего Лейкина несколько павильонов. Сначала Марго устроилась работать вместе с Лилией, в центре. Они, вроде бы, подружились, Лилия помогла найти напарнице отдельную квартиру, ведь до этого Марго комнатку снимала в коммуналке, а у нее бизнес, сам понимаешь. Потом Марго вдруг сошлась с этой Розой и перевелась работать к ней в павильон. Но это продолжалось недолго.

– Почему?

– Роза сказала, что Лейкин открыл еще один магазинчик. Недалеко от ее дома. И в целях экономии времени…

– Значит, сэкономленное время дороже дружбы? – усмехнулся Алексей.

– Да черт их поймет, этих баб! – в сердцах сказал Серега. – То ходят друг за другом, то из-за пустяка вдруг злейшие враги.

– Значит, вы отследили, как она садилась в машину Суханова?

– Ну да. Во вторник.

– А что на ней было надето?

– Куртка, джинсы в обтяжку.

– И платок на голове? – на всякий случай спросил Алексей.

– Какой еще платок? У нее, знаешь, какая роскошная шевелюра! Рыжая, колечками. Я ж тебе говорю: красотка. Зачем ей такие волосы прятать под платок? И не мерзнет, наверное, с этакой-то шевелюрой!

– Странно. Откуда ж он тогда взялся в сухановской машине? Яркий такой платок, точь-в-точь, какой был на Виктории Воробьевой. В тот день, когда ее убили.

– Да что ты говоришь?

– И запах. «Турбуленс», точно. А у нее, что за духи, у этой Розы?

– Знаешь, я ее не нюхал.

– А зря. Я так думаю, что она нас специально на Суханова наводит. Не простые у них отношения.

– С чего она взяла, что мы обязательно будет обыскивать сухановскую «Тойоту»?

– А с того, что она знает, что на него мы рано или поздно выйдем. Знает, что в тот вечер, когда убили Лилию, он был с ней и с Марго в ресторане.

– Да что ты говоришь?

– А ты, дорогой, найди в Москве «Красную шапочку» и поинтересуйся.

– То Золушку ему найди, то Красную Шапочку, - буркнул Серега. – Мальчика с пальчик еще не надо? Или эту. Принцессу на горошине?