Я себя прощаю
Шрифт:
– С красотой не поспоришь, а вот с меткостью проблемы.
– Макс сказал, да?
– Почему ты не попросила меня? Я бы тебя научил.
– Не хотела просто. Злая была.
– А теперь?
– А теперь добрая.
Мы долго гуляли в этот вечер. А после, лежа в постели, он сказал:
– Ты особенная. И ты мне не безразлична
– В любви признаешься?
– Не порти момент.
– Ты мне тоже дорог. Я буду жить с тобой, учитывая то, что ты уже живешь у меня.
– Ну, вообще-то, это мая квартира.
– Это мелочи толкования.
– Расскажи мне о своем доме. Про свою жизнь. Пожалуйста.
Я видела, что просьбы даются ему тяжело, а тут прозвучало целых две. И я рассказала. Я говорила о многообразии наших животных и растений. Сравнивала их с земными и он подолгу смеялся. Рассказала о том времени, когда я только пришла на Землю и осваивалась с речевыми оборотами и разговорным жанром. Рассказала про то, что на Дра-илле вампиры не пьют кровь. Что когда-то были драконы. А потом рассказала про своего сына, которого оставила. И сейчас, засыпая в объятиях мужчины, которого люблю, я поняла, что мне уже не больно говорить о Трэе. Что у меня началась новая история, с появлением Джастина.
Джастин Эвил
Она спала в моих объятиях, а я любовался ею. Я любил впервые в жизни, и это было всепоглощающее чувство. Кто сказал, что оно делает слабее. Казалось, что я летал. Я поморщился, вспомнив, как она испугалась меня там, в парке. Как бежала через лес, а я преследовал ее. Ей не стоит знать, что тогда только чудо не заставило меня осушить ее вены, разорвать нежную плоть. Не знаю, что заставило обе мои половины уступить место человеку, но я благодарен Богу за это. Я не простил бы себя до конца своих дней, если бы причинил ей боль. И какой же был дурак, что насильно заставлял ее подчиняться.
Она вряд ли поняла, что ее жизнь могла оборваться прямо там, на траве. И я сохраню ее в неведении. Мой телефон коротко зазвонил, и я поднял трубку, предварительно покинув теплые объятия.
– Скарсы действовали не одни. – Проговорил Макс на том конце провода. – Еще три семьи, не входящих в клан посредством объединения принимали в этом участие. Подробностей не знаю, но источнику можно верить.
– Понял тебя. Разберемся с этим, как только приеду.
– Мила..
– Как только приеду.
Я нажал отбой и начал собираться. Сонная Лира, закутанная в простыню, вышла в холл.
– Ты куда?
– Возникли проблемы. Не выходи из дома, пока я не приеду.
– Будь осторожен.
Она крепко приобняла меня за талию и прижалась губами, к пока еще голой груди. И так же молча отступила на пару шагов назад.
– Буду.
Я мчался на мотоцикле к дому, а в голове зрел план. И почему я раньше не поступил так просто. Почему не пользовался силой, которой обладаю. Зачем я их всех выслеживаю поодиночке, если можно разрубить змею одним ударом. Когда я приехал, меня уже ждал доверенный круг лиц. Я раздавал указания быстро и четко, и лица моих людей все больше вытягивались.
– Ты уверен, что это сработает? Что ты не поубиваешь всех, когда поймешь, что это не один, не два, а может десятки вампиров и даже оборотней?
– У меня нет другого выхода.
– Значит официальный прием с представлением знакомого повелителя. А Лира знает.
– Нет. И не узнает. Не стоит ее вмешивать. Не хотелось бы еще поубивать и вас.
– То есть?
– То и есть. Никого из семьи, Лиры и преданных кланов не будет. Все остальные обязаны будут явиться на Бал к Хозяину Ночи. В полном руководящем составе! Вторая и ниже линии меня не интересуют.
– Только главы и первая ветвь? Я так тебя понял.
– Именно.
– И что ты планируешь? Не хочешь меня посвятить.
– Отрублю голову змее.
– Что!? Не все они плохие.
– Как твоя сестра, что хотела убить Лиру.
– Мила стерва. А еще дура. Она не в то верила. Если они узнают, что ты хозяин ночи, то будут целовать тебе ноги.
– Они могли бы это и так понять. А я уже слишком долго ждал.
– Я не согласен.
– Мне не нужно твое согласие. Сделай то, что приказано.
Макс ушел, громко хлопнув дверью. А я продолжил жить оставшиеся дни до банкета так, будто все нормально. Только Лира что-то чувствовала в моем настроении. Выпытывала, что случилось. Конечно, ей знать обсалютно не обязательно.
В день бала я с ней договорился о встрече на завтра по телефону, сославшись на срочные дела. Она еще какое-то время поговорила со мной, а после я отключился.
Ночь. И я стою на балконе и вижу их. Они все стремятся сюда, познакомится с неким Хозяином. Но я не просто хозяин Ночи. Сегодня, я буду еще и повелителем их жизни. Ни одного оборотня в зале, десятки глаз вампиров смотрят на меня. В их руках бокалы, которые они поднимут в мою честь. Бокалы, в которых моя кровь. Я кровожадный сукин сын, но не убийца. Прости, Макс. В моей семье завелся крот, что постоянно сливал информацию вампирам о перемещениях. Это единственный выход проверить тебя, так как ты первейший подозреваемый. Но, Боже, пусть я ошибаюсь. Не хочу терять своего молчаливого друга.
– Приветствую вас.
Я спускаюсь по лестнице, но меня встречает гробовое молчание. Никто не пьет, но это и не нужно. Они уже давно все принадлежат мне. Лира рассказала, кем был Дерек, или Дакрэйн. Я знаю, что каждый вампир проходит инициацию кровью старейшего и сильнейшего. Это все во мне. Я подчинил свою сущность, а теперь сломаю и их.
Бокал падает из моих рук, и звон разбившегося стекла – это единственное, что нарушило тишину в зале с больше чем полусотней вампиров.
– На колени.
На лицах многих я вижу недоумение, кто-то начал ехидно улыбаться. Ну еще бы. В их понимании, я какой-то выскочка, что нарек себя Богом, коим не являюсь. Жаль расстраивать, но для вас я он и есть. Я повторяю свой приказ, и недоумение стирается пониманием, а ухмылки страхом, когда они, словно скошенная трава, стелятся ниц передо мной. Ни один не смеет поднять голову и взглянуть в мои глаза. Я ощущаю волны их страха. Он настолько поглотил их, что они даже не могут вспомнить о ненависти ко мне.
– Встаньте те, кто организовывал против меня покушения.
На миг я ловлю знакомый силуэт Лиры, но тут же отгоняю от себя мысли о ней. Ее не может быть здесь. Она не знает. Просто не может знать. А между тем восемь вампиров поднимаются. Их головы все так же опущены. И я знаю, что они поняли. Знают это и те, что все еще на коленях. Я вижу, как взгляды осматривают смертников, среди которых нет Милы. К счастью для меня, она все еще на полу. Ни она, ни Рик не поднялись. Значит это только глава клана чудил, за что и поплатился.