Чтение онлайн

Однажды моя мама взяла билеты в Оперный театр на балет Золушка – это оставило неизгладимый отпечаток в моей памяти! Дело было не в самом балете, а в том, что такого количества красивых и шикарно одетых теть и дядь не встретишь на улицах города просто так! Эти роскошные дамы были одеты в красивые бархатные платья с боа пушистым на плечах, с искрящимися украшениями, в элегантных шляпках с вуальками, на высоких каблуках – это не смотря на январские морозы! С тех пор для меня балет стал лучшим видом искусства, а эти модные женщины – эталоном стиля и вкуса.

«Все нравственное воспитание детей сводится к доброму примеру. Живите хорошо или хоть старайтесь жить хорошо, и вы по мере вашего успеха в хорошей жизни хорошо воспитаете детей»

Мы все – родом из детства: о человеке красноречивее всего может рассказать уклад жизни его семьи. Я выросла в очень хороших условиях и в очень хорошей семье. Мой дом находился на Печерске сразу напротив Введенского монастыря. Монастырь закрыли еще во времена моего детства и сделали из него склад-больницу, выгнав всех монашек на улицу. Как сейчас помню: разбрелись эти бабушки по нашему району – старенькие, сгорбленные, в платках, в черных одеяниях и с черными полотняными сумами , а сердобольные соседки все пугали нас, детишек, для того, чтобы мы не бегали за ворота: «Видишь, идет баба – Яга с такой большой полотняной сумкой?… Вот сейчас она тебя заберет!» Было очень страшно, и я, наряду со всеми сотоварищами по двору, тоже попалась на эту страшилку.

Жила я в очень элитном доме военных – мой дед был полковником на генеральской должности. Вообще, дед Сеня – мамин папа – занимает особое место в моей истории как главный воспитатель в моей жизни. От него я впервые стала получать постоянные установки на «самая – самая», в результате чего у меня развился и укоренился непроходящий «комплекс отличницы». Еще в ранние школьные годы я усвоила, что должна быть: умной, воспитанной, образованной, всесторонне развитой, эрудированной и т.д. и т.п. Только гораздо позже ко мне пришло озарение, что все время быть хорошей пай – девочкой – это приторно и довольно таки скучно, но до этого прозрения я долгие годы всячески стремилась соответствовать возложенным на меня ожиданиям и во всем быть на должной высоте. Конечно, я об этом ничуть не жалею, хотя в избыточном виде «комплекс отличницы» не приносит ничего хорошего, но дед стал моим стимулом к постоянному самосовершенствованию и движению вперед: именно он меня постоянно заряжал, направлял и подкручивал быть лучше, лучше, лучше….По-видимому, он что-то очень важное для себя не успел реализовать в своей жизни, вот и произошел, говоря языком психологии, перенос его нереализованных потребностей на меня. Говоря простыми словами, он на мне отыгрывался по полной программе! Он тащился оттого, что его внучка поет и музицирует «Лунную сонату» по его велению и его хотению, и знает толк в настоящей литературе, которой он меня регулярно снабжал для общего развития. Помню, вручил он мне, пятикласснице, Жан Жака Руссо «Исповедь» и строго – настрого приказал: «Наташа, прочитай это внимательно и с карандашом – потом обсудим!» Дальше – больше: в девятом классе мне было дано задание изучить Томаса Манна «Иосиф и его братья» с подобным комментарием предстоящего обсуждения этого философского произведения. Этот кошмар помещался в двух томах, но, тем не менее, затея деда сделать из меня философа удалась: хоть я и передумала поступать на философский факультет, хотя искренне этого хотела, у меня сформировался философский склад мышления, что в жизни очень пригодилось. Уникальным человеком был мой дед – о нем вообще отдельную книгу можно писать! Уже с четырнадцати лет он был в армии, с шестнадцати – стал пограничником в Школе НКВД, затем учился в пограничном училище, до войны служил на западных границах, а на фронт пошел уже в звании майора. Раннее взросление, стремительная карьера, насыщенная жизнь и война, забравшая лучшие молодые годы – он физически и фактически не мог участвовать в воспитании своих троих детей, а когда появилось время, и война закончилась – дети уже выросли, и поезд ушел. А нереализованные и непрожитые отцовские чувства и потребности то у него остались! Вот спустя годы и получилось, что я стала, как говорила моя бабушка, «Сениным первым ребенком» – он выплеснул на меня все свои нереализованные родительские инстинкты, отцовскую любовь и заботу. Как только принесли меня из роддома на Печерск и развернули, так тут же с аханиями и оханиями сбежались все мамины подружки и соседи да стали надо мной восторженно кудахтать. А дед, как мне потом рассказывали мои родные, спокойно всех поразгребал, молча меня завернул, взял на руки и унес в свою комнату со словами: «Все свободны – гуляйте!» Так и получилось, что задержалась я у бабушки и дедушки на целых восемнадцать лет: сначала перекочевала со своей кроваткой к ним в спальню на время, а потом, после того как в четыре года заболела астмой и начала сильно болеть, осталась до совершеннолетия. Все получилось совершенно естественно и легко – без каких либо взаимных обид друг на друга и классического дележа ребенка. Из-за проблем со здоровьем я не могла ходить в садик, а мама с папой получили квартиру на Левом берегу, так что я осталась на своем родном Печерске под чутким присмотром бабушки и дедушки, тем более что там был мой привычный дом, двор и школа. Я была ни в чем не нуждающимся, холеным, залюбленным и занеженным ребенком, так что у меня не было никаких комплексов брошенности и, уж тем более, обид на родителей. Они все равно были рядом: приходили среди недели, забирали меня на выходные и окружали должной заботой и вниманием. Но все равно так получилось, что бабушка и дедушка стали моими вторыми родителями, если не сказать, что первыми. Почему?…Нет, я всегда очень любила своих молодых, красивых и веселых маму – папу, и они были моими лучшими друзьями, но уже во взрослые годы я поняла и почувствовала, что они всегда были друг у друга на первом месте. Это сейчас современные психологи говорят, что это правильно, когда родители не страдают безумной любовью к детям и не растворяются в них без остатка, но пока я была маленькой девочкой – мне очень хотелось, чтобы вокруг меня вращался весь мир, вот он и вращался в дедушкином обличии и с бабушкиной помощью.

«Счастлив тот, кто счастлив у себя дома»

Моя собирательная картинка детства – это красивая мозаичная фреска, собранная из самых ярких образов – воспоминаний – ассоциаций: Новый Год, Дед Мороз, билеты на Елку, праздничный запах мандарин и хвои, любимый балет «Золушка», «Голубой огонек», вкуснейший аромат домашней бабушкиной выпечки и вкус орехов с шоколадом. Я никогда не любила в изобилии сладкое, но бабушкин фирменный торт Баядера – это семейная фишка нашей семьи: его пекла она, потом моя мама, тетя, моя двоюродная сестра, а теперь пеку я и моя невестка. Этот удивительный рецепт бабушка привезла еще до войны, когда дед служил на польской границе, и с тех пор Баядера вошла в нашу жизнь и неизменно украшает все наши праздники. Еще одна яркая часть картинки моего детства – это наши старые, добрые семейные традиции, которые были нерушимыми и непоколебимыми не смотря ни на что. Обед и ужин в нашей семье были священнодействиями, когда вся семья неизменно должна была собираться за столом – это было наше святое! Пока все собираются, бабушка все расставляет и красиво сервирует, а дедушка обязательно выпивает свою традиционную рюмочку коньяку со словами: «Ну разве же я пью?..Я лечусь!» Прекрасно у нас все было – тепло, светло и всегда празднично….

А еще в собирательный образ входят Оперный театр и мои красивые, всегда нарядные и счастливые, молодые родители….Мама – это вообще для меня эталон Истинной Женщины еще с раннего детства: такая вся тоненькая, хрупкая, элегантная и чудесная …Я аж задыхалась от любви и восторга при виде ее – такой прекрасной, вкусно пахнущей и постоянно улыбающейся своей чарующей улыбкой!

Мои любимые праздники родом из детства – Новый год и День рождения. На Новый год непременно покупалась большая живая сосна, которая ставилась из года в год на мощную деревянную крестовину – в нашем старом доме были почти четырехметровые метровые потолки, которые позволяли нам устанавливать чуть ли не Кремлевскую елку! Наряжали мы ее немецкими дефицитными игрушками ручной работы, купленными в Военторге, причем, украшали ее только мама с бабушкой, баллансируя на высоких стульях, а я тем временем делала из ваточки волшебный снежочек. Это было какое то необыкновенное ожидание Нового года из года в год! Родители еще были очень молодые, поэтому на новогоднюю ночь всегда кутили с друзьями в самых модных столичных ресторанах, а мы с бабушкой и дедушкой втроем кайфовали за обильным праздничным столом, смотрели любимый «Огенек», упивались вкуснейшим яблочным лимонадом и поглощали многочисленные вкусняшки. Но главным для меня все – таки было предвкушение утра, когда я знала, что щедрый Дед Мороз наверняка мне принесет чудесный подарок! Мама накануне всегда меня выпытывала: «Наташуня, что ты хочешь, чтобы тебе Мороз принес?» И вот один раз я пожелала его собственной персоной к себе в гости, да с подарком в виде куклы Юли, и его визит действительно стал очень ярким воспоминанием из моего детства и началом краха моих сказочных иллюзий). А было мне тогда пять лет. И вот ждем мы его, ждем – а его все нет и нет. Уже поздно, меня с разными уговорами положили спать – и тут подрываемся мы все от шума в парадном, хотя жили мы на пятом последнем этаже. Оказывается, это идет ко мне в гости в ж….пу пьяный от обилия предыдущих заказов Дед Мороз и кричит дурным, сиплым голосом: «И где здесь живет хорошая девочка Наташа?!», извращенно перекручивая при этом мою и так очень сложную девичью фамилию. Бабушка меня быстро поднимает с постели и наскоро втряхивает в праздничное платьице – а мне так страшно, что сил нет! Я то накануне его ждала, подготовила полный сборник всех своих талантов и была готова продемонстрировать все, что я умею, а умела я по тем временам немало: играть на пианино, танцевать «Маленьких лебедей» и бойко декламировать стихи. Но, поскольку он меня предательски обломал своим затянувшимся визитом, то мой энтузиазм просто испарился! И вот вваливается к нам в дом этот пьянючий Дед Мороз: борода на боку, шапка на противоположном ухе, морда красная и, разя драконьим перегаром, еще громче кричит: «Наташенькааааааа, где ты?!!!»…Ну, тут я окончательно испугалась и забилась под стол, откуда меня уже не смогли достать. В результате ему пришлось оставить куклу Юлю и отправиться восвояси. Тем не менее, от этого моя вера в Чудеса и в Деда Мороза продержалась до двенадцати лет – я исправно бегала под елку искать подарок и неуклонно верила в сказку. Иллюзии развеяла моя всезнающая четырнадцатилетняя двоюродная сестра: «Ну какая же ты дура! Это мама покупает подарки и кладет под елку». Я долго плакала и не хотела расставаться с волшебством, тем более что я с детства была очень романтичной и мечтательной девочкой – сказочницей. Читать я научилась в пять лет, а до этого мне читали сказки мои родные в неограниченном количестве: я от корки до корки знала наизусть Чуковского, Барто, Маршака и в конечном итоге настолько пропиталась этим сказочным духом, что стала сочинять свои собственные шедевры. Во дворе мы, ребята постарше, частенько возились с малышней – они то и стали моими первыми слушателями. Я собирала вокруг себя целую толпу благодарных почитателей моего таланта, создавая некий микс из лучших сказочных шедевров и придумывая свой вариант. Вскоре за мной надежно закрепилось прозвище «Сказочница», чему я была только рада.

Вообще все праздники мы отмечали пышно и красиво: накрывали щедрый стол, ломящийся от вкуснейших яств, а готовили все это по ночам и в таком количестве, что я не представляю, как это вообще возможно! На праздниках у нас все танцевали – причем, эта традиция сохранилась и по сей день. Особенно мне запомнилось празднование моего десятилетия, которое мы гуляли два дня подряд: сначала для детей, а потом для взрослых. Помню, было тогда очень много родственников – красивые все, молодые, заводные такие…А мама как раз накануне научила меня танцевать чарльстон – и вот все парами танцуют, как в конкурсе «у кого лучше», но я то знаю, что я– лучше всех! Короче говоря, я всех подвинула, встала в центре и так станцевала, что все были в шоке – только стояли вокруг и аплодировали. Это был незабываемый миг моего детского счастья – вот она какая, эта слава и признание!

«Лучший способ сделать детей хорошими – это сделать их счастливыми»

Вообще я была необыкновенно артистичным ребенком: во всех номерах и светопредставлениях мне обязательно нужно было петь, танцевать и выступать – была бы только сцена и зрители! При этом, как истинная Леди – Совершенство, я всегда была прекрасно одета: в нарядных платьицах, вся такая наглаженная, причесанная, с бантиками и гольфиками под цвет своего наряда. Как вспоминает моя подруга детства Оля Бродская, когда я выходила гулять во двор вся такая – растакая, то все девчонки лопались от зависти, а мальчишки восторженно пускали слюни. А я становилась в изящную позу и кокетливо говорила: «Всем здрасьте!» Ну, просто Звезда снизошла, так что стоять – бояться!

Моя звездность подпитывалась к тому же еще определенными талантами и врожденными способностями. У меня был настолько абсолютный слух, что дедушка хотел, чтобы я профессионально музицировала. Ну, я и музицировала, поскольку так решил глава нашего семейного Клана. Слово деда во всем было единственно правильным и последним, и все наши семейные решения сводились к одному: «Верховна рада приняла, но должен еще Президент подписать». Моей же личной слабостью и настоящей любовью был балет – еще в детстве я пересмотрела все известные балеты, на которые меня водила мама – театралка. Я оооочень хотела танцевать! Поскольку моя физиология чудесно располагала к этому виду искусства – а была я маленькая, тоненькая и невероятно гибкая с прекрасной растяжкой – то не удивительно, что из всей школы на балет отобрали только меня и еще одну девочку. Я тогда заявила маме, что буду лучше, чем сама Майя Плисецкая, тогда все будут завороженно смотреть на моего «умирающего лебедя», а не ее! Но наш главнокомандующий решил иначе: «В нашей семье артисток не будет, тем более, балерин! Наташенька, будешь ты играть на пианино, учиться на пятерки и читать много книг». И точка. Так что не судьба мне была переплюнуть Плисецкую, но и с карьерой музыканта тоже не сложилось. Вот я иногда думаю: а кто вообще мог бы из меня получиться?… Да кто только бы не получился: и писательница – сказочница, и певица, и балерина, и артистка….Из всего этого многообразия полностью раскрылось и реализовалось пока что только одно: я – артистка. Причем, по жизни!

Почему я стала такой хорошей мамой и великолепной хозяйкой?…Ответ прост: спасибо моему Роду и тому позитивному опыту – примеру, который они мне, как самый бесценный Дар, передали в наследство. Я с раннего детства любила играть в «дочки-матери» со своими фирменными игрушками, которых у меня было в переизбытке. Особенно мне запомнилась шикарная немецкая кукольная мебель – подарок папы. Как увидела я это все добро в виде кухонки с посудкой, гостинной с разными там стульчиками, столиками и пуфиками – то у меня аж дыхание перехватило от счастья! И начала я играть в маленькую хозяйку своего большого дома – рассадила я на эти пуфики своих нарядных пупсиков в чепчиках да кружевах, потом вкусненько их накормила, напоила, колыбельную спела да спать уложила. Вообщем, кайфовала я от своего кукольного рая. Кроме того, формированию будущей хозяйки с большой буквы очень помогли мои врожденные и приобретенные черты характера: я была опрятным, аккуратным и организованно-упорядоченным ребенком с идеальным порядком в своей комнате. С годами эта страсть к порядку помогла мне идеально систематизировать всю свою жизнь и упорядочить все свои действия в нужном для меня направлении.

«Брак истинный только тот, который освещает любовь»

Я действительно Счастливый человек, потому что у меня чудесная «закладка» на самом психогенетическом уровне! Изначально моя семья по материнской и отцовской линиям – это носители очень правильных семейных традиций, о которых сейчас много пишут и говорят как психологи, так и ученые. Проанализировав историю своих поколений, я осознала, насколько повезло мне и нашим потомкам, которые, я очень надеюсь, подхватят эту славную эстафету! У одних моих дедушки-бабушки было двое детей, у других – трое, и почти у каждого из этих детей потом были свои жены и мужья, дети, внуки…Не всем повезло иметь такое количество двоюродных дядь и теть! К чему это я?…Ни у кого в моей огромной и дружной семье не было развода – ни у одного человека! Все состоялись как великолепные семьянины и хозяйки, живущие долго, счастливо в любви и согласии.

Истории Любви и Верности моих родных заслуживают особого внимания.

Моим Родителям – с Любовью посвящается….

Вставка эссе про историю любви родителей

Об истории Любви маминых родителей – дедушки Сени и бабушки Раи – можно написать отдельный роман: они прожили вместе долго и счастливо 71 год! Они росли неподалеку друг от друга в небольшом городке Первомайск. В 16 лет дедушка уехал поступать в Одессу в пограничное училище, а бабушка убежала вместе с ним – ну чем не сюжет о Ромео и Джульетте, только со счастливым концом! Поскольку родители бабушки не хотели ее отпускать, почти как в произведении Шолом – Алейхема «Блуждающие звезды», она тайком собралась, замотав в платок две пары трусов, и приехала к нему в общежитие. Они долго не расписывались и узаконили свои отношения только в 1939 году перед отъездом в Москву, когда дед уже знал, что будет война. История их жизни одновременно романтична и драматична: дед потерял свою семью во время войны и перенес большое потрясение, прежде чем нашел. Война их застала на Польской границе, где дед служил пограничником. Пока там осталась бабушка с тремя детьми, дед учился в Москве в Академии Фрунзе и уже подыскивал там квартиру, чтобы их туда забрать. В три часа ночи 22 июня бабушку и всех, кто жил на границе, подняли по сигналу тревоги и приказали немедленно уходить, взяв только одни документы. Дали им подводы и погнали – так началась война. Погибли все, кто не успел убежать, а начальника заставы сожгли живьем. Бабушке Бог помог: она бежала с тремя маленькими детьми через бомбежки и весь тот ужас в Первомайск к своим родителям – моя мама до сих пор помнит ужасный звук самолетов, бомбящих поезда. Дед их нашел с большим трудом и только в 1943 году, когда уже был начальником разведки штаба армии. Их следы так глубоко затерялись, что у него практически не осталось шансов их найти, когда, наконец, через пятые – двадцатые руки ему нашли адрес, где они, якобы, жили. Дед всю жизнь помнил тот день, когда он дрожащей рукой постучал в дверь по указанному адресу, и ее открыла какая – то черная, изможденная и высохшая женщина. Дед у нее спросил, известно ли ей что – то о местонахождении таких – то – таких – то, на что женщина расплакалась и сказала: «Это же я, Сеня!» Всего за три года из пышнотелой красавицы бабушка превратилась в неузнаваемую старуху, но потом, правда, опять пришла в форму и вернула свой утерянный блеск. Это и не удивительно, ведь ей пришлось пережить нечеловеческие трудности и лишения: голод, холод и лесоповал в Сибири, где она была в эвакуации с детьми. Моя мама до сих пор помнит вкус борща из ботвы и супа из акации, которыми они питались за неимением большего. После их встречи, когда они уже никогда больше не расставались, каждый год – сколько бы у нас ни было семейных праздников и дней рождений – дед всегда поднимал первый тост за бабушку со словами: «Спасибо тебе, Рая, что ты сохранила мне моих детей!» История их жизни и любви из серии: жили долго, счастливо и умерли в один день, а в их случае – в один год. Бабушка ненамного пережила деда, который умер в одночасье в августе 1993 года с газетой в руках и с очками на носу – в декабре ушла и она. Она вообще была немного флегматичная, а после его смерти практически замолчала и полностью ушла в себя – ей просто стало неинтересно без него жить. Я не помню, чтобы она рыдала или громко страдала – напротив, она говорила о нем так, как будто бы он просто вышел в магазин. Но угасла она очень быстро, потому что они были друг для друга источником света, тепла и энергии жизни. Дед как чувствовал, что так будет, поэтому частенько поговаривал: «Я должен уйти первым, потому что если Рая умрет – то я этого не переживу, я не смогу жить без нее…» Это была какая то фантастическая лебединая верность! Он не уставал ей повторять: «Я так тебя люблю, что в каком бы состоянии ты не была – я никогда тебя не брошу и всегда буду рядом». Так и получилось: в 75 лет бабушка начла резко сдавать после инсульта, и дед полностью взял на себя все заботы по дому и по уходу за ней, даже отказавшись от помощи своих детей. Он и мыл ее, и причесывал, и даже наряды ей покупал со словами: «От тебя не должно веять старостью – ты у меня вечно молодая и красивая!» Поэтому бабушка всегда была ухоженная: с маникюром, с прической, с накрашенными бровями…. Это просто феноменальный случай из жизни! Накануне своей смерти, когда деду исполнялось 87 лет, он пошил шикарные костюмы у Воронина и сам накрыл стол на День победы для всей нашей большой семьи со своим фирменными блюдами, включая свой фишечный бефстроганоф. Не удивительно, что бабушка не смогла долго без него пожить – они действительно были половинками Единого Целого.