Чтение онлайн

С тоской смотрю на кипу кружева, атласа и бусинок со стразами. Я люблю шоппинг. И люблю хорошие вещи, но… сколько ни бравируй, как ни шути, а вот так взять, раздеться перед посторонним мужчиной и продемонстрировать наряды, в лучшем случае достойные порнофильма, не так и просто.

Наконец в этой горе нахожу вполне симпатичный черный комплект, и со вздохом берусь за молнию платья.

Точнее, пытаюсь, потому что в самом неудобном месте, куда рука не дотягивается ни сверху, ни снизу, молнию клинит. Несколько минут я пытаюсь до нее дотянуться и вытащить заевшую ткань, но ничего не выходит. Приходится нагнуться и перетянуть платье на загривок, а там уже вслепую освобождать заевшую собачку.

В такой позе меня и застает Архипов.

— Ладно, эротичный стриптиз под музыку отменяем, я к такому не готов.

— Очень смешно, — отзываюсь я из недр платья. — Может, поможете?

— Хорошо зафиксированная девушка в предварительных ласках не нуждается, — со смехом отвечает этот нахал.

Я пытаюсь хотя бы вернуть платье на место, но грудь категорически отказывается пролезать через талию. Я как кошка, залезть залезла, а как вылазить — совершенно непонятно.

— Вот сейчас у меня кровь к голове прильет, грохнусь в обморок, будете виноваты.

То ли эта весьма спорная угроза действует, то ли шефу надоедает смотреть, как я корячусь, но он одним легким движением освобождает замок и стягивает с меня платье. Я так задолбалась, что только выдыхаю и поправляю волосы. И лишь потом понимаю, что стою перед ним почти голая, в собственном белье, которое пусть и не такое откровенное, но все же… белье.

Мы смотрим друг на друга упрямо и с вызовом. Никто не хочет уступать. Влад не выходит, а я не раздеваюсь дальше. Эта игра в гляделки, кажется, может продолжаться бесконечно. Когда шеф отступает на шаг, я думаю, что победила. Но впечатление обманчиво, Архипов отступает, чтобы взглянуть на предложенные консультантом варианты, и достает из кипы белья темно-вишневый комплект с тонким серебристым кружевом.

— Хочу посмотреть это, — говорит.

Вручает мне вешалку, и выходит, аккуратно закрывая за собой шторку.

Я чувствую, как подкашиваются колени и дрожат руки. Сажусь на пуф и опускаю голову. Как сложно! Если бы не долг, висящий дамокловым мечом, я бы уже сдалась. Сбежала, спряталась от его взгляда, отгородилась от всего мира. Снова стала бы тихой девушкой Лесей, коротающей большой перерыв в парке, с книгой или конспектом.

Мне хочется поплакать, но одна мысль о том, чтобы продемонстрировать перед Архиповым слабость, внушает ужас. И я снова стискиваю зубы, надеваю маску холодной иронии, и переодеваюсь.

Из зеркала на меня смотрит непривычная Леся. Чашки лифа соблазнительно приподнимают грудь, тонкая паутинка кружева ложится на светлую кожу. Шикарный, идеально гладкий атлас — мне не хватает только матовой винной помады, чтобы образ вышел полным. В кипе вещей я нахожу легкий шелковый халат похожего цвета, и накидываю на плечи. Долго смотрю на себя, не узнавая.

— Олененок, ты непозволительно долго копаешься.

Архипов снова появляется в примерочной, совершенно не интересуясь, закончила ли я переодеваться.

От его взгляда мне мгновенно становится жарко. Я плохо знаю Архипова, мимолетные встречи дома не в счет. И понятия не имею, что скрывается за его взглядом, но почему-то едва я его ловлю, меня бросает то в жар, то в холод.

— Хорошо, — голос бархатистый, с нотками удовольствия. — Мне нравится.

Я замираю, когда он заходит за спину и поправляет мне волосы так, чтобы они рассыпались по плечам. А затем медленно, дразня касанием шелка, стягивает накидку с плеч, оставляя ее болтаться в районе локтей.

— Ты себе нравишься?

— Не совсем мое, но неплохо, — пожимаю плечами.

Шеф смеется.

— Врать не умеешь, но молодец, что пытаешься. Люблю строптивых. Знаешь, обычно я рассказываю девушкам сразу, что их ждет в моей постели… но для тебя хотел приберечь на будущее.

— О чем вы? — Я хмурюсь, внутри рождается легкое беспокойство.

Нет, он просто пугает. Чтобы я отказалась от идеи работать на него, пытается вывести меня из равновесия и заставить пойти на попятную. Влад не отвечает, лезет в карман и достает небольшой отрезок тонкой веревки. Мне приходится сделать над собой усилие, чтобы скрыть страх. Мужчина оборачивает веревку вокруг моих запястий и затягивает узел. Одновременно с узлом на руках я чувствую, как сжимается что-то внутри, и сладко, и болезненно.

— Я о том, Олененок, — его голос где-то рядом, а дыхание почти греет шею, — что меня очень заводят такие игры.

Хмурюсь, выуживаю из памяти скудные образы и обрывки подсмотренных фильмов.

— БДСМ

— О, нет, — хмыкает Архпов, — всякая бредовая философия меня мало интересует. Я просто люблю трахать связанных баб.

Вздрагиваю, от резкого контраста нежных, будто осторожных, прикосновений и грубых слов. Себе можно не лгать: мне адски страшно, кажется, что я в лапах какого-то зверя, который лишь притворяется заботливым и спокойным. Просто ждет, когда я потеряю бдительность, чтобы напасть, насладиться агонией.

— Хочешь сбежать, Олененок? — снова спрашивает шеф.

Резко разворачивает меня к себе, смыкая руки у меня на талии. Я упираюсь связанными ладонями ему в пряжку ремня, чтобы хоть немного отстраниться, но все равно слышу, как бьется сердце и чувствую его возбуждение.

— Дальше будет только хуже.

А вот здесь он ошибается. Хуже уже не будет, вляпаться сильнее, чем вляпалась я, просто невозможно. Наступить на горло страхам, гордости, идеалам — неужели существует что-то хуже? Если и существует, то представлять я это не хочу.

— Померь синее, — просит Архипов, почти касаясь моих губ своими.

Кажется, что через секунду он меня поцелует, но ничего не происходит.

— Не могу, — почти шепотом отвечаю я.

— И почему же? — его губ касается легкая самодовольная улыбка.

— Руки связаны, — фыркаю я и все же нахожу в себе силы, чтобы отстраниться.

На лице шефа отражается разочарование. Легким движением он освобождает мои руки, и выходит. оставляя меня в некоторой растерянности. Я с минуту задумчиво смотрю на валяющуюся на полу веревку.

Он ведь не серьезно. Он пытается меня запугать, снова и снова выдумывая страшилки.

А если серьезно? Должна быть веская причина, по которой красивый и богатый молодой мужчина платит за секс. Что, если он только что ее назвал? Я не уверена, что готова ко всему. Я вообще ни в чем не уверена!

Сложно оказывается только в первый раз. Дальнейшая примерка проходит не то чтобы спокойно, но значительно быстрее. Архипов сидит на диванчике, а я просто показываю ему комплекты. Никакой реакции, кроме чуть поблескивающих серых глаз, нет. Я не знаю, что из примеренного нравится шефу, а что нет, так что откладываю на свой вкус.