Чтение онлайн

Мироальд взглянул на меня, и я едва заметно улыбнулась.

— Я продолжал общаться с Алатырем, Аквин же работал над пропорциями и посылал мне списки необходимых материалов, я оплачивал его расходы, еду и выпивку. Раз в год я прилетал в Эдгорд, чтобы посмотреть, как идет работа, и понял, что не ошибся в нем: он был действительно талантливый алхимик. За десять лет жизни он смог понять, как изготовить такое совершенное существо, как ты, Онифэль. Я берег Алатырь до тех пор, пока Аквин не сказал, что требуется основная масса. Это случилось девять лет назад. Он потратил на твое изготовление восемь лет, и два года на то, чтобы все процессы в твоем теле завершились, и ты наполнилась жизнью. Я хотел посмотреть на тебя в последний год перед тем, как ты откроешь глаза и начнешь дышать, но Аквин написал мне, что лучше он отправит тебя в ящике прямо в Интернат. Дальше ты знаешь — ты очнулась, находясь в темноте, а потом я тебя забрал. Ноя не понимал, почему у тебя началась амнезия, ведь Аквин утверждал, что Сокровища имеют свойство запоминать все, что видели и слышали. Да я и сам знал об этом.

Я вздохнула. Хотела бы я сама знать об этом.

— Я могу только догадываться, — вновь заговорил Мироальд. — Возможно, воспоминания Лео… вытеснили все твои, как более сильные. Вот что я думаю.

— Теперь я понимаю, — я помолчала немного, а потом спросила. — Но как так вышло, что меня создал не Аквин, а Рунеаль?

— Я сам не понимаю… — откинул голову к стене Мир. — Возможно, произошло что-то в последний год, ведь он не хотел, чтобы я тебя видел. А написал в очередном письме, что ты уже почти готова, и мне нет нужды прилетать в Эдгорд. А может быть и так, что Аквин работал под контролем Рунеаля… Я не знаю… — дракон устало прикрыл глаза.

— Значит… — протянула задумчиво я. — Мы пока не знаем как, но Рунеаль каким-то образом поместил душу Леоффэи в мое тело, перед этим сделав другие сокровища, которые использовались для моего создания… мертвыми. Но зачем?

Мир немного помолчал, потом открыл глаза и негромко сказал, не глядя на меня:

— Думаю затем, чтобы от обряда не осталось никаких следов. Только вот как он все это хотел сделать тайно, если такое явление, как ты, в любом случае привлекло бы очень много внимания?

— Ты говорил, что при жизни дракона, некромант договаривается с ним о том, что после смерти дракона, он его воскресит и сделает драколичем, ведь так?

Мирр кивнул.

— Значит, Рунеаль и Леоффэя были давно знакомы?

Он нахмурился, потом встал со скамьи и, задумчиво потирая подбородок, проговорил:

— Она никогда не рассказывала о нем, хотя я думал, что знаю все о Лео.

— Она могла с ним познакомиться с ним до знакомства с тобой, а после разойтись… — предположила я.

— Подожди, Онифэль, кажется, ты натолкнула меня на размышления. У Рунеаля ведь точно светлые волосы…

— Ты… думаешь, что он — тот ее второй жених? — поняла я, к чему клонит Мир и почувствовала, как меня окатило горячей волной.

Мы застыли, глядя друг на друга.

— Но…. Я помню, что ты говорил, что прежде после этого ты уже встречал канцлера. Почему ты не узнал его?

— Я ведь сказал, что не видел его лица. Они стояли ко мне спиной у алтаря драконьего храма Тиамат, и когда я подлетел, повернулась только она. А потом передо мной возникла сама королева драконов.

— Значит, это может быть и не он… — разочарованно протянула я, подперев рукой подбородок… — На свете ведь наверно полно мужчин со светлыми волосами.

— Онифэль! — он кинулся внезапно ко мне и сжал мои руки в своих, от неожиданности я вздрогнула. — У тебя ведь есть ее воспоминания! Ты можешь вспомнить его лицо!

— Ты хочешь, чтобы я снова пережила этот кошмар? А если Рунеаль в этот раз появится в моей коме надолго? Что тогда мне делать?

Впервые за все время я подумала о себе, и это было странно.

— Но ты наш единственный шанс! — возразил Мироальд. — Возможно, Рунеаль, тот жених, и человек, что меня подставил — одно лицо!

— Мироальд… — протянула я, глядя на дракона.

— Тогда картина станет цельной, и я пойму, как тебя спасти!

Я вдруг поняла, что сильно измотана. Я не была настоящим живым существом, так что в еде и сне не нуждалась, но то, что устала, я могла ощутить. Мироальд выглядел не лучше, как выговорился. Я понимала, что мне не хватит сил снова пережить путешествие в прошлое Леоффэи. Потому я сказала:

— Я понимаю, что ты хочешь с этим разобраться поскорее, Мироальд, но мы слишком устали, чтобы сегодня еще что-то делать. Уже прошло полночи, и мы должны отдохнуть хотя бы немного, чтобы суметь потом что-то сделать…

Мир вдруг оставил меня и резко поднявшись, бросил:

— Я живу с этим уже сто лет! Почему так сложно сделать то, о чем я прошу.

Я никогда не видела его таким, и не хотела больше видеть. Не знаю почему, но в горле у меня застрял ком, я поняла, что обижена на Мира. Вспомнив о своей способности влиять на драконов, я поднялась, обняла его со спины и проговорила негромко:

— Я сделаю то, о чем ты просишь. Но только после того, как ты поспишь, Мироальд.

Тишина на несколько секунд воцарилась в комнате.

— Хорошо?

Мир положил руку на мои и ответил:

— Прости меня за это. Ты меня выслушала, а я себя так повел. Скорей всего ты права. Это от усталости. Давай ложиться спать, Онифэль.

Он постелил одно покрывало на пол, а после того, как мы легли, укрыл сверху вторым. Я прижалась к Мироальду, а он меня обнял.

— Я мог бы согреть тебя, став драконом, но боюсь, тут негде развернуться.

— Все в порядке, — прошептала я, — завтра нам предстоит много дел. Доброй ночи, Мироальд.

— Доброй ночи, мое Сокровище.

Он поцеловал меня в лоб.

Засыпая на жестком полу, я поняла. Почему могу управлять драконами. Во мне душа Леоффэи, дочери королевы драконов и прародителя драконов, тех, кто могут управлять всеми драконами. Неужели я действительно всего лишь красивая живая кукла, а вся моя сила лишь от Леоффэи?

От таких мыслей мне хотелось плакать, но даже тихие всхлипы могли разбудить Мира, и я сдержалась, отогнав эти печальные мысли от себя.

Что будет завтра? Я даже предположить не могла.

Утро выдалось хмурым и встретило нас недружелюбным холодным ветром. Не знаю, в какой стороне находились этот склеп и эта роща, но здесь было холоднее, чем в Эдгорде или в Интернате. Мир сказал посидеть внутри, пока он не раздобудет еды и не вернется, но я не хотела больше оставаться там. Таких кошмаров мне прежде никогда не снилось. Остался на сердце тяжелый осадок. Уж лучше подождать его, стоя под пронзающим ледяным ветром, как в склепе моей убийцы. Мироальд все же не позволил мне идти с ним. Он не хотел, чтобы я видела, как он убивает дичь и есть ее сырой в облике дракона. Драконы ведь питаются сырым мясом и для размеров их тела нужно его много. Они могут, конечно, есть готовую пищу, находясь в человеческом облике, но они будут голодны, возвращаясь в драконий облик. Мироальд сказал, что вернется через час или два, и принесет мне поесть, а потом мы вместе разведем костер и приготовим пищу. Я не хотела оставаться одна, но и видеть жестокую трапезу дракона тоже не было желания. Видимо, никакого у меня не было выбора: я должна остаться здесь, возле склепа, или укрыться внутри него, пока Мир не вернется.