Чтение онлайн

– Это не чай.

– Хорошо, не чай, – вздохнула Кейт, слабо улыбаясь. Дотронулась до дочкиной макушки, поправила выбившиеся из косички волоски. – Не совсем чай, это травки, несколько травок, чтобы быстрее успокоиться. Я очень испугалась.

– Кого? – насторожилась девочка. – Мышку? Она же маленькая и совсем-совсем не страшная! И она за нами не побежала!

Мышкой она звала землеройку, за которой с забавным азартом охотилась на лугу, когда Тару настиг первый оборот.

– Ну давай почитаем! Я выберу самую добрую сказку, совсем-совсем не страшную!

– Не мышку, – опять улыбнулась Кейт и, пока дочка снова не начала тыкать книжкой, быстро отпила настоя. Трав с успокаивающим эффектом она положила прилично. – За тебя испугалась, малышка. А если бы ты не смогла обернуться обратно, что бы мы с тобой стали делать?

Тара, зажав сказки подмышкой, сопя и отдуваясь, тащила громоздкий стул к стулу Кейт, чтобы забраться и усесться рядом.

– Почему не смогла? – удивилась она.

Кейт махнула рукой, не найдя слов попроще для понятных объяснений двухлетней крохе. Помогла подтащить стул, дождалась, пока самостоятельный ребёнок вскарабкается и устроится, и поцеловала в нахмуренный лобик. Во внешности дочки сплелись черты и Кейт, и Бретта, а в будущем Тара обещала вырасти в настоящую красавицу. Пока же будущая красавица устроила потрёпанную книжку на коленях и потянулась за яблоком в плетёной корзиночке.

– Ты боишься дракона? – продолжала допытываться дочка. – Она же совсем не страшная! Она не будет тебя обижать, никогда-никогда!

Кейт зажмурилась, быстро привлекла Тару к себе и крепко обняла.

– Я верю, радость моя. Просто помни о том, что ты обещала, хорошо?

– Ну ма-ама!

– Тара.

– Тогда почитай! – тут же нашёлся ребёнок.

– Допью – и обязательно почитаю, – твёрдо сказала Кейт и взяла кружку обеими руками.

Антрацитовая дракошка, габаритами превосходившая крупного быка, поведением всё же оставалась маленьким ребёнком. Чуть-чуть отойдя от первого потрясения, Кейт наблюдала, с каким неуёмным любопытством и в животной ипостаси её ребёнок (это ведь всё еще оставался её ребёнок, да?) изучал собственные возможности в новом теле. Встать на все четыре лапы, по-детски толстенькие, у драконёнка получилось почти сразу, тогда как призвать к порядку хвостик никак не выходило, он мотался из стороны в сторону и мешал нормально двигаться. И крылья не слушались. Поначалу. Кейт очень хотела упросить эту новую Тару вернуться в человеческий облик, но никак не могла вытолкнуть просьбу из горла: серебряные глазищи горели радостью и восторгом, ноздри трепетали, впитывая новые запахи, наверное, более яркие, острые, чуткий слух ловил малейший шелест травы и голос ветра. При этом Тара прекрасно воспринимала и речь, и присутствие матери: ткнулась тёплым носом ей в лицо, облизала шершавым языком, дала себя погладить. А потом принялась скакать и носиться по траве, путаясь в стеблях, неуклюже расправляла крылья, чтобы удержаться и не шлёпнуться. Несколько раз плюнула огнём, пробуя и забавляясь, смешно изгибалась в попытке рассмотреть собственный хвост. И в какой-то момент… оторвалась от земли.

Кейт успела лишь ахнуть, а прехорошенький драконёнок дёргаными движениями поднял себя выше, усердно работая крыльями. Неуклюже, болтаясь в воздухе из стороны в сторону, издавая при этом странные непонятные звуки. Возможно, восторженные повизгивания, возможно, грозный рык. Получалось нечто среднее. А Кейт в этот момент перепугалась повторно: а ну как малышка просто улетит в неизвестном направлении и потеряется? Дракон, конечно, мощный и сильный зверь, но этот-то всего лишь маленькая девочка без навыков выживания в природе! Словом, пока Тара приноравливалась к полёту, пытаясь набрать высоту, Кейт бегала внизу, звала и умоляла спуститься и попробовать обратиться назад. Но, прежде чем смысл зазываний матери дошёл до дочки, она успела нарезать по лугу несколько кругов, едва не сбила тонкую осинку, полыхнула пламенем в корягу.

Превращение произошло снова на земле, куда дочка, намахавшись пока ещё слабыми крылышками, вполне уверенно, хотя без изящества, опустилась. Встряхнулась – и без каких-либо дополнительных эффектов вернула себе привычный облик. Кейт кинулась обниматься и ревела в голос. «Никогда больше так не делай, не смей!» – прыгало у неё на языке, но вслух так и не прозвучало. Можно ли запретить живому существу быть самим собой?

Оставалось изо всех сил надеяться, что со стороны Коврума никто не видел произошедшего на лугу. Успокоить Тару удалось не сразу: захлёбываясь словами, она сбивчиво делилась с матерью ощущениями. И всё же, пока шли домой, Кейт несколько раз повторила, что дракошка Тары – это большой секрет и никому не следует о нём знать. И показывать. Тара с недетской серьёзностью пообещала хранить их с мамой секрет даже от дяди Витсента. А Кейт как раз ломала голову, просветить ли брата или пока не надо.

Обратно они шли той же дорогой и, приблизившись к старому храму, Тара сильнее вцепилась в ладонь Кейт, прижалась теснее.

– Ты чего? – забеспокоилась Кейт, но никаких пояснений не добилась.

Они обошли храм, и Тара шла и то и дело оборачивалась назад. По спине Кейт забегали ледяные мурашки.

– Что там, солнышко? Там кто-то есть?

Некстати вспомнилось, что местная детвора, любившая всё исследовать, играть в любых неподходящих для игр местах, к частично обвалившемуся храму не приближалась.

– Темно, – выдавила Тара и ещё сильнее вцепилась в мать. – Возьми меня на ручки!

В свободной руке у Кейт была корзина с остатками еды, книжками и пледом. Девушка облизала сухие губы и до рези в глазах вгляделась в очертания колокольни, открытых створок ворот, покрытых трещинами стен.

– Я не смогу долго нести тебя: ты тяжёлая. Там… кто-то есть?

Тара, не оборачиваясь к строению, через несколько секунд отрицательно помотала головой и сама прибавила шагу. А дома Кейт первым делом заварила себе трав: следовало успокоиться и подумать, как жить дальше. Тара обещала не превращаться, особенно при чужих людях, но она ещё такая кроха! В состоянии ли она контролировать смену ипостаси?

Но вообще это счастье и огромное облегчение, что первый оборот прошёл так гладко и ровно. До возвращения Витсента Кейт с дочкой читали, пока у Кейт не начал заплетаться язык, а малышка, наконец, не закрыла глазки, сдавшись крепкому сну. Девушка переложила умотавшуюся Тару в кроватку, устроилась рядом и принялась перебирать варианты. Странно, что за всё предыдущее время один из них не приходил ей в голову. Да, опасения и страх потревожить соседей из леса всегда с ней, как и страх разоблачения, но что хорошего в постоянном страхе?

Надо попробовать. Успокоиться, принять то, что прелестная Тара не человек, а полноценный дракон, ещё раз как следует всё обдумать – и сделать. За такое-то Кейт точно не убьют.

Погрузившись в материнство, Кейт, наверное, стала хуже соображать: сказались усталость и непрекращающиеся заботы. А ведь она могла попытаться ещё когда!.. Вот и надо попытаться сейчас. Они-то с дочкой рано или поздно вырвутся отсюда и лучше, конечно, раньше, а местные жители останутся со своим страхом первых сумерек и закрытыми ставнями. Чем они заслужили такую недожизнь?

А если её план сработает, то это выльется в большое, по-настоящему доброе дело. Жить в безопасности, смело оставаться на улице столько, сколько нужно, спокойно ходить далеко в лес, устраивать общие праздники! Неужели Ковруму этого не хочется и отголоски старой ненависти сильнее?

Для приведения плана в исполнение требовалось написать письмо. Может, несколько. Простое, не магическое, раз уж на всплески магии так остро реагировал Овражный лес. Такое письмо будет идти дольше, но имеет все шансы попасть в соответствующую службу. Да, господин Синрей когда-то обращался к властям с просьбой обезопасить Коврум. Но вдруг то, что не получилось у мэра, выйдет у Кейт Тиаль? Если в Шиаре в городской администрации сидят безразличные к проблеме соседнего городка чиновники, значит, надо писать дальше, минуя Шиар.

Давнюю историю конфликта Коврума с группой магов Вит когда-то Кейт в общих чертах изложил, И Кейт признала, что обозлённые люди, просто люди без искры дара, но в достаточном количестве очень даже могли совершить самосуд над группой одарённых. И в одиночку Кейт ни за что не станет воевать с соседями. Но она и не воевать хочет, а помочь. Если к её письму прислушаются и отправят большой отряд ловчих, то шансы убедить людей в том, что маги-наёмники давно не бесчинствуют, а за разбой или надругательство над женщиной такого мага ждёт суровое наказание от своих же, имелись неплохие.