Я тебя не вижу
Шрифт:
У нее был такой жалкий вид, но Марине было нисколько ее не жаль. Все эти любовные истории гроша ломаного не стоят. К чему этот спектакль у нее будет другой любовник. А може – дело не в этом. Действительно, с чего она взяла, что ее бросил любовник? Может, у нее плохое настроение или, чего доброго, неприятности на работе.
«А я? – думала Марина. – Чем я лучше? Разве мы не похожи?»
Марина просидела в кафе около часа. Ей казалось, жизнь кончилась и уже ничего не будет. Она думала об этом целый день, пока наконец не поняла, что Митя прав и им лучше остаться друзьями.
Они не могут быть вместе. И потом, разочароваться в любви не так страшно, как потерять друга. Значит, это важнее. Значит, так правильно. Она еще встретит человека, с которым будет счастлива, просто нужно набраться терпения и ждать. А времени у Марины достаточно – у нее целая жизнь впереди.
Над дверью снова звякнул колокольчик – на этот раз в кафе вошла Лиза.
Марина не сразу ее узнала: не то чтобы Лиза изменилась за эти три дня, просто она не ожидала встретить ее так далеко от дома.
Лиза тоже не сразу ее заметила: она огляделась по сторонам и только когда убедилась, что человек, которого она ждет, еще не пришел, наконец увидела Марину.
– Не может быть, – удивилась она. – Как ты тут оказалась?
– Случайно, – сказала Марина. – Просто шла мимо.
Лиза сняла шапку, обнажив копну рыжих волос.
– Как дела? – спросила Марина.
– Ничего. – Лиза улыбнулась. – А у тебя?
– Тоже.
– А что с Тусей?– Марина просто так это сказала, чтобы заполнить паузу. – С Тусей? Ничего.
– Юля сказала, она болеет.
– Она? – Лиза замялась. – Нет. То есть да. Немного простудилась. А что?
Как это – что? Ничего – просто Марина спросила, как дела у Туси.
– Я сейчас приду, – сказала Лиза. – Тебе что-нибудь взять?..
Как это ни грустно, рано или поздно Марина должна была вернуться домой. И потом, она больше не хотела думать о Мите. Ей было все равно.
– Нет, спасибо, – сказала Марина. – Я уже ухожу.
24
Целый день шел дождь, но к вечеру небо прояснилось, и скоро стало понятно: ночью ударит мороз. Погода оставляла желать лучшего: завтра в травмопункты выстроится очередь, и скоро больницы будут забиты до отказа. Еще бы: целый день льет дождь, и вдруг на тебе – минус пять.
Лиза заказала чай с лимоном и села за столик у двери. Она, как всегда, ужасно нервничала.
Когда кого-то ждешь, лучше об этом человеке не думать, и тогда время идет быстрее… Легко сказать: не думать.
Лиза посмотрела на часы – ей казалось, время остановилось.
«Что же это такое, – думала она. – Что они там, заснули, что ли?»
Сквозь стеклянную дверь можно было видеть здание почты и ту часть улицы, которая прилегала к кафе. Вглядываясь в темноту, Лиза высматривала знакомую фигуру, но, кроме надвинутых на глаза шапок и пара, облаком тянувшегося за прохожими, она ничего не видела – в тусклом свете фонаря мужчины и женщины были похожи друг на друга. Нет, Максима среди них не было. И Толи тоже.
– Слава богу! – сказала Лиза. – Ты что, спать лег?
– Почему спать? – не понял Максим.
– Я уже тут с ума схожу.
– Почему? – Максим поверх очков посмотрел на Лизу – он был удивлен. – Мы разве не в шесть договорились?
Лиза посмотрела на часы – было ровно шесть.
– Ладно, – сказала она. – Извини. На улице так темно, что я думала, уже ночь.
И снова хлопнула дверь. И снова над дверью звякнул колокольчик.
– Надо же, – сказала Лиза. – Не прошло и полгода.
Вошедший Толя раскраснелся от быстрой ходьбы и, стоя в нелепой позе посреди кафе, напоминал запыхавшегося ребенка. Его волосы были всклокочены, а лицо выражало не то чтобы озабоченность, а скорее ужас.
– Ну и вид.
– Вид как вид, – сказал Максим. – Я бы на его месте вообще с ума сошел.
И он был прав – Лиза это понимала.
– Ты что-то выяснила? – Толя снял куртку и, обессилев от всего этого кошмара, измученный ожиданием и неизвестностью, опустился на стул. Лиза, что?
– Подожди, – сказала Лиза. – Я должна собраться с мыслями.
Ей тоже было не по себе - просто она умела дер жать себя в руках
Но Толя не мог ждать. Он не мог и не хотел ждать. Он сбился с ног, разыскивая Тусю. Уже два дня она не открывала дверь и не снимала трубку. Ее никто не видел. Туся исчезла.
Максим ушел и скоро вернулся с чашкой кофе.
– Тебе что-то взять?
Толя даже не сразу понял, что он имеет в виду. Он два дня не ел и не спал. Два дня он сходил с ума. При чем тут кофе?
Не зная, как быть, Максим уставился на Лизу, и это означало: «Давай сделай что-нибудь. Видишь, человек совсем голову потерял».
А что она могла сделать? Не станет же она насильно вливать в него кофе.
– Я нашла это в почтовом ящике, – сказала Лиза и достала из рюкзака конверт. – Это от Туси. Прочитать?
– Нет. – Толя не знал, как это сказать. От смущения его уши стали пунцовыми. – Можно, Я сам?
Лиза вынула из конверта листок, наспех вырванный из школьной тетради, и положила его на стол так, чтобы им было видно.
Толя прекрасно знал этот почерк – еще бы ему не знать.
В погоне за смыслом фраз буквы наскакивали друг на друга и, путаясь между собой, образовывали замысловатые иероглифы. Туся писала на скорую руку – она торопилась.
Дорогая Лиза!
Но это уже другая история.