Чтение онлайн

Выслушав, Карим надолго задумался. Убьет, думал Андрей. Вот просчитает все и убьет. Даже охранников звать не станет. Сам пристрелит. Просто за наглость. Чтоб не высовывался. Знай сверчок свой шесток.

Но с русскими пословицами у хозяина, к счастью, было не так чтоб очень. А вот с алчностью – беспредельной, ненасытной до бессмысленности – наоборот.

– Хорошо придумал, – кивнул он, хитро прищурив непроницаемые темно-карие глаза. – Что-то в этом есть. Но как же я без своего главного хранителя останусь? Или ты об этом не подумал? – в непроницаемой темноте мелькнуло что-то непонятное, но наверняка опасное.

– Подумал, Карим, – торопливо ответил Андрей. – Во-первых, остается Игорь. У него опыта столько, сколько мне за всю жизнь не набрать. В таких структурах работал, сами знаете… Он все это лучше меня умеет. И поднимать его давно пора. Такой профессионал, а все в замах. Нерационально. И… люди обидчивы, Карим…

– Это да, – кивнул «падишах». – Обидчивы. И ты тоже? – Карим усмехнулся.

– Я? – Андрей вложил в голос максимум изумления. – Уж мне-то обижаться не на что.

– Ну да, ну да, – покивал Карим. – Так что там у тебя «во-вторых»? Или все еще «во-первых»?

– Ну, – слегка растерялся Андрей. – Я ведь сегодня беспокоиться начал именно потому, что Игорь в отъезде. Потому и в обход пошел. Был бы он тут, снайпера бы еще со стены сняли. А то и на подходах.

– Да понял я, – буркнул Карим. – Давай свое «во-вторых». Ночь на дворе, спать пора.

Андрею показалось, что босс все уже рассчитал и теперь играет, как ленивый толстый кот с глупой мышью. Но все же договорил:

– Во-вторых. Я же не навовсе отключаюсь от безопасности. Просчитать что-то и вообще в каждую свободную минуту – всегда рядом буду. Сложно только в первое время будет, пока я свой бизнес не налажу… – Андрей на секунду осекся, готовый откусить собственный язык, предательски выговоривший это ужасное «свой». Может, проскочит, может, не расслышал?

– Свой, говоришь, – перебил его Карим, все, разумеется, отлично расслышавший, но гнева почему-то не проявивший. – Это ты прав. Ни в одном документе ни одной ниточки ко мне тянуться не должно. Иначе пшик. Официально для всех бизнес должен быть твой, легальный, как… Ну, сам знаешь. И люди должны быть на нужных местах – сам понимаешь, какие. Потому что, если сумеешь… – он покачал головой.

– Мы утроим оборот! – воскликнул Андрей.

– Утроим? – Карим усмехнулся. – Бери выше. Так что убедил. Работай.

– Вот так они стали раскручивать традиционный, сама понимаешь, какой бизнес, с новых позиций. – Лицо Учителя оставалось невозмутимым, только по сузившимся и потемневшим глазам можно было понять: обсуждаемая тема ему, мягко говоря, не безразлична.

– И крутят до сих пор? – осторожно спросила Таня.

– Судя по всему, да. Хотя тут странность такая. Некоторое время назад оба вдруг внезапно выпали из обозримого пространства. И до этого-то наблюдать за ними было не сказать, чтобы просто, а тут вдруг – вообще исчезли. Как сквозь землю провалились. В той усадьбе – никого. Слухи какие-то зыбкие: вроде погиб Иорданец и «хранитель» его тоже.

– Так, может… – Таня не стала продолжать.

– Не может, – отрезал Учитель. – Если бы Иорданец погиб, начался бы передел рынка, а это такая каша, что мало не покажется. А ничего подобного не происходит. Скорее наоборот. Наши аналитики говорят о некотором затухании, о снижении объемов. Это странно и непонятно. Но слухи насчет гибели – это именно слухи. Чушь. Бред. Туфта. Живы они. И ясно, что скорее всего не в стране. Но поди найди.

– Почему? – Таня не смогла скрыть удивления. – Все-таки люди известные.

– По делам они, девочка моя, известные. Но и все. Мы даже как они выглядят знаем лишь в пределах самых приблизительных описаний. Сама посуди, что такое «мужчина европейской внешности»? Это он по нашим установкам Андрей Сергеевич, а в жизни, может, Иван Петрович Сидоров, тихий предприниматель, у которого жена и четверо детей. Хотя нет, четверо – перебор, когда бы он успел. Двое. Близнецов. Мальчик и…

– …и мальчик, – подхватила Таня бессмертную цитату из «Служебного романа», окончательно изумившись. Шутил Учитель редко. Почти что и никогда. Так что, похоже, он сейчас в ярости. Если такое вообще возможно. – А через бизнес? Нельзя вычислить? Ну тот, легальный.

– Умница, – похвалил ее Игорь Леонидович, но как-то печально. – Но ты представь, какое количество фирм и компаний образуется в России не то что ежегодно – ежедневно. А нам даже срок образования этого легального, с позволения сказать, филиала известен лишь очень-очень приблизительно. Ясно, что фирма должна быть как-то связана с транспортом, но, как ни крути, а с транспортом так или иначе связан любой бизнес.

– То есть этот самый предположительный Иван Петрович Сидоров – полная загадка?

Учитель кивнул.

– Вот-вот. Кое-что мы, конечно, нащупали, все-таки не зря землю топчем. Но знала бы ты, каких трудов это стоило. Сбивались постоянно, теряли, на месте кружили… Если бы не твоя информация, может, и… Мы ведь, девочка моя, не провидцы и тем более не боги. Мы только люди, мы не всевидящи и не всесильны. Тем более что и работать приходится постоянно на грани. И салют над нашими могилами, если оступимся, греметь не будет.

Он замолчал, невидящим взглядом уставясь в мерцающее внизу море. Таня покосилась в ту же сторону. «Пиратский» кораблик, совершив очередной «рейд», возвращался к пристани.

Молчание Учителя затянулось настолько, что Таня не выдержала:

– Скажите, а Сергей… ну, Субботин, – этот вопрос с первой минуты разговора и даже до него волновал ее, пожалуй, больше всех остальных. – Он-то какое отношение имеет к этому Кариму, Андрею и вообще к наркосиндикату? Он с ними как-то связан? Знаком? Родственник? Или просто случайно попал в поле зрения?

– Рад бы тебе ответить, да не могу, – развел руками Игорь Леонидович. – Фактов нет. Информации. Такой, чтобы можно было посмотреть, пощупать или понюхать. Хотя… вот разве что понюхать. Но даже нюх, чутье, интуиция без фактов, сама понимаешь, ничто. Иногда мне кажется, что Субботин – часть игры, которую затеял Карим, а иногда – что он попал в нее случайно. Так бывает.

– Игры? И какой же? – настойчиво расспрашивала Таня, понимая, что подобное проявление любопытства – совершенно недопустимое нарушение субординации и всех мыслимых правил, но в конце концов встреча у них неофициальная, да и прежние ее отношения с Учителем никогда не умещались в строгую форму «начальник – подчиненный». Так что можно себе позволить. В крайнем случае получит по носу – мол, не суй его, куда не следует. Ничего страшного.

То ли Игорь Леонидович был схожего мнения, то ли у него, как обычно, были какие-то планы, в которых Танино любопытство играло свою роль, но ответил он, не колеблясь: