Чтение онлайн

– Да. Все хорошо. Спасибо, просто… Жарко немного…

Поняла, что и тут ей тоже покоя не дадут, от стены оттолкнулась, завернула в ближайший двор, упала на лавку…

До двух она была совершенно свободна, говорили они не больше получаса, но ей хватило. Более чем хватило, чтобы все всколыхнуть, растеребить и вывернуть…

Телефон в руках завибрировал – звонил Богдан. И, может, стоило бы взять, но Даша поставила на беззвучку, в сумочку забросила. Потом перезвонит. Попозже. Когда… Вернется в реальность, в которой существует что-то кроме меланхоличного Стаса Волошина и влюбленной в него дурочки Даши-Носика.

* * *

– А разве в этом году силуэт «рыбка» в моде? – София Красновская оторвалась от экрана своего телефона, очертила круг указательным пальцем, как бы приказывая дочери сделать оборот вокруг оси.

Даша головой покачала, но подчинилась.

Они с мамой выбрались смотреть свадебные платья.

Сам факт того, что им удалось, был огромной удачей, ведь София Леонидовна – самая деловая в мире женщина. Отличный нотариус, идеальная жена и мать, хороший человек… Сделанный из стали.

И если Красновские-младшие с детства привыкли к такой маме – генералистой, требовательной, серьезной, то посторонних людей сухость ее тона и холодность взгляда откровенно пугали.

Так и девочки, помогавшие Даше менять платья, переглянулись, сглотнули в унисон, а вот кивать/мотать головой стали вразнобой.

– Ма… Свадьба все равно следующей весной будет. Нам не очень важно, что сейчас в моде. Лишь бы сидело хорошо.

– На тебе все хорошо сидеть будет, Дашка. Не прибедняйся…

И это был не комплимент, а констатация факта. Кому, как не женщине, от которой Даша и унаследовала точеную фигуру и красивое лицо, было знать, что на их «манекене» любое платье заиграет.

– Я против рыбок. Давайте что-то другое посмотрим…

Софья Генераловна сказала, снова в телефон уткнулась, девочки-консультанты же вопросительно на Дашу глянули. Понимали, кто тут главный, но по инструкции должны были все же учитывать мнение будущей невесты.

Даша улыбнулась слегка, кивнула, спустилась с пьедестала, на который минутой ранее с трудом взобралась…

– Софья Леонидовна, вот это могу примерить? – потянулась к платью, которое почему-то с самого начала смотрин приглянулось… Простоватое, наверное. Без пышных юбок и особых изысков, даже не белое – айвори, с рукавами из полупрозрачного кружева, с такой же кружевной спиной и чередой пуговок. Богдан задолбается, конечно, пока расстегнет, но… Это может быть забавно.

Мать снова оторвалась от телефона, окинула взглядом выбор дочери, скривилась сначала, потом увидела, что Дашка делает «настойчиво-страшные глаза», кивнула со вздохом…

Мимо ушей пропустила бубнеж:

– Почему я вообще с тобой согласовывать должна, ма? Не подскажешь?

Почти пропустила.

– Потому что у меня вкус, проверенный годами, а ты маленькая еще. Носик…

– И ты туда же…

Даша даже из раздевалки выглянула, чтобы посмотреть на мать с укором.

Младшим в семье уготована сложная участь – вечно подчиняться, смиряться с тем, что старшие – мудрее, жизнь повидали, порох понюхали…

Даша долго боролась с этой ролью, а потом… Смирилась как-то. Решила, что раз уж в борьбе старших и младших победить никак не сможет, постаралась создать коалицию стоматологов против нотариусов.

Пошла по стопам отца в противовес Артёмке, последовавшему примеру матери.

Жаль только, с папой платье свадебное не выберешь. С ним было бы легче – он любое одобрил бы. И рыбку. И птичку. И ёжика.

Девушка-консультант застегнула последнюю пуговицу, вышла за шторку, оставив Дашу на какое-то время наедине с зеркалами. Она окинула себя внимательным взглядом, повернулась аккуратно пару раз, залюбовалась…

Это платье ей не зря понравилось – и на вешалке смотрелось так, будто для нее было создано, и на теле сидело не хуже.

В волосы цветов бы еще, несколько волнистых локонов выпустить, и даже фата не нужна. Не пафосно совсем. Простенько может, но…

Даша руки подняла на уровень груди, делая вид, что в них букет, глаза прикрыла, представляя, как идет к торжественной арке вдоль рядами стоящих белых стульев, расставленных на сочном газоне…

В руках пионы с орхидеями, в волосах они же…

Мама в первом ряду… Держит в уме, что она голосовала за другое платье, но слезы сдержать все равно не может, ведь Даше так идет…

А в арке…

Даша вздрогнула, руки опуская…

– Все хорошо, дочь? Выйдешь?

Вопрос Софьи заставляете еще раз вздрогнуть, головой мотнуть, отгоняя образ, которого быть не должно было.

Не по-модному стриженого улыбающегося Богдана, а Стаса – со спокойным, чуть грустным взглядом…

– Да. Сейчас…

Даша выходила с мыслью, что надо бы лицо попроще сделать, в руки себя взять… Ну привиделось… Чего бледнеть-то? Глупости…

После встречи в кофейне прошло три дня, Красновская успела успокоиться, как ей казалось, снова с сердцем договориться. Не разобралась только – совсем или почти. Стас не писал больше, не звонил. Первой она это делать не планировала – не хотела навязываться. Предложила помощь, если он захочет, и мяч, вроде бы, на его половине поля. А на ее – надежда, что не понадобится. Тоже "вроде бы".

– Тебе нравится, Дашуль? – мама, видимо, по-своему расценила выражение на лице дочери. Смягчилась сразу, подошла, провела аккуратно по ткани красиво спадающей юбки…

Знала, что в салоне есть с десяток других платьев, которые будут более эффектно смотреться на дочери, но если ей нравится это – будет это… Один раз ведь замуж выходит.

– Нет. Думала, лучше будет…

Даша соврала, отчего-то потупив взгляд. Сейчас хотелось побыстрее снять это платье. И мерить другие тоже не больно хотелось.

– Красиво, на самом деле…

– Не хочу это.

И пусть Даша оценила мамин порыв, быстро с пьедестала спустилась опять, юркнула в раздевалку… Не будь на спине этих чертовых пуговок, до которых не дотянуться, и сняла бы сама, а так… Смотрела на себя в зеркале, пока по спине порхали умелые пальцы, потом спустила ткань с плеч, до талии, позволила на пол упасть.

Выходить замуж за Богдана в платье, которое будит мысли о Стасе, она не станет. Это идиотизм. Каким бы красивым оно ни было – не станет.