Чтение онлайн

Мамин голос звучал так, словно он и был фантастикой, а не эта дикая непредсказуемая ситуация с ноа, с Реном, со всем.

– Как ты, Марьюшка? Ренат тебя не обижает? Не забываешь наносить солнцезащитный крем? На море сегодня не очень ветрено?

Мария чудом не всхлипнула в «трубку», беззвучные слезы побежали по щекам.

– Все хорошо, мам, он замечательный. Следит за мной. Да, питаюсь нормально, не переедаю. Передавай папе привет.

До боли стиснула «трубку». Тихо сползла по стенке в звуконепроницаемой кабинке для переговоров. Ноги не держали.

Рен... Он... Слезы душили, став комом в горле... Создал сказку для ее родителей? Будто отвез ее куда-то на море, вот Мария и не смогла звонить? А может, и звонки подделал, он же был магом?

Рен... Предатель у ног Королевы...

Любимый. Палач.

Слезы градом текли по щекам, разрывая грудь тупой болью и не давая вздохнуть.

Подданные наверняка обеспокоились, не видя ее голову и плечи через полупрозрачное стекло, хотя все силы сейчас были брошены на спешную эвакуацию.

Ее народ привык жить в полной боевой готовности, и Мария должна была нести за это ответ, хотя так мечтала поверить в чудо, что Рен снова придет и все устроит.

Хотелось надеяться, раньше она была тверже. Не размякала и не ревела, как последняя сопля.

Или не была? За что Рен увлекся ей? Мария пока не помнила и не старалась вспоминать. Вид Рена у подножия трона рвал душу в клочья, иглами впивался под ногти.

Не хотелось остаться в его глазах «слабее крольчонка». Мария глубоко вдохнула.

Вот так. Вдох. Выдох. Выровнять дыхание.

Она Принцесса, она сильная. Справится.

Вытерла слезы и покинула кабинку с совершенно прямой спиной.

Она выйдет замуж за противного короля. А если не останется иного выхода, сдастся и закончит жизнь в пугающей проклятой колбе, зато спасет ноа.

Потому что Рен может быть хоть главой этих Мстителей, они просто удачливые наемники, а не огромная армия Аллирии с супермощными технологиями.

Дети ноа не будут жить без света и растений. Перестанут питаться ворованными припасами, украденными через порталы.

Ночь прошла без сна. И Мария пошатывалась бы от усталости, если бы не особая магическая практика, вливающая бодрость в тело.

Мария или Рия? Для Марии это все еще могло остаться затейливой игрой. Для Рии же было коверкающей душу тошнотворной реальностью.

Для отвода ушей — аллирийцы наверняка поставили прослушку — ноа имитировали громкий шумный праздник без особого повода. А уходили очень тихо. Пользуясь языком жестов.

План эвакуации рассчитали заранее, и основная роль отводилась межпространственным переходам. Ноа прятались в пещерах буквально под носом у захватчиков.

Мария уговорила Барда и других на крайне важную ей поблажку. Брак был делом трудным и хлопотным, требовавшим особых обрядов. Ему предшествовала помолвка. Помолвку можно было заключить прямо здесь, в рассекреченном врагами убежище. А уже потом на сам обряд бракосочетания отправиться в мрачные чертоги Дандора.

Мария жаждала урвать любой оставшийся глоток свободы.

Она, Бард и другие высокопоставленные остались дожидаться Дандора здесь. Раскрывать ему новое убежище не собирались. Существовал немаленький риск, что в последний момент Дандор переметнется на сторону Аллирии и сам выдаст Рию Королеве.

Правда, скорее поставил бы ее магический дар себе на службу и уж слишком плотоядными взглядами окидывал тонкую фигуру.

До встречи оставались считанные мгновения.

Мария стиснула зубы. Будь что будет.

Сияние портала уже не испугало и не удивило ее. Первыми вышли суровые мужчины в черном с лазерными мечами за поясом — личная охрана короля. Следом еще какие-то слуги.

Неужели Дандор хотел произвести неизгладимое впечатление на мятежников или невесту? Показать им, жалким, все величие мощи?

А сам-то тщедушный. Тощий, неказистый и носатый. Узкие губы смотрелись, точно щель, а светло-голубые глаза уставились на Марию, не мигая.

Запоздало подумалось, что он мог сойти за родного брата Королевы, шокирующее родство с которой тщательно утаивалось обеими сторонами.

Никогда раньше это не бросалось Марии в глаза.

Дандор сделал к ней шаг.

Мария попробовала улыбнуться ему. Не вышло. Точнее, получилось криво и жалко.

Сложно всю пусть не самую долгую жизнь прожить девушкой, не избалованной мужским вниманием, а потом профессионально улыбаться какому-то хмырю.

Бард взял слово. Хорошо, именно он все эти годы мог поддерживать и вести народ.

– Ноа приветствуют короля Дандора! Честь для нас принимать вас у себя.

Голос у Дандора был низким, но скрипучим. Царапал нервы.

– И вам здоровья, ноа и прекрасная Принцесса! Давайте же перейдём к помолвке.

Марию передергивало от отвращения, которое ни в коем случае нельзя было проявить. А её, как назло, трясло даже от мысли, что этот мужичонка коснется руки.

Весь казался каким-то противным, точно слизью покрытым. Другие мужчины просто не вызывали теперь у Марии чувств, а этот явную гадливость.

К счастью, переговоры продолжал Бард, она могла стоять, сцепив ладони в замок. Как товар на торгах. Хорошо, что в разные стороны не вертели. Боже, дай сил вынести это!

– Условие помолвки - военная и политическая поддержка в войне с Аллирией. Давайте составим договор и подпишем его.

Дандор еле заметно поморщился, видно, так хотелось скорее ей обладать. А на условие согласился, хотя и повисло тревожное напряжение.

Договор был составлен заранее, королю оставалось подписать. Его охрана стояла полукругом, никого не подпуская, пока король шептался с другими слугами. Адвокатами или кем-то вроде. Ждать, пока посоветуются, было тяжело, но Мария с жадностью впитывала последние мгновения свободы.

Сил осталось думать лишь о свободе. Не вспоминать Рена. Не думать о Рене. Об этом... сильном, смелом и... таком далеком... Выбрал другую. Разбил Рию, уничтожил.

Истинная пара? Наверняка какая-то ложь. Или все же... Надежда не хотела умирать. А сердце точно прутом каленым прижгли.

Горечь разочарования ядом окутывала язык. Горло онемело.

А когда на всех копиях договора поставили роспись, воздух словно застыл. Сделался свинцово-тяжелым.

Заиграла музыка. Мария сперва не узнала звуки, думала, какая-то особая помолвочная, но все мужчины разом повернулись в сторону включившихся телевизоров.