Я тебя получу
Шрифт:
– А Мстители? Рен, который сопровождал меня?
– Они все растворились, едва передав нас слугам. Это Мстители, Принцесса. Никогда они не вели себя иначе. Чудо, что они были на нашей стороне в тот момент.
Что-то внутри лопнуло и оборвалось.
Ну да, конечно.
Зачем было предполагать другое и только растравлять душу.
Мария больше не могла заставить себя проглотить ни кусочка из удивительно вкусного мясного блюда с изысканно-нежным соусом.
Острейше не хватало его. Непонятного, непостижимого, загадочного — и своего. Под кожей, по венам, его аура несла одновременно воодушевление и покой.
А еще бешеное, не поддающееся контролю возбуждение.
Марии не нужно было его имя. Оно пропечаталось в самых ее генах.
Он мог быть только один.
Когда ноа закончили есть, в дверях появились слуги:
– Император Эварион приглашает вас в Малый Зал. Следуйте за нами.
В зале оказалось пусто, лишь строгие и пышные темно-красные занавеси декорировали белые, увитые золотой лепниной стены да стояли кресла по количеству ноа и одно выделяющееся для Марии.
Трон Императора на возвышении никто не охранял. Но чудилось: стоит подойти без приглашения, как из стены или из окна, из любой точки вылетит смертоносный луч и вопьется в трепещущую плоть.
Империя была защищена и технически развита много лучше соседних стран. Однако Мария преисполнилась решимости защищать права ноа до последнего.
Кресла оказались неожиданно удобными, и когда все устроились в них и смотрели на трон, появился Император. Высокий сероглазый мужчина с прямыми каштановыми волосами, свободно спадавшими на плечи. Он был облачен в пурпурную мантию и золотую корону, просто возник на троне, как если бы находился там всегда.
Император выглядел суровым, ноа вскочили с сидений и склонили головы, а Мария осталась сидеть с прямой спиной. Она даже не представляла, к чему готовиться.
– Садитесь, ноа. Перейдем сразу к делу, - голос Императора и его решительность враз сковали волю, это было странное подавляющее чувство, но Марии не хотелось скидывать его. Замерла, как кролик перед удавом, - Ноа станет автономией в составе Империи. Все ваши земли будут возвращены вам и расширены за счет области Койо, богатой урожаями.
Ноа переглядывались — Император шутил? За какие заслуги выделил не самый большой народ и одарил особыми благами и привилегиями?
– Управлять автономией будет Бард. Принцесса Рия станет моей Императрицей.
Мария сидела, но все равно ей показалось, будто зал резко накренился, а из легких выкачали весь воздух.
Схватилась за подлокотники.
Отказать Императору было невозможно.
Бард решился.
– У ноа не принято неволить женщин, Ваше Величество.
Глаза Эвариона полыхнули огнем.
– Твоя дерзость непростительна, но я прощу. Принцесса Рия вряд ли будет против, ведь она — моя Истинная Пара.
Что? Он говорил невозможную, несусветную дичь!!
Что-то вдруг стало уплотняться на руке Марии, приобретая четкость и гладкость браслета.
Перевела взгляд на Императора и глазам своим не поверила — на его запястье материализовался такой же браслет.
Чудовищная иллюзия, какая-то ужасная, дикая пародия!!
Раздался щелчок, браслет раскрылся.
– Сними его, Принцесса.
Как в бреду, как под гипнозом она повиновалась.
Розовое сияние медленно, точно ядовитый газ, начало распространяться вокруг руки, ноа потрясенно охнули и зашумели. Такое же сияние окутывало Эвариона.
Он сказал.
– Все можно подделать в нашем мире, но сияние Истинных — никогда. Такова воля Божества. Его можно лишь скрыть блокирующими браслетами до поры.
Ноа вновь поднялись и склонили головы.
– Поздравляем Императора и будущую Императрицу! Будьте счастливы в веках!
Нужно было улыбаться, ликовать или просто радоваться, но Мария ошалело смотрела на розовое облако — более яркое и плотное, чем было у них с Реном. Это предательское облако ловко ползло к незнакомому Императору, а его сияние в ответ коварно подбиралось к ней.
Мария чувствовала, что еще вот-вот и она сойдет с ума. Вскочит и завизжит на весь зал, наплевав на любые приличия.
А пока сидела недвижной статуей, ощущая, как напряжение буквально вдавливало в кресло.
– Оставьте нас наедине, ноа, - голос Императора прорезался сквозь кисель в ее голове.
И ноа поднялись, поклонились Эвариону и пошли. Мария следила за ними, казалось, мужчины двигались, будто в замедленном кино — неестественно плавно. Оставляли ее наедине с личным кошмаром.
Она зажмурила глаза, лишь бы не видеть, но сияние Императора атаковало ноздри, окутывая потрясающим, дивным ароматом, Мария и предположить не могла, что существовали настолько изумительные запахи.
– В твоей верности, малыш, сомневаться не приходится. Император соблазняет, не Император, тебе никакой разницы.
– Мария резко распахнула глаза.
Рен в императорском облачении склонился к ней, счастливо улыбаясь.
– Ты... Ты мне снишься, да? Или я уже сошла с ума...
Рен присел на корточки и пытливо заглянул ей в глаза снизу вверх.
– Не то и не другое, Рия. Просто я — метаморф.
Мария все еще ничего не понимала.
– Так ты Мститель или Император Эварион или кто? Кто ты, Рен?
Он не переставал улыбаться, а сияние словно отделило их от зала полупрозрачным коконом.
– Я оба, Рия. Мстители — метаморфы, это наша уникальная особенность. Я расскажу тебе обо всем, но жду ответ на главный вопрос — выйдешь ли ты за меня замуж?
Выйти за таинственного воина, да даже за их главу Принцесса не смогла бы. А вот стать Истинной Императора Эвариона - ...
Она хитро улыбнулась.
– Я подумаю. Если ты убедишь меня и докажешь, что ты хорошая партия...
– Всю жизнь, Рия. Каждый миг я готов доказывать, что лучше мужа, чем я, тебе не найти.
– Я, - Мария не узнавала себя, - Я требую доказательств здесь и сейчас. Поскольку кто-то слишком долго гулял и не посылал никаких весток и...
Больше она не смогла сказать ни слова, потому что Рен поцеловал, и в поцелуе было столько голодной страсти, что Марии стало весело и жутко. Она взмывала на огромных качелях куда-то высоко к вспыхивающим звездам, в самые небеса непередаваемого блаженства, ведь Рена совершенно не смущало, что кто-либо мог войти. Он не сдерживался и ни в чем им двоим не отказывал.