Чтение онлайн

«Господин Вереск, срочно требуется ваша помощь. Пожалуйста, приходите как можно скорее!»

Лорель открыла шкатулку, и я положила записку рядом с лентой. Крышка щёлкнула, закрываясь сама по себе, а мы с Лорель переглянулись, не зная, чего теперь ждать.

— Как думаешь, он скоро прибудет? — спросила я, не в силах унять волнение.

— Я думаю, как только он увидит ваше послание, он без промедлений явится сюда, — успокоила няня, тепло сжав мою ладонь.

Я кивнула, слегка расслабляя плечи, и тут шкатулка звякнула защёлкой, и крышка распахнулась. Мы тут же заглянули внутрь и увидели сложенную записку.

Я аккуратно достала её, раскрыла и прочла вслух:

— «Госпожа Сансат, я прибуду через четверть часа. Госпожа Янир, пожалуйста, будьте готовы провести меня в комнату, ожидайте на крыльце».

Я взглянула на Лорель. Та решительно кивнула, вставая, и сказала:

— Я оденусь и выйду встречать его. Пожалуйста, никуда не выходите, пока я не вернусь с господином Вереском.

И без лишних слов вышла, а я осталась с запиской в руках и вновь закрывшейся шкатулкой.

Часы, отсчитывающие секунда за секундой, притянули мой взгляд. Пятнадцать минут… как этот загадочный лекарь мог прийти так быстро? Он живёт по соседству?

И почему он готов в такой ранний час сорваться на помощь к одной из пациенток, даже если она как-то связана с делом, которое его интересует? Неужели у него нет личной жизни или потребности спать?

Одна минута сменяла другую, длинная стрелка медленно ползла от деления к делению.

Родители Эмилии были его друзьями… в этом ли дело? Может, он что-нибудь знает о том, куда пропал её отец и что случилось с матерью?

Ожидание невыносимо долгое, когда считаешь каждое мгновение. Казалось, что я хожу по тонкому канату, где подо мной огромная пропасть — риск попасться дяде, риск, что Лорель и Вереска кто-то заметит, риск вновь стать заложницей кулона… и единственное, что пока не даёт упасть — это надежда на то, что лекарь придумает, как помочь мне.

Я надеюсь на человека, о котором ничего не знаю. Горько, но это не самое худшее, что со мной случалось. Иногда кажется, что знаешь кого-то вдоль и поперёк, а потом понимаешь, что была отвратительно слепа.

Я услышала шорох за дверью, и в этот же миг она бесшумно раскрылась, пропуская няню и лекаря.

Вскочив со стула, я склонила голову в знак приветствия и хотела было начать объяснять, но лекарь дал знак хранить молчание. А потом взмахнул рукой, его радужка на мгновение вспыхнула синим, а вокруг ладони появились нечитаемые голубые символы, разлетевшиеся по комнате и впечатавшиеся в стены.

— Отвлечение и забвение, — объяснил он вполголоса. — Заклятие, не дающее посторонним сосредоточиться на происходящем в этой комнате, если вдруг кто-то захочет подслушать или подсмотреть, заставит забыть о своих целях и просто уйти.

— Вы?.. — выдохнула я, и он ответил:

— Да, я маг сознания. Лорель передала мне то, что вы ей сказали. Естественно, вы тоже обладаете этим потоком.

Увидев мой вопросительный взгляд, он указал рукой на кровать:

— Прошу, госпожи, присаживайтесь. Нам надо обсудить несколько вопросов, и обсуждение, вероятно, будет напряжённым.

Присев, я не медля спросила:

— Почему вы так уверены, что я маг сознания? Может, мне причудилось то, что я услышала?

Господин Вереск снова уселся на подоконник, слепил руки в замок на коленях и начал объяснять:

— Простое наследование. Ваши отец и мать обладали первыми потоками боевой магии и магии сознания соответственно. Если первые потоки родителей отличаются друг от друга, то ребёнок наследует оба, и поток, унаследованный от отца, идёт первым, после чего раскрывается поток, полученный от матери.

Я вспомнила сон, с которым точь-в-точь совпадали его слова.

— И по-другому не бывает? — неверяще спросила я. Слишком простые законы генетики в этом мире! — А если потоки одинаковые?

— Тогда первый наследуется от обоих родителей, а второй от того, чья вторая магия сильнее. И это не всегда отец, тут уж не угадать, чей второй поток будет унаследован.

— А если оба потока одинаковые у родителей? Или только второй? — спросила я, пытаясь понять логику.

Вереск усмехнулся, весело глядя на меня.

— Юная госпожа, вы позвали меня разобраться в вопросах генетики? Ничего, я понимаю ваше любопытство. В описанным вами случае наследуется первый поток либо от обоих, либо от отца, а второй… может быть родительским, а может достаться от более старших предков, и тут разброс вероятностей становится гораздо шире, а результат становится абсолютно непредсказуем.

Я моргнула, пытаясь понять, как вообще выглядят потоки, как они записаны в генах, существуют ли прямо в теле — или они находятся на каком-то духовном уровне, не видимом глазу?

— Госпожа Сансат, вы маг сознания, это несомненно. Но прошу, поделитесь, что вы слышали? — пристально глядя на меня, спросил врач.

— Разговор дяди и слуги, — ответила я. — Они обсуждали ваше появление вечером… Дядя заподозрил, что вы могли как-то помочь мне с кулоном, и велел перепроверить, ношу ли я его. И… — я помедлила, — кажется, вы ему не нравитесь.

Вереск удивлённо поднял брови и расхохотался.

— О да, я определённо вызываю самые неприятные впечатления и доброй половины города, если не у трёх четвертей! Впрочем, зная этих людей, я скорее воспринимаю это как комплимент. Они меня боятся, — глядя на меня с хитрыми смешинками в глазах, поделился он, — ведь я слишком не люблю лжецов.

Я внутренне сжалась, понимая, что в каком-то роде я тоже лгу, скрывая то, как сюда попала. Но не показывая этого внешне, спросила:

— Я начала слышать их голоса во сне. Но и после пробуждения слышала несколько реплик — почему так произошло?

— Это выброс магии. Артефакт, перенаправляющий действие кулона, помог вам накопить силы, и второй поток, ожидавший целых три года, чтобы раскрыться, выдал неконтролируемый всплеск магии сознания. Очень часто у подростков он открывается именно во сне, когда разум меньше всего контролирует душу. И, получается, у взрослых тоже.

— Это мог кто-нибудь почувствовать? — задала я самый важный вопрос. — Мог ли кто-то в доме понять, что случилось?

— Нет, — моментально успокоил меня лекарь. — Такое можно отследить, только если другой маг сознания целенаправленно настроится, ожидая это событие. У вас здесь нет подобных магов. К тому же, — он зажёг на одной руке зелёные искры, а на другой голубые, — магия второго потока всегда слабее первого, видите? Поэтому её труднее почувствовать со стороны.

И в самом деле, зелёные искры сверкали ярко, почти ослепляя, а голубые мягко светились, и на них получалось беспрепятственно смотреть.