Чтение онлайн

— Угостишь? — спросил ты, глядя на мой стакан. Я подвинул его тебе, но ты резко оттолкнул его. Несколько белых капель пролились на стол. — Фу! Ты предлагаешь пить слюни?

— Прости, я не подумал, — пробормотал я и поднялся из-за стола. — Ты хочешь коктейль?

Ты пожал плечами и уставился в окно. Я быстро сбегал купить газировки, при этом изобразив, что мне ну уж очень надо, чтобы пролезть без очереди. Когда я вернулся, ты всё ещё был за столиком, но уже смотрел в телефон. Я вздохнул с облегчением.

— Что это? — удивился ты, глядя на ярко оранжевую шипучку в стакане.

— Газировка.

— Я думал, ты купишь коктейль, — ты глотнул из стакана, поморщился и отодвинул его.

Я сел и посмотрел тебе в глаза. Я смотрел так долго, что ты просто не смог, не реагируя, продолжать заниматься телефоном и поднял взгляд.

— Ты на меня не злишься? — осторожно спросил я.

Ты скривился, а потом фыркнул.

— Ты мне должен, — заявил ты и, хотя продолжения не последовало, я понял, что ты имеешь в виду. — Готов отдать должок?

— Да. Всё, что захочешь.

Это напоминало ту игру, которую ты затеял осенью, когда я проходил посвящение в группу. Воспоминания были не самыми приятными, но мне было приятно, что ты придумываешь эти забавы только для меня. Я для тебя точно не один из многих. Уверен, что я был для тебя кем-то особенным, и неважно со знаком плюс или минус.

— Окей, тогда пошли.

Ты поднял и шустрым шагом направился к двери. Я допил коктейль одним глотком и бросился догонять. В дверях ты обернулся и прищурился.

— У тебя молочные усы. Хочешь, слизну?

Я кивнул, чувствуя, как жар подходит к лицу.

— А фиг тебе! Не заслужил пока.

Ты скрылся на улице, я вытерся рукавом и поспешил следом.

Мы лавировали по улицам мимо пешеходов, припаркованных автомобилей, скамеек и мусорных баков. Как обычно, ты носился по городу с такой скоростью, словно опаздывал на самолёт, и нарушал правила дорожного движения. Я повторял каждый твой шаг и ступал след в след. Наконец, мы остановились у вывески с большими ножницами. Ты открыл дверь и предложил мне зайти первым. Я нерешительно преодолел порог, боясь, что если я отвернусь, ты исчезнешь.

Внутри располагался просторный светлый зал с парикмахерскими креслами, зеркалами и сновавшими туда-сюда стилистами. Несмотря на обеденный час, посетителей было много, но пара кресел всё же была свободна.

— Иди, садись туда, — ты толкнул меня в спину.

Я посмотрел на тебя, стараясь понять твои намерения.

— Давай, давай, — поторопил меня ты.

Я плюхнулся в кресло и с отвращением уставился на своё отражение. Но когда в зеркале появилась твоя фигура, я улыбнулся. Ты привёл стилиста и долго объяснял концепцию моей новой причёски. Наверное, твой визави не особо тебя понимал, потому что вскоре ты фыркнул, стянул с волос резинку и сказал:

— Короче, как у меня.

Спустя немыслимо долгий час на меня в зеркале смотрело два Ференца. Мне нарастили длину, покрасили волосы в чёрный и сделали укладку, или как это называется. Ты долго таращился на наши отражения и скептически их оценивал.

— Хм… Морда у тебя сильно пухлая, — пробормотал ты. — Но это поправимо.

Я полез в карман за кошельком, но ты вынул из кармана кредитку и рассчитался сам. Пока я раздумывал, с каких пор ты поменял свои денежные привычки, ты вытолкнул меня на улицу.

— Поезжай на автобусе к Сансет-парку. Выйдешь там, позвони мне, я скажу, что делать дальше.

— А ты? — спросил я, но ты уже скрылся за углом.

Эта игра с самого начала должна была показаться мне подозрительной, но я думал лишь о том, как угодить тебе, и вернуть всё то, что было между нами. Мои инстинкты отключились и уступили место эмоциям вперемежку с фантазиями. Я сделал, как ты велел, и через десять минут уже набирал твой номер, прислонившись к прозрачной остановке. Целых три гудка я умирал от нетерпения и сомнения, а ответишь ли ты мне вообще, но потом произошло чудо.

— Иди прямо по пятой авеню, — приказал твой голос, как какой-нибудь голосовой навигатор. — Пройдёшь до угла, сверни направо….

Пунктом назначения оказался неказистый внутренний двор старого обшарпанного дома. Я набрал на домофоне код и зашёл вовнутрь. Пара лестничных пролётов — и вот я переступил порог твоего нового жилища. Я вздрогнул, услышал голос Моны.

— Ой, какие люди! — взвизгнула она, словно я был поп-кумиром её детства.

— Ты добрался! — обрадовался ты и бросился меня обнимать прямо с порога. Будто мы не виделись сотни лет, или я только что преодолел все препятствия в шоу «Алчные экстремалы».

— Ой, да я теперь вас путать начну, — сказала Мона, осматривая мою новую причёску. — Так, гляди и не к тому в постель нырну.

— Ага, конечно, — похоже, шутка Моны тебе не понравилась, и ты косо взглянул на меня, как будто я имею к этому какое-то отношение.

Я сделал удивлённо испуганный взгляд, чтоб показать, что это для меня не менее ужасно, чем для тебя. Кажется, ты мне поверил.

— Пошли, — позвал ты меня и для верности потянул за руку в недра квартиры.

Твоё новоё жилище оказалось немного больше предыдущего: целых две комнаты, кухня и уборная. Одну из комнат практически полностью заполняла здоровая кровать, места оставалось только на то, чтобы протиснуться к ней или к комоду, приютившемуся у окна. Вторая комната выглядела как нормальная студенческая обитель: одинарная кровать, письменный стол, пара стульев, кресло-мешок и шкаф. Пара плакатов на стенах с группами Scorpions и Queen, плюс старенький телевизор на подоконнике довершали эту нехитрую обстановку. Кухня была самая обычная с гарнитуром на три человека.

Внезапно ты засунул руку мне в карман и забрал телефон, а потом втолкнул меня в «студенческую» комнату.

— Нравится? Для тебя украшал.

Не успел я выразить своё недоумение, как ты закрыл дверь с той стороны и повернул несколько раз в щеколде ключ. Я постучал.

— Ференц! Это не смешно. Выпусти меня.

— Расслабься, чувак. Теперь ты будешь жить здесь. Пока я не захочу тебя выпустить. Но я без понятия, когда это случится, потому что ты мне должен, помнишь?

— Но… Я думал, что в салоне… Эта причёска…

— Ну, ты даёшь! Я же за неё заплатил, помнишь? И вообще ты сказал «всё, что угодно». Забыл уже?

В твоём голосе не было злости или чего-то угрожающего, но ты говорил серьёзно, а я не знал, что и думать. Неужели, ты и, правда, запрёшь меня здесь на… сколько? — день, два, больше? Или всё же тебе надоест эта игра через пару часов, и я вернусь в общагу?

Но я ошибся. День-два затянусь на неделю, а потом вторую… Я торчал в этой комнате сутками без средств связи, маясь от безделья и недостатка движения. А ещё ты не давал мне еды, совершенно. Только двухлитровая бутылка воды на день, ведро для справления нужды и несколько минут общения с тобой через дверь.