Чтение онлайн

И посреди всего этого апокалипсиса непоколебимым и невозмутимым утесом возвышался на редкость самодовольный Вандер. С его точки зрения – всё работало хорошо. На тот момент, он еще не понимал последствий.

Которые оказались на редкость печальными. Помимо телефонов, электронной начинки автомобилей, проводки и компьютеров в соседних зданиях, трансформаторной подстанции, нескольких вышек сотовой связи, и, возможно, пролетавшего в это время над Москвой неудачливого американского спутника, зуда сожгла механические часы, стоимостью в пару квартир в МСК одного любопытного толстосума, который притащился на встречу за компанию.

Думаю, что это Вандера и спасло. Всплыл бы он потом в Москва реке, через пару недель, как и все утопленники, но дело получило слишком большую огласку, в узких кругах, так что Вандера, после демонстрации, даже подбросили до метро. Вместе с остывшей и ставшей безопасной зудой. Чтоб не получилась, как с головой Гонгадзе, если вы понимаете, о чем я.

Весь ужас содеянного дошел до Вандер позже. Когда я и Анархист, ну, в смысле, еще один тип, с которым мы сотрудничаем, наперебой начали рассказывать Вандеру о том, как люди, задолжав меньшие суммы, добровольно и с песнями продавали квартиры и почки. Или, наоборот, не продавали и их вытаявшие из-под снега трупы находили весной собирающие подснежники дети.

– Ты вообще головой думал, когда паял? – возмущался я. А если бы тебе смерть-лампу заказали, ты бы и её собрал из трех старых телевизоров и кофемолки?

– А что, схема есть? – оживился Вандер. Я закрыл лицо рукой, показывая всем своим видом, что этого горбатого исправит только могила.

Зуда был промыта, высушена и законсервирована до лучших времен на антресолях, среди других не особо удачных поделок Вандера: электроудочки, от которой передохла вся живность в озере, ультразвукового отпугивателя грызунов, от визга которого выпадали пломбы из зубов и робота бармена, который – что было неожиданно, выполнял то, что от него требуется – мешал коктейли.

В опалу робот попал, так как случайно напоил детишек на Гик Пикнике кофе глясе с коньяком. И хотя произошедшее было случайной случайностью – дети попросили у робота коктейль с мороженным, а единственный известный роботу рецепт, помимо мороженого содержал кофе и коньяк. И хотя при этом – никто не пострадал, а дети, даже были рады, с пикника Вандера попросили. (Робобармена охранники выкинули вслед за творцом через забор). Так Вандер попал в черный список, а робобармен на чердак.

Самое забавное, что число заказов после каждого эпичного фейла, у Вандера только увеличивалась. Дурная слава лучше чем никакой. Заказчики, по мере сил и возможностей, строго оговаривали требуемую спецификацию, и получали устройство, в точности выполняющее написанное в ТЗ.

На мелочи, вроде случая, когда робот для прочистки канализации, заблудившись в канализации, начал, в соответствии с алгоритмом искать выход на поверхность, и нашел его в стоке женского отделения бани, я даже упоминать буду. В том, что женщины решили голыми, с визгом побегать по улице, вины робота нет. А воришка, пытающийся вскрыть машину, с противоугонной системой Вандера, и до этого происшествия заикался.

Так что когда я увидел фашиствующих дронов, я сразу впомнил о зуде. Подумал – вот, вот задача прямо для неё. Осталось только выпросить её у Вандера, да так, чтоб не подвести беднягу под монастырь. В смысле, не навести на него ФСБ. Конечно, наши лыцари плаща и геленвагена прошерстят мои контакты, но, уверен, без особого энтузиазма.

Не те это люди, чтоб на работе забесплатно гореть.

Таким образом, обычных предосторожностей должно было хватить. Поэтому, я, не откладывая дела в долгий ящик, на велосипеде (чтоб не было данных о использовании проездного) поехал к Вандеру. Благо тот живет не особо далеко. Доехав до его дома, я не сунулся в утыканный камерами подъезд, а обойдя дом с тыла, просто и без затей кинул ему в окно камешком.

Минут через пять, мой коллега, кряхтя и отдуваясь вышел во двор. Кряхтел он потому, что эта прогулка, как я понимаю, скорее всего, первый выход Вандера на улицу за неделю. А может быть и за месяц.

Дело в том, что Вандер был крупным инженером электронщиком. Настолько крупным – что одежду ему шили на заказ. Настолько крупным, что мог спокойно загорать на общественном пляже без плавок – все нужное было укрыто за огромным, свисающим животом. Настолько крупным, что для того чтоб принять ванну, ему было достаточно всего одного ведра воды – все остальное пространство в ванне занимала его туша.

Грубовато? Увы, тонко пошутить про толстых не получится.

В общем – у Вандера было ожирение. Третьей степени. Передвигался Вандер с трудом, беднягу не держали ноги. Подгибались колени. В своё время, сразу после знакомства, когда Вандер еще выходил в люди, а я наивно полагал, что правильно подобранными логичными аргументами можно убедить человека не разрушать своё тело, у нас были жаркие споры, которые кончились ничем.

– Мне не в кого худым быть, – отругивался Вандер, – У меня мама была толстая, бабушка была толстая и я вот, тоже немного упитан.

– А мои мама и бабушка, тоже не худые, знаешь ли, – парировал я, – У меня тоже плохая генетика. Такая-же как у тебя склонность к ожирению, я имею в виду. Вот только я – правильно питаюсь и хожу в тренажерку.

– У меня нет денег, чтоб правильно питаться.

– Правильно питаться дешевле, чем неправильно. Я ем тоже, что и ты – только на полведра меньше.

В общем, в тот день мы поругались. И на следующий день тоже. И через день. А потом до меня дошло, что не всё в этом мире можно починить при помощи отвертки, изоленты и разумных доводов. Быть жирным, со всеми вытекающими отсюда последствиями – одышкой, перспективой одиночного заточения в квартире, неизбежной ранней смертью и невозможностью видеть свой член иначе чем в зеркало – личный и осознанный выбор свободного человека. И я либо принимаю Вандера таким, какой он есть – со всеми его лишними килограммами, либо иду лесом.

И я смирился, купив Вандеру, в знак примирения ведро куриных крыльев. Это было началом прекрасной дружбы. Мы работали вместе, не без ссор, конечно – мы ведь живые люди. Но в основном дружили. Вот и сейчас, наблюдая, как толстый, неуклюжий Вандер, вцепившись мертвой хваткой в перила, нащупывает невидимую из-за пуза ступеньку ногой, я испытал неожиданный прилив нежности.

Вандер хороший друг.

– Довыпендривался? Нам хана? – с ходу спросил он, доковыляв до качелек, сходу разгадав суть моего противолодочного маневра.

– А ты догадливый. Только не нам. А мне.

– Уф… не скрывая радости выдохнул Вандер, махнув рукой, – это ерунда. Я то уж думал, что-то страшное случилось.

– ??? – Только и смог выговорить я.

– А от тебя не убудет, – пояснил свою позицию Вандер. – С тобой постоянно какая-то ботва случается.

– В смысле? – выдавил я.

– Ну, вспомни, Алешенька, – Вандер отошел, и шумно выдохнув сел на скамейку. Помнишь ты, на выпускном, отбил подружку у сына военкома? Было такое?