Чтение онлайн

Справа от входа, у стены, стоял кожаный диван, слева вещевой шкаф и мебельная офисная стенка, в середине два стола тёмно-коричневого цвета перпендикулярно друг другу. В чёрном кожаном кресле сидел руководитель отдела или просто – Руководитель. На нём деловой костюм, галстук. Волосы лакированы, уложены набок. Выглядел он молодо для занимаемой должности и слащаво. На его столе телефон, ноутбук, подставка под ручки, маленькая, искусственная ёлка с игрушками и разноцветными гирляндами и гипсовая статуэтка Фемиды. Весы богини разлетелись при недавнем падении, и она стояла с протянутой рукой, словно выпрашивая милостыню.

На стене над головой Руководителя висел герб и портрет президента. Портрет кренился, кланяясь гербу.

Слева от Руководителя сидели: его заместитель Вадим Сергеевич Исаев – худощавый мужчина среднего возраста, с плешью на темени – и два следователя: старший лейтенант Федосов и капитан Богдасаров, оба полные и оба в очках. Справа от руководителя сидел начальник уголовного розыска Борис Коляда - зрелый мужчина маленького роста с большой круглой головой, крупным носом, толстыми пальцами и губами – и единственная женщина Соня Краевская. Ей предстояло выступать с докладом об убийстве Гертруды Галонской. Сам Ловитин сел на кожаный диван, так как за столом ему не хватило места.

– В доме номер 2А по улице Северной обнаружен труп двадцатипятилетней Гертруды Галонской, - начала Соня в позе школьницы. Она выглядела молодо и свежо, с круглым носом и мягкими чертами. Ярко-рыжие кудрявые волосы касались плеч, а по лицу рассыпались веснушки.
– Труп в спальне, на кровати. Из одежды на Галонской белое нижнее бельё. На лбу слева три треугольные ссадины с вдавлением лобной и височной костей. Других повреждений нет. Смерть наступила от черепно-мозговой травмы. Галонская не работала. В младенчестве Гертруды её родители погибли в дорожно-транспортном происшествии. Она воспитывалась в детском доме. Ближайший родственник - сестра Камила Галонская, живёт в Воскресенске. Есть у них ещё брат за границей, но они с ним не контактировали. Круг знакомств Гертруды её сестре неизвестен, общались по телефону.

– Что по осмотру места происшествия?
– спросил Руководитель.

– Ловитин осмотрел дом. Все входы заперты изнутри, и совершенно непонятно, как внутрь проник преступник. Орудие преступления не обнаружено, и я не понимаю, что это, ведь повреждения треугольной формы. Возможно, статуэтка. В доме порядок: ни пылинки, ни отпечатков, ничего. Следов крови, кроме как на сорочке Галонской и простынях, нет. Осмотрена территория у дома – безрезультатно. Важно отметить, что смерть Галонской наступила в период до 3-х суток до обнаружения трупа, а в эти дни шёл снег. Все следы, если они и были, замело.

– Хмм, - протянул Руководитель.
– Кто обнаружил труп?

– В полицию обратилась её сестра.

– Так, а откуда у безработной девушки дом, на что она существовала?

– На что жила Галонская и откуда у неё дом, пока не известно, - проронила Соня.
– Ей, как воспитаннице детдома, предоставлялась квартира, но она её продала. Денег с продажи на покупку дома не хватило бы. Дом приличный, обустроенный. Я направила сегодня поручение в уголовный розыск, где просила установить данные обстоятельства.

– Борис, что скажете: - спросил Руководитель, - получили поручение?

– Уже выполняем. Сейчас мои ребята опрашивают соседей. Все отзываются о Галонской как о женщине неприветливой и скрытной.

– Понятно, - сказал Руководитель, - что насчёт версии об изнасиловании?

– Скорее нет, - ответила Соня.
– Биологических следов нет. Повреждения только на голове, и серьёзные повреждения, не совместимые с жизнью. Её точно стремились убить.

– Сколько свидетелей отработали?

– Ребята с розыска мчсников допросили и сестру Галонской. Сейчас с соседями работают.

– Значится полнейший висяк, – протянуто сказал Руководитель. – А мы ещё и бездельничать себе позволяем. Часов восемь прошло с момента обнаружения трупа, или даже больше, а мы никого не допросили. Надо срочно активизировать работу и пока не раскроем этот убой, я ни с кого не слезу. Нельзя это дело упустить. Мы не можем себе такого позволить. Краевская – это не допустимо, понимаешь?

Соня запустила тонкие пальцы в копну волос, изогнула шею в сторону Руководителя. Ловитин не видел её лица, но Руководитель заметно улыбнулся и вальяжно откинулся на спинку кожаного сиденья.

– Ловитин! Сколько у тебя в производстве нераскрытых дел?
– спросил Руководитель.

– Ни одного, – ответил Ловитин, хотя Руководитель об этом знал.

– Тогда бери это дело. У Краевской висяков хватает. Десять дней даю тебе на раскрытие, делай что хочешь, но убийство раскрой. Кто препятствовать тебе будет, докладывай мне. Розыск тебе тоже поспособствует. Верно, Борис?

– Да, - ответил Коляда.
– Мы сами в этом заинтересованы.

– Тогда не будем терять время. Мне ещё отчёты готовить. Свободны.

Все, кроме Сони, встали и направились к выходу. Ловитин, опечаленный новым висяком, замыкал группу. Он закрывал дверь и перед тем, как захлопнуть её, услышал смешки Сони и Руководителя.

Ближе к ночи пошёл снег. Хлопья опускались плавно, нежно касались земли и сливались со снежным полотном. Дома высокие, дома низкие, деревья хвойные, деревья голые, безгубые фонарные столбы, магазины с широкими витринами, аптеки с длинными очередями вырастали из снега. На дорогах машины раскатали порошу в коричневую кашу, хлюпающую и выпрыгивающую из-под колёс на прохожих. Люди прятали лица в шарфы и воротники, от мороза и грязи. Уличные фонари рассеивали потёмки холодным, жёлтым светом.

К одному из многоквартирных домов густонаселённого квартала подъехал автомобиль. Он не выделялся, мокрый и серый, как стены высоток. В салоне сидели трое оперативников.

– Где они?
– спросил младший лейтенант Юрасов с заднего места. Он месяц назад заступил на службу, и ему не терпелось себя проявить, не терпелось сделать спланированное. Он просунул лицо между передними сиденьями.

– Тьфу ты!
– воскликнул капитан Симонов.
– Никак не могу привыкнуть к твоей физиономии. Ты вылитый маньяк, я бы по каждому убою тебя первого по всем базам пробивал.

Он не преувеличивал. Юрасов имел выразительный, поломанный в обе стороны нос, лицо со шрамами, кудрявые чёрные волосы, постоянную щетину и крепкое телосложение.

– Я хотя бы на девочку не похож, - парировал Юрасов. Он тоже не преувеличивал. Волосы у Симонова спускались до плеч, тело и ноги тонкие, нос острый и лицо худое.

Капитан Топало сидел за рулём. За внимательность и грамотность он удостоился работы за компьютером, отчего за последний год растолстел. Он увидел снаружи двух пьяниц, одетых не по погоде в тонкие плащевые куртки, и махнул им.