Я видела детство и юность XX века
Шрифт:
Работаю много, до одурения. Работа глупая.
Мы подходим к Киеву.
Все свободное время провожу с Иной. У мамы 23 несчастья: Наташу берут на трудфронт, к ним въехала Ирина Альтман. Илью вижу редко. Он и я много работаем.
Березани, т. е. рядом с Борисполем. И вот теперь надо ждать. Чего?
Разговаривала с Кошевой [178] . Очень славная. Работаю. Деньги.
178
Мать Олега Кошевого, одного из руководителей подпольной организации Краснодона «Молодая гвардия». Олег был расстрелян немцами в 16 лет. Его мать, в отличие от Космодемьянской, произвела на меня впечатление убитой горем, искренней женщины. Я написала об Олеге очерк для радио.
У мамы вопрос с квартирой. Наташа в больнице — кажется, камни в желчном пузыре. Вернулись хозяева комнаты, где живут наши, погорельцам ничего не дают. Началась осень, дожди. Внутри ни минуты покоя. Сплошная толчея. Должно быть, без нее было бы хуже, но сейчас мне все плохо. Чужой я человек.
Умерла Макс [179] .
В квартире хохочут здоровые, молодые, счастливые девушки.
На Днепре много потерь, а Москва настроена на скорую победу. В Москве совещание трех держав, все гадают, что там происходит. Шампенуа говорит, что мы и Америка холодны.
179
Киноактрису Софью Магарилл, первую жену кинорежиссера Козинцева, брата Любы, я хорошо знала. Веселая, красивая, остроумная, по прозвищу Макс. Она умерла в эвакуации от тифа. У нее в Ленинграде остался сын Юра. Я ее запомнила в фильме «Маскарад».
Из моего окна видна наша квартира.
Сорокины как будто должны купить квартиру.
Ольга лежит на вычистке, Тема волнуется. Ина заплакала от того, что с нею грубо поговорили в театре!
Два дня назад приехали Илья и Гроссман. Были под Киевом. Рассказы о предательствах, уничтожении евреев. Один лейтенант-еврей стал старостой и так спасся. Думаю, что его расстреляют у нас. В Киеве за четыре дня убито 52 тысячи. Много сожжено. Украинки жили с немцами. Три девушки носят еду в лес немцам, которые там прячутся. Полтава и Чернигов сожжены. Киев мы не обстреливаем. Очень тяжелые бои за плацдарм по ту сторону Днепра. Гроссман был в Борисполе — мало людей, следы отступления 41-го года: крылья «эмок», ржавое оружие.
Крестьяне не помнят прошлого — слишком много прошло времени. Но сапоги и гимнастерки, снятые с трупов, еще носят.
Крестьяне жадны до добра во всем мире.
И тот и другой говорят: надежды быть не может. Я и сама понимаю, что раз перешли Днепр, то где может быть Боря? Логически все ясно, в лучшем случае убит. А может быть, замучен и расстрелян, может быть, покончил с собой. Это все так ужасно, что до сознания не доходит. Я понимаю, что Бори нет.
Вчера была в военной комиссии. Там удивляются, что ни от кого из писателей ничего нет. Русские в плену, так я думаю, а евреи погибли. Убит Ставский [180] . Кирсанова все же отослали на фронт.
180
Ставский Владимир Петрович (1900–1943) — писатель.(Прим. ред.).
Здесь очень неуютно.
Савы у Лидиных.
Никому не завидую и себя не жалею, только плохо, что так случилось. Я не знала, что вся в Боре. Вот оно. Что же делать? Как жить?
8 декабря.
Очень давно не писала. Все новые и новые письма и рассказы о гибели евреев.
Кончилась конференция в Тегеране [181] . Все говорят о скором мире. На фронте хорошо, а потому цепляются за мелкие неудачи. Сильная бомбардировка Берлина. Илья уехал вешать немцев в Харьков [182] .
181
В действительности конференция в Тегеране закончилась 1-го декабря 1943 года.
182
15–18 декабря 1943 года в Харькове состоялся суд над палачами, истребившими 30 тысяч человек. На трибунал поехали, кроме Ильи, Симонов и Толстой. Илья скупо рассказывал об этом трибунале и с удивлением говорил, что Симонов, Толстой и остальные присутствовали при казни преступников. Илья не пошел смотреть, как их вешали.
Хацревина умирает от рака.
Ходят просить у меня рукописи Бориса. Зелинский [183] пишет о нем. Все как о погибшем. Так оно и есть. Ты должна наконец это понять. Но я не хочу, даже если бы увидела, и то не поверила бы.
Через три дня сюда въезжают, и мы с Углем должны выехать. Куда?
В трамвае вожатый говорит женщине с детьми: «Всех мужей поубивали, а дети все родятся и родятся».
183
Зелинский Корнелий Люцианович (1896–1970) — литературный критик.(Прим. ред.).
Волна страшных писем. Женщина с восьмилетним сыном бежала из гетто, спаслась у партизан, там работала связисткой, наконец они выбрались, и мать говорит ребенку: «Стоит жить, раз мы увидим папу». За это время папа женился. Киевлянка — молодая математик, получившая много премий еврейка, потеряла за войну мужа и брата. Сына брата усыновила. Теперь Украинская академия возвращается в Киев, но еврейку отчислили (по национальности) и оставили в Уфе с тремя иждивенцами: контуженная сестра, старуха-мать и мальчик.
Была у Мазовера — материал о собаках на фронте.
Хацревиной не дают умереть в больнице — ее выписывают.
Олег Эрберг мобилизован рядовым. Волнения с Пленумом писателей. Тихонов [184] стал чинушей. Плохие отношения с союзниками — Польша. Страх за мирное время, особенно у евреев: уже в университетах ограничения для евреев. Мальчик Альтмана [185] затравлен в школе. Есть предложение писать историю партизанского отряда. Хандра — мое нормальное состояние. Алигер любит, забывает, рожает, пишет, получает Сталинские премии и лимит и все же несчастна. Таня Литвинова абсолютно счастлива. Дело характера. Без тебя я начала работать, без тебя, быть может, из меня что-то получится, а главного-то — и нет. Для кого? Холодно и мрачно. Осторожно, свежевыкрашено…
184
Тихонов Николай Семенович (1896–1979) — поэт.(Прим. ред.).
185
Младший сын Иогана Альтмана — Юлий.(Прим. ред.).
Живу в гостинице, от Ромма [186] выгнали.
Сводка: взяли Черкассы, оставили Радомысль.
Уголек у Раи-Нины. Работаю на хронике. У мамы портниха, за 900 рублей дошивала шубу и не кончила ее.
Вчера было десять лет нашей свадьбы! И никаких перемен. Я на Лаврухе. Одна в разрушенной квартире. Все в известке. Течет крыша, выбиты стекла. Так я и знала: наступит момент, когда не смогу покончить с собой. Боже, как страшно. Теперь мы все знаем, на что способны немцы. Сегодня видела Михоэлса [187] Он рассказывал об Америке — тоже фашизм. Гитлер победил — культура кончилась.
186
Ромм Михаил Ильич (1901–1971) — кинорежиссер.
187
Михоэлс Соломон Михайлович (1890–1948) — актер и режиссер.(Прим. ред.).
1944 год
Очень давно не писала, хотя событий масса. Я живу в нашей квартире. Видно, так устала от всего, что довольна, что одна. Я остародевилась, ничего не поделаешь. C’est la vie. [188]
На фронте блестяще: сегодня стреляли по освобождению Ленинграда из кольца. Очень часто салюты. Два международных события: статья Заславского [189] «Вилки мутит воду» и «Утка из Каира» от нашего уточного корреспондента. Как будто это в связи с Польшей. Мы уже перешли старую польскую границу. Идем на запад. Настроение: скоро развязка. Мама в новой квартире. Сыро, но устраиваются, заводят сорокинский уют.
188
Такова жизнь.(Прим. ред.).
189
Заславский Давид Иосифович (1880–1965) — журналист.(Прим. ред.).
Надя Капустина была у Васьки Сталина [190] в гостях. Пьяно.
В Союзе писателей волнение: Тихонов, Поликарпов, новая династия. Каждый гадает: будет ли ему лучше.
Был Мунблит. Все та же тема: «О создании великого в литературе». Жалко его.
Получила премию. У меня много денег, но нет туфель, чулок.
Илья мрачен и недоброжелателен.
Каплер получил пять лет [191] .
190
Младший любимый сын Сталина, летчик. Он жил в особняке на Гоголевском бульваре, где устраивал попойки, чем и прославился. О нем говорили презрительно.
191
Каплер влюбился в Светлану, дочь Сталина, за что и поплатился пятью годами лагерей. Однажды Каплеру нужно было ей позвонить, но ее отказались подозвать к телефону, и он попросил меня дозвониться до нее. Я Каплеру не могла отказать, хотя понимала, насколько это опасно. Я позвонила из автомата, назвала свою фамилию, но мне тоже не разрешили поговорить со Светланой. Вскоре Каплера арестовали.