Чтение онлайн

– Вы что?!
– закричал один из толпившихся у дверей палаты больных.
– Озверели?! Мужики! Полный беспредел!

– Слушай, Орел, - подошел к нему подполковник, - или закроешь рот, или отправишься сейчас в ШИЗО и на зону.

– Хана мужику, - пробормотал стоявший рядом с Егором пожилой зэк.
– Растяжки и заколют.

– Десять дней мучиться будет, - тихо проговорил бледный худой зэк.
– А потом с ходу на этап и в зону.

– Значит, снова Вулич, - сказал толстый полковник.
– Похоже, от него постоянные неприятности. И что с ним?

– Выписываю, - ответил главврач.
– Он не псих, точно, а значит, не мой пациент.

Глухо мыча, Вулич пытался освободить растянутые в стороны эластичными бинтами руки. Ноги тоже были привязаны.

– Зря ты драться стал, - усмехнулся рыжеватый верзила в белом халате.
– Из какой он зоны?

– Из Котчихи, - отозвался прапорщик.
– Заеву там, говорят, всыпали прилично. Он же…

– Так это тот парашютист, что с крана спрыгнул?
– рассмеялся верзила.
– Вернется на зону, под пресс пустят. Начальство очень не любит, когда из-за зэков у них выговоры в деле появляются. Ну что ж, у нас десять дней будет.

– Восемь, - поправил его прапор.
– Этап через неделю.

Киров

– Все ясно?
– спросил Кощей худощавого парня.

– А чего тут непонятного? Надо просто…

– Там зона, - перебил его Кощей.
– И баба, судя по всему, не трусиха и за себя постоять умеет. Мужик ее тоже. Вы двигаете в Глазов.
– Он повернулся к молодой женщине и крепкому мужчине.
– Адрес знаете. Работайте сразу, уговаривать бесполезно. Делайте и девку, и стариков. Но желательно без шума. Не исключено, что за ними ведется наблюдение. На Котчихе тоже вполне может быть такое, - сказал он парню.

Котчиха

– Ты думаешь, снова могут прийти?
– спросила Вера.

– А ты так не думаешь?
– Виктор сунул в стволы ружья патроны с картечью.
– Как я понял, твои показания заставили отца того парня активно действовать. А ты еще уговорила девчонку написать заявление. И сейчас их единственный выход - убрать вас обеих. По крайней мере защита подсудимого сможет перевести стрелки, как говорят обитатели колонии, на других. Тем более, как я понял, следствие еще не началось. И уверен, что к нам снова явятся эти сволочи. Хорошо, никто не знает адреса моей матери. Я почему-то уверен, что они купили кого-то из сотрудников администрации.

– Я тоже об этом думала. И кажется, я знаю, кто куплен.

– Знаешь?
– удивился муж.
– И кто же?

– Старший лейтенант Журин. Он настойчиво расспрашивал меня о твоей маме.

– Он вернулся из отпуска гораздо богаче, чем был. Говорит, выиграл в «Бинго». Это стоит проверить.

– А если мы ошибаемся?

– Скорее всего, нет.
– Виктор поставил ружье в угол у двери.

– Неужели придется стрелять?

– Я думаю, ты сможешь.

– Смогу, но не хотелось бы.

– Ты сделала выбор, и сейчас отступать…

– А я и не собираюсь, - сердито перебила мужа Вера.

Он рассмеялся:

– Ты у меня непредсказуема.

– Хозяева!
– В дверь постучали.

– Либертович, - буркнул Виктор.
– Что ему нужно?
– Он открыл дверь.

– Я на минутку, - сообщил Либертович.
– Вулича скоро назад привезут. Он войну с санитарами устроил, досталось и контролерам больницы. А ноги у него действительно не в норме. Все, я ушел.

– Значит, скоро вернется Вулич.
– Виктор закрыл дверь.
– Выжил. Но сюда бы ему, конечно, лучше не возвращаться. Здесь на него все злы, начиная с начальника и кончая контролерами.

– Но он же не может сам выбирать место, - сказала Вера.

Лесной

– Держи!
– Старший сержант, оглянувшись, сунул в открытую кормушку сигарету.
– Лихо ты Рупову врезал!

А через два дня тебя на этап заберут, назад поедешь.

Вулич уперся ладонью в стену камеры, медленно подошел к двери и взял сигарету. Контролер, оглянувшись, щелкнул зажигалкой и дал ему прикурить.
– А это на потом.
– Контролер положил на кормушку три сигареты и закрыл дверцу.

– Назад, значит?
– усмехнулся Борис. И, скользя рукой по стене, сделал три шага. На лбу выступил пот.
– Уже лучше. Я все равно уйду, - прошептал он.

Красноярск

– И где твой сынок?
– спросил бритоголовый парень.

– Не знаю, - испуганно ответил невысокий пожилой мужчина.
– Я его…

– Слушай, старый, - перебил парень, - передай сынку, что счетчик включен. Если он думает, что бабки просто так получил, то ошибается. Понял?

– Да понять-то понял, но не знаю я, где он. Ей-богу, не знаю.

– Лучше пусть сам бабки вернет, - процедил бритоголовый.

– Прошла уже неделя, - зло напомнил Король, - а Кощей ничего не сделал! Эту девчонку вчера привезли! С охраной приехала. И свидетельница тоже жива. О чем он думает?

– Надо было послать своих, - проговорил плотный мужчина в очках.

– Я посылал двоих с Кощеем. Оба сейчас в СИЗО парятся. Хорошо еще, что молчат и на себя дело взяли. А Кощея надо найти и убрать. Я не позволю, чтобы меня вот так просто…

– Кощей не стал бы так делать, - вмешался Лютый.
– Он честно отрабатывает заказ. Значит, что-то случилось.

– Вот что, умник, - покосился на него Котов, - найди его и напомни, что со мной нельзя выкидывать подобные шутки. Прошло семь дней. Азову привезли в Красноярск. Понимаешь, что это значит?!

– Послушайте, Петр Данилович, - недовольно заговорил вошедший Ревин, - дело обстоит гораздо хуже, чем я предполагал. Эти двое ментов, Семенов и Торопин, тоже дают показания. Почему они, кстати, до сих пор живы?
– взглянул он на Лютова.

– А я таким дерьмом не занимаюсь, - ответил тот.
– Спрашивай Кощея.

– Я не могу так работать, - раздраженно произнес Ревин.
– Вы понимаете, что Роману придется отвечать? Потерпевшая находится здесь и рассказывает о нападении. Завтра или послезавтра должна приехать свидетельница. Патрульные заговорили. Нет ни одного шанса прекратить дело.

– Послушай-ка, - процедил Котов, - я тебе очень хорошо плачу не за то, чтобы выслушивать такое. Работай!
– закричал он.
– Или уволю!