Чтение онлайн

– Я сам, Саша.
– Более молодой уступает место опытному. Борис отдает отрывистые приказания:

– Скальпель. Зажим. Тампон.
– Сосредоточенно работает, прислушиваясь только к писку мониторов. Опытный анестезиолог следит за сердцем пациентки. Наконец, операция завершается. Борис откладывает скальпель, вглядывается в бледное лицо пациентки и бледнеет сам.

– Борис Яковлевич?

– Кто она?

– Градова Вероника Александровна.
– Читает с карты медсестра.

– Выкидыш, значит … -Устало говорит Борис.

– Второй, доктор.

– Стимулировали что ли?
– Он оборачивается к доктору. Тот кивает.

– А почему выкидыш тогда? Не поддерживали медикаментозно?

– Поддерживали, Яков Борисович.

– Хорошо, сейчас-то хоть перерыв сделайте, пусть организм отдохнет.

– Конечно, Борис Яковлевич.

Борис вглядывается в мониторы, следит за тем, как пациентку перекладывают на каталку, чтобы отвезти в реанимацию. Идет следом, кивает медсестрам в реанимации.

– Эта пациентка должна быть на особом контроле. Позвоните мне, когда она придет в себя.

– Да, Борис Яковлевич.

Когда Вероника приходит в себя, то ощущает лишь боль. Кажется, боль затопляет ее всю. Целиком. Болит и внутри, и снаружи. И душа. Ну почему Господь не дает ей больше детей? Почему? Что она сделала не так? И когда …

Женщина шевелится, молоденькая медсестра тут же бросается к ее кровати.

– Аккуратно, Вероника Александровна, вам пока бы лучше не двигаться.

– Да, конечно.

– Я доложу доктору. Полежите.

Девушка набирает внутренний номер.

– Борис Яковлевич, пациентка пришла в себя.

– Хорошо, Варенька, я сейчас подойду.

Кажется, вся история их отношений проносится перед его мысленным взором, пока он идет от своего кабинета к реанимации. И их знакомство, и их встречи. И ее такой неожиданный отъезд. Борис мрачнеет, а потом отбрасывает эти мысли прочь. Она имела право устраивать свою жизнь так, как ей хотелось. Да и прошло уже 20 лет.

Мужчина заходит в реанимацию и подходит к ее кровати.

– Как вы себя чувствуете, Вероника Александровна?

Вероника дрожит, когда поднимает к нему глаза. Этот голос она узнала бы из тысячи. Да что там из тысячи — из миллиона. Боря, Боренька. Женщина шепчет:

– Относительно не плохо, -встречается с ним взглядом и продолжает.
– Борис Яковлевич.

Тот перехватывает ее запястье и считает пульс. Переводит взгляд на мониторы.

– Мы еще понаблюдаем вас в реанимации, Вероника Александровна.

– Да, доктор.

– Вам нужно будет очень хорошо себя беречь, хотя бы год отдыха дать своему организму.

Вероника опускает глаза.

– Видимо, что-то со мной не так, ничего не получается.

– В подобных вопросах нужно смотреть все в комплексе, причина может быть и не в вас, а в вашем мужем.

– В муже?

Борис кивает.

– Конечно же. Доктор не говорил вам об этом?

– Нет. Мы старались помочь моему организму зачать и выносить.

– Если хотите, я могу посмотреть вашу историю болезни и высказать свои соображения.

– Я не знаю.
– Вероника явно смущается. Борис улыбается.

– Я хороший врач, Вероника. Это действительно так.

– Я никогда в этом не сомневалась.

Тот кивает.

– Да, ты не сомневалась.

– У тебя есть дети? Почему вообще вы с доктором решили, что тебе нужна какая-то помощь в зачатии и вынашивании?

– У меня есть сын. Но ведь я родила его давно, а теперь я уже в возрасте.

Борис улыбается.

– В каком ты возрасте? Тебе не больше сорока, правильно?

– Да. Тридцать девять.

– Многие женщины рожают первого малыша в вашем возрасте.

– Мы же на «ты».
– Шелестит Вероника.

– Да, на «ты», извини. Отец твоего ребенка — это твой нынешний муж?

– Я вообще не замужем.

– Я скорее интересуюсь, один ли это мужчина, тот, от которого ты была беремена в этот раз и отец твоего сына.

– Нет, они разные.

– Так может быть, вообще проблема в нем. Он обследовался? Сдавал спермограмму?

– Нет, что ты.

– Но почему?

– Виталик не будет этого делать. Да и вообще сама затея с ребенком больше моя. Возраст поджимает … Если я хочу стать мамой еще раз — я должна успевать.

Борис приподнимает брови.

– Но проблема может быть вовсе не в тебе, а все эти лекарства, что принимаются для закрепления плода, могут потом и аукнуться на твоем здоровье.

– Я понимаю, спасибо тебе за участие.

– Да в общем-то не за что. Хочешь, я могу посмотреть твои анализы, сделать УЗИ. Разумеется, не сейчас, а когда ты оправишься.

– Если тебя это не затруднит.
– Вероника опускает глаза.
– И если это не вызовет какие-то негативные эмоции.

– Что ты, Вероника. Прошло уже столько лет. Я давно успокоился.

Она сглатывает.

– Я рада, что ты не держишь на меня зла. Я правда тогда не видела другого выхода.

Борис выдавливает из себя улыбку:

– Кто старое помянет — тому глаз вон, да?

– Да.

– Ну а пока отдыхай, завтра я зайду тебя проведать и осмотрю.

– Спасибо, Борис.

Доктор улыбается, перехватывает ее ладошку и подносит к губам.

– Доброго дня, Вероника.

Илона отложила книгу в сторону. Скоро со службы приедет отец, нужно приготовить ужин. Девушка поспешила на кухню, на ходу набирая бабушку.

– Бабуль, как дела?

– Все хорошо, Илоночка, как ваши дела?

– Собираюсь приготовить ужин.

– Твой отец еще не приехал?

– Нет. Сказал, что должен посмотреть еще одну сложную пациентку, сегодня оперировал, а потом сразу приедет.

– Хорошо, внучка. Ты к занятиям подготовилась?

– Да, бабушка, я помню, что нужно очень хорошо учиться, чтобы поступить в университет.

– Да, дорогая. Очень хорошо учиться и все получится.

– Я и так не сомневаюсь, что у меня все получится.