Я живу не по уму, а как сердце мне велит
Шрифт:
– Почему она заговорила о ребенке?
– Ну мы же поженимся? И мы достаточно молоды что бы … Вероника? В чем дело?
– Ты ведь помнишь, как мы вновь встретились?
– Как забыть …
– Вряд ли я способна, Борь …
– Но мы можем попробовать, я ведь обещал тебе, что помогу, ты помнишь?
– Ты волшебник?
– Я врач. И я не могу обещать тебе, я ведь не Господь Бог.
Женщина всхлипывает.
– Тебе еще рано об этом думать, я должен взять твои анализы, потом отменить контрацептивы, а лишь потом можно будет говорить такой возможности.
– Ты думаешь, она все-таки есть?
– Думаю, да. Если ты хочешь малыша, нашего малыша, то мы будем стараться.
– Как ты можешь сомневаться, что я хочу твоего ребенка?
– Я не сомневаюсь в этом, малышка … Мы все сделаем постепенно, ты ведь доверяешь мне?
– Доверяю, Борь, доверяю.
– Вот и замечательно. А сейчас ты пойдешь и отдохнешь, хорошо?
– Отдохну?
– Ты переволновалась. Пойдем, я прослежу, чтобы ты легла, принесу тебе чай с мелиссой, закрою портьеры, и ты поспишь.
– Нужно вымыть посуду.
– Не беспокойся, здесь есть кому помыть посуду.
Вероника улыбается, позволяет увести себя в комнату, пьет чай, муж подтыкает одеяло и касается ее щеки легким поцелуем.
– Спи до самого ужина, а если захочешь и дольше. Тебе нужно прийти в себя после стресса.
– Борь?
– Она притягивает его ладонь к щеке и улыбается.
– Поспи, малышка. Поспи.
Он выходит, аккуратно прикрывает дверь, моет посуду, оборачивается на шаги.
– Ром?
– Пап, мне нужно съездить по делам, буду к ночи. Скажешь маме?
– Да, не заходи к ней, она спит.
– Конечно пусть отдыхает.
– Что делает Илона?
– Ничего особого, сидит в интернете.
Борис кивает, а когда сын уходит, спешит к комнате дочери, стучит.
– Войдите, -кричит Илона.
– Можно, дочка?
– Заходи, пап.
– Я хочу поговорить с тобой, Илона.
– Пап, ну я же уже пообещала вам!
– Я помню. А еще я помню, что у вас вроде уже налаживались отношения с Вероникой, а потом ты пропала.
– Пап, обещаю, такого не будет.
– Спасибо, дочка!
– Пап, что с ней случилось?
Борис лишь скрипит зубами.
– Пап?
– Она уехала, потому что не видела другого способа, чтобы ты вернулась домой.
– И? Пап?
– Ее избили.
– Папа?
– Один человек … Он уже однажды обидел Веронику, он попытался сделать это вновь.
– Папочка! Мне очень жаль!
– Ты не виновата в этом, Илона, нет, конечно же нет.
– Но если бы я не уехала …
– Я думаю, он бы все равно попытался навредить Веронике.
– Пап, ты уверен, что ее только избили?
– Уверен, да.
– Пап? Ты осматривал ее?
– Илона?
– Ты ведь знаешь, что я очень хочу стать судебным криминалистом?
– Я думал, ты оставила эту затею?
– Ну сейчас разговор не о том. Я изучала много информации по этой теме.
– Илона?
– Я не хочу ходить вокруг да около. Но она выглядит так, будто ее изнасиловали, папа!
– Я уверен …
Илона даже прижимает ладони к лицу.
– Папочка, папочка! Если бы я знала, что из-за меня будут такие последствия …
– Ты тут не причем. Он мог сделать это в любой момент.
– Его посадили?
– Суда еще не было.
– Ты должен обезопасить свою будущую жену. Ты же не можешь ее закрыть здесь!
– Не могу конечно.
Илона лишь качает головой. А затем решительно продолжает:
– Можешь не сомневаться, я больше не сделаю никаких глупостей! Я обещаю тебе! И скажи Веронике, что ей не нужно никуда уезжать.
– Спасибо, дочка, спасибо!
Глава 26.
Вероника долго отходила от происшествия с Димой, уже и суд состоялся, а она все никак не решалась на близость. Борис относился к этому с пониманием, но потом все же настоял на осмотре. Женщина противилась недолго, улыбнулась.
– Борь, он ничего мне не сделал.
– И все-таки я хочу тебя осмотреть, и ты помнишь, мы хотели взять анализы, провести обследования.
– Да, конечно. Я думаю, все это нужно сделать до свадьбы.
– До свадьбы? Вероника? Но почему?
– Возможно, ты еще передумаешь.
Борис пораженно смотрит на женщину.
– Что такое ты говоришь?
– Борь, ты привлекательный, импозантный средних лет мужчина. Ты еще можешь вступить в брак, в котором у тебя будут дети.
– У нас с тобой есть дети. Так?
– Да, -кивает Вероника.
– Но ты вполне можешь еще родить малыша.
– Вероника!
– Борь! Я вполне серьезно.
– Кажется, ты не понимаешь серьезности моих намерений. Я хочу быть с тобой. И детей хочу только от тебя. Если это не получится, значит, у нас не будет новых детей. Но я не забываю, что у нас есть Рома, есть Илона. Разве нам их мало?
– Конечно же нет. Я просто не хочу, чтобы потом ты понял, что не использовал свой шанс.
Борис хохочет.
– Вероника!
– Борь! Я вполне серьезна.
– Ты слишком рано ставишь на себе крест. Мы только недавно отменили твои таблетки. Я еще не видел результаты твоих анализов, не смотрел тебя на УЗИ. Вполне возможно, что никакой проблемы и нет. У нас может все получиться сразу, как ты захочешь близости.
– Я хочу … -Шелестит она.
– Пока нет, не правда ли? Ты не отошла от того, что произошло, и я готов ждать столько, сколько потребуется.
– А если я так и не отойду?
Вместо ответа он привлекает жену в объятия и нежно оглаживает спину, касается губами ее макушки и прижимает к себе сильнее. Вероника доверчиво прижимается к мужу, ощущая покой и близость. Разумеется, это такая глупость думать, что она не отойдет … В его объятиях она забывала обо всем. Здесь и сейчас были только он и она. Разомлевшая Вероника подняла к Борису глаза и потянулась с поцелуем к его губам. Тот без промедления углубил их поцелуй, требовательно прижимая женщину к себе, услышал сдавленный стон своей женщины, подхватил ее на руки и понес в спальню. Усадив на кровать, Борис обцеловал скулы женщины, вновь вернулся с поцелуем к ее губам, скользнул по плечам женщины, стягивая блузку. Вероника приподняла руки, чтобы помочь ему избавиться от ненужной преграды. Борис склонился губами к ее плечам, к выставленной и запакованной груди, прошептал: