Терзаем ли безумьем думнымС остекленевшим взглядом в ночь,Иль в граде суетном и шумномЯ представляю, что б мне смочь.Остаток времени, мне данный,Боюсь доселе растерять,На небе месяц первозданныйНад смыслом пробует сиять.А други, прошлое вобравши,Остались при иных делахИ, незаметно ускользавши,Уж не на первых где порах.Ослепло время, изменилось,С подменой ценности вещейВ скупую жабу превратилось,Как беспристрастный казначей.Да вот в гробу карманов нету,Ничто с собой не уволочь,И оттого жизнь ценим эту,Как неприкаянную дочь.
«Ворует осень каждый день…»
Ворует осень каждый деньДлину больного дня,На землю пала неба теньИ, дождиком звеня,Готовит нас она к зиме,Листвою наследя,И грустно кажется и мне,На сонный свет глядя.Настало время уходитьВ себя и прочь от нас,Случится все еще любить,Бессилен сердцу час.А помнишь, помнишь,Как тогда, когда блестела ночь,Меня с собою ты ведешьК дарам природы прочь.Угрюмо высятся дома,Сплошь сырость мокрых стен,Я не сошел с ума едва,Изведал ясный крен.Ушла и ты, уходит все,Мурашками бьет дрожь,И ветер горький слух несет,Остался мне лишь дождь.И даже он исчезнет весьПод холод зимних дней,А в сердце тяжесть, горесть, резь —Достаточно, добей.
«Не тревожься обо мне, как прежде…»
Не тревожься обо мне, как прежде,Матушка, и многому не верь.Где меня встречали по одежде,Ну а где кидали к носу дверь.Всех простил, крадусь котом несмело —Без опаски не готов бродить,Все вокруг давно перекипело,Доживать осталось мне – не жить.Из покрова тьмы меж сизой ночиТенью древ сдвигаются враги,Не смыкают оные ведь очи,Сердцем всепрощающим наги.Круговерть пургой покрыла волю,От улыбок едких в горле ком,Пробежаться босиком б по полю,Рожь златую взять бы на излом.А еще могу сказать тебе я:То, что предрекала, все сбылось,И, шипами колкими довлея,Все внутри по крови разошлось.Ухвати, туман, меня за руки,Спрячь от суеты, кристальный дождь.Уловил вселенские я звуки —Оттепель в душе, судьба, не трожь.
«Всех нас сюда занесло…»
Всех нас сюда занеслоВетром попутным, наверно.Может, кому-то назло,Ну, а быть может, не скверно,Тут вот побыть иногда —Многого это не стоит.Каждая в мире звезда,Тайнами сущность закроет.Все мы живем как-нибудь,Кто-то – никак. Что ж, печально.Каждому выведен путь,Богу знаком изначально.Спит моя радость во мгле,Вспомнит она и забудет,То, что не надобно мне,С временем, может, прибудет.Нет, не сужу, не ряжу,Думаю, вряд ли отменно,Если я просто лежу,В стену глядя неизменно.Темные ночи и дни,Долгие встречи, разлуки,Годы лишь мне дороги,Все остальное – от скуки.Выпито столько до дна,Тостов предложено много.Что же опять не видна,Жизни кривая дорога?Знаете, я ведь леталВольною птицей над полем,Знаете, раньше я знал,Где эта вольная воля.
«Иной раз хочу умереть…»
Иной раз хочу умереть,Проникнуть в мир истины вечной,Мне б в небе бескрайнем узретьТвой взор, опоясанный свечкой.Куда б ни отправился я,Я жду твоего в сердце гласа.Накрыта тобою земля,И к ночи спускается ряса.И этот испорченный мирТакой все ж маняще-прекрасный!У воронов близится пир —С того ли закат нынче красный?Стремлюсь иль, свод рук опустив,Решить Богу все дозволяю,Себя смиренным окрестив,Судьбой бесчинной вытрезвляю.Возникший свет отвергнет тьму,К нему стремлюсь, тебе внимаю,Прости, не знаю, что приму,От мыслей свыше умолкаю.А за окном – дожди навзрыдИ листья доблестно спадают,А я никчемностью привит,Все в мире собственном страдают.Оставь мне тягостные дни,Соизмеримо дав терпенья,Чтоб не доставили ониНеупокоенного тленья.Да, жизнь длиною с ноготок,Ей грош цена – и та мешает.Я незавязанный шнурок,Идти который досаждает.
«Ты не знала, ничего не знала…»
Ты не знала, ничего не знала,Как меня терзала жизни бредь,Что зима, кручинившись, застлалаСвой ковер, чтоб дать в ней умереть.А хотела знать ли ты, что былоИ куда ведет засада дней?Неживое сонмами завыло,Гнать умеешь – выплесни, огрей.Не смутит меня твое признанье,Что с тобой мне не быть тождеством,Я терял и меру, осознанье,А ты жила жизни торжеством.Перенес я шторм, что гнет ракиты,Вездесущий невод грешных нужд,Оттого глаза всегда залиты,Я ж тебе противен, даже чужд.
«Светило путеводное…»
Светило путеводное,Поведай мой удел:Что долей предначертано,Где дней моих предел?Куда ведешь – неведомо,Жду снизу, под тобой,Тобой стезя изведана,И нет судьбы иной.И где уж мне последний мигСведется коротать,Среди друзей иль недругов,Придется издыхать?Поглотит плоть могила ли,Иль поле, косогор,Иль примет плоть остывшуюГустой сосновый бор?Гори же ярче прежнегоВ сияющей дали,Своим лучом сверкающимДорогу озари.
«Блажен, кто верует, когда уж веры нет…»
Блажен, кто верует, когда уж веры нет,И свят, кто ведает и чтит святой завет,А я неправедный, прости меня, Господь.На жизни-мельнице мне кости размолоть?Зароки, каянья, а проку от всего?Крапива жгучая от слова твоего.Я неприкаянный, со мной ты или где?Прости, родимая, я чую: быть беде.
«Ничего-ничего не нужно…»
Ничего-ничего не нужно,Все, что есть, вы оставьте себеИ живите, коль выйдет, дружно.Я ободранный кот нигде.Мои лапы чернеют часто,Но в ночи вижу лучше дня.Не гоните меня напрасно,Ведь обидно то для меня.Ноют раны, болят суставы,Развалиться боюсь совсем,Всех животных излечат травы —Благо жизней досталось семь.Вы погладьте меня, прижмите,От тепла я урчу всегда,А не нужен – так усыпите,Не такая то и беда.
«Не стану я задумывать благ россыпь…»
Не стану я задумывать благ россыпь,Не посягну тянуться до светил,Я целовал малиновые росыИ никого словами в бок не бил.Не нужно мне ни ролей, ни признаний:Провозглашать свой статус смысла нет.Я только пыль под гнетом мирозданий,Всего лишь тень, попавшая на свет.Прости меня, любой, кого обидел,Настанет время камни собирать.Тетрадка в клетку – что я в жизни видел?И там тюрьма, решетка – что сказать?Но возмести немного, Всемогущий,Чтоб не досадно было умереть,Я полюблю твой сад, святых зовущий, —Дай хоть взглянуть на мир сквозь эту клеть.
«С ежевичных озер и мельчающих рек…»
С ежевичных озер и мельчающих рекМне почудился перст и крестов оберег.Распеваются пташки и пьют с неба брют,Все живое повсюду, трещат и снуют.Оторвались деревни, пробрались в леса,Зазвенели вечерни во все голоса,Городские фонтаны льют с радугой пунш,Чуть целует губами лучей поздних плюш.Запрокину я голову в рапсовый круг,В пожелтевшее облако долгих разлук,Отлетела, умаялась дня полоса,Да бредет неприкаянно ветра коса.Полюбилось с беспечностью быть на земле,Разоряться да каяться в жизни котле,Попытаюсь быть искренним, сжечь корабли,С них останутся к вечеру бусы-угли.Я боюсь окунуться в светил мириад,Чужд злой вечности блеск и вселенский парад,Мое сердце припаяно, родина – флюс,И пусть крылья оставлены, в ней растворюсь.