Чтение онлайн

А. Бергсон говорит по этому поводу: «В самом деле, о каждом из своих состояний я говорю как о чем-то цельном. Я говорю, что я меняюсь, но это изменение, на мой взгляд, есть переход от одного состояния к тому, что следует за ним; само же состояние, взятое отдельно, представляется мне неизменным в течение того времени, когда оно существует. А между тем легчайшее усилие внимания открыло бы мне, что нет ни аффекта, ни представления, ни желания, которые не менялись бы ежеминутно; если бы состояние души перестало изменяться, то длительность прекратила бы свое течение. Представление о прерывности психологической жизни связано, следовательно, с тем, что наше внимание фиксирует эту жизнь в ряде отдельных актов: там, где есть лишь пологий склон, мы, следуя ломаной линии, которую образуют акты нашего внимания, видим ступени лестницы».

Будем называть любой акт самосознания «дхармой», следуя терминологии индуизма и буддизма. По определению, дхарма – это то, что воспринимается нами как отдельное целое состояние внешнего или внутреннего мира. Иначе говоря, дхарма есть элемент нашего мышления, который Гуссерль в своей феноменологии называл интенцией, а психологи - гештальтом.С нейрофизиологической точки зрения наши мысли, чувства и ощущения есть продукт взаимодействия нейронов мозга, включая периферийные рецепторы. Каждый нейрон может иметь несколько тысяч соединений с другими нейронами через синапсы. Нейросеть принято изображать как систему с множеством входов и одним выходом – дхармой (именно поэтому дхарма всегда целая). Т.о. дхарма – это та или иная конфигурация задействованных нейронов. Если бы нейроны были светодиодами, то каждая дхарма выглядела бы как гирлянда лампочек в нашем мозгу.

Что есть мгновение? Согласно буддийскому учению, кшана (мгновение) составляет продолжительность вспышки одной дхармы. Дхармы непрерывно вспыхивают и исчезают, образуя новую комбинацию, обусловленную законом взаимозависимого возникновения (пратитьясамутпада) и кармой. Не существует ни материи, ни иной субстанции, есть лишь поток последовательных психических элементов – дхарм (конфигураций нейронов – скандх). Такое солипсическое восприятие мира живыми существами подобно восприятию ими же отдельных (целых) кадров на движущейся кинопленке, которые так быстро сменяют друг друга, что у наблюдающих создается полная иллюзия непрерывной (континуальной) реальности.

Математическое мгновение – это небольшой (целый) интервал времени, в пределе равный бесконечно малой (целой) величине. Логика, по которой мы мыслим, используется нами как вневременная. Мы выстраиваем силлогизм и говорим, что из (целой) идеи А следует (целая) идея В, не предполагая временной процесс между ними. Но точно также мы говорим, что из физического (целого) события А следует физическое (целое) событие В. А это уже требует времени.

Что значит измерить физические наблюдаемые некоторого события? Это значит – остановить время, получить информацию о мгновенном состоянии системы между причиной и следствием, ибо через мгновение эта информация изменится. Так что же такое мгновение? Похоже, это вовсе не бесконечно малая величина, а нуль. Нельзя войти дважды в одну и ту же реку. Но можно сделать фотографию реки и любоваться одной и той же рекой вечно. Однако на фотографии река не течет и, значит, находится не в каком-то интервале времени, а в нуле. Понятно, что сама фотография находится во времени и со временем истлевает, но тот идеальный образ реки на ней не меняется. Только в нуле ничто не происходит. Мгновение – это нуль! Физический процесс имеет смысл определять только в каком-то моменте времени: (i) в нуле 0, (ii) в кванте времени dt или (iii) в некоторой сумме этих квантов, образующих больший или меньший интервал t.

Измерение скорости объекта оказывается очень простым, если секундомер включается на старте и выключается на финише, а затем расстояние делится на его показания. Но в каком диапазоне должны находиться показатели секундомера? В нулевом времени (i) тело находится в покое, а его скорость тоже равна нулю (или бесконечности). Именно такое вечное настоящее теоритически допускает мгновенные ( бесконечно быстрые) квантовые корреляции между частицами на любом расстоянии друг от друга. Принципиальная проблема здесь в том, что произвести измерение вне времени в принципе невозможно. На это всегда необходим некоторый срок. Если же экспериментатору удастся уложить свое измерение в квант времени (ii), то он должен получить световую скорость для любого объекта, которая в этом случае оказывается производной кванта пространства (планковской длины?):

c(t) = ds/dt

Этим, кстати сказать, объясняется и то, почему скорость света не имеет ускорения, т.е. собственной производной: квантовать, т.е. дифференцировать больше нечего. Тут можно сказать, что Ахиллес так долго гонится за черепахой постольку, поскольку скорость обоих все больше приближается к световой. И лишь в последнем случае (iii) экспериментатор получает классическую скорость:

v = s/t

И наша реальность ей соответствует: достаточно реальному Ахиллесу погнаться за реальной черепахой, чтобы их история описывалась классической механикой. Однако в строгом смысле, к которому стремится наука, констатация некоторого события – это в идеале констатация мгновенного покоя, в котором время равно нулю, т.е. не прогрессирует. Но поскольку момент времени t ничем не отличается от момента t + 0, то и соответствующие им события сливаются вместе. Это даже не чудо, в котором мы проглядели промежуточное событие. Это – одно единственное событие. Два квантовых состояния А и В оказываются одним состоянием АВ без всяких суперпозиций вида А + В. Простая экстраполяция этого факта во времени вперед и назад приводит к выводу, что во Вселенной время всегда должно быть равно нулю, и в ней ничто не может происходить. Есть одно единственное событие – сама Вселенная. Есть одна причина – Большой взрыв и одно следствие – Большой хлопок (если принимать эту модель). Такая логика становится буквальной: А влечет В, и между ними ничего нет.

Время необходимо квантовать, чтобы извлечь из нуля целую бесконечность. В минимуме интервал времени должен быть равен кванту времени dt. В кванте времени, равном нулю, причина и следствие становятся одним событием. Это значит, что движение возможно только в квантованном времени. В концепции единого пространства-времени планковская длина (10 см в -33 степени), которой приписывают свойства сингулярности Большого взрыва, также требует соответствующего ей квантованного времени. Все ведет нас к тому, чтобы признать время дискретным, а не просто отделимым (separable). Но что же тогда находится в точках разрыва этого времени? Другой причинный мир в виде мультиверса Эверетта, в котором возникает множество виртуальных миров и множество множеств локальных наблюдателей в этих мирах? Или тот самый нелокальный мир вечного настоящего (абсолютного покоя), по отношению к которому наш локальный физический и ментальный мир неполон?

Фактически дифференцируемое континуальное время в физике уже является квантовым. Это отсылает нас назад, к самой математике и к понятию континуума в ней. Интуитивно очевидно, что время не должно быть дискретным и содержать в себе еще что-то кроме самого себя. Это подразумевает его континуальность. В каком же смысле время может быть при этом квантовым? Так, фотографируя реальность вокруг себя, мы получаем мгновенный (плоский) снимок этой реальности. На следующем снимке, сделанном через мгновение, эта реальность уже немного изменится. В кино частота таких кадров равна 24 в секунду. Для континуального времени частота «кадров», составляющих Вселенную, должна быть (в обратной пропорции к бесконечно малой величине) бесконечно большой, хотя физика нам говорит, что она, как будто, должна быть не больше (в обратной пропорции) планковского времени (10 в – 43 степени). А если каждый кадр отождествить с математической точкой на прямой (стреле времени), то их частота вообще должна быть несчетной величиной. Тогда физическое время t выглядит так:

t = 0 + dt + 0 + dt + 0 +…

Математически такая запись вполне корректна, ведь нуль ничего не меняет в сумме. При этом именно эти нули оказываются физическими событиями или квантовыми состояниями, в которых ничего не происходит, и между ними лежит тот самый квант времени, отделяющий причину А от следствия В в потоке времени:

…+ А + dt + В +…

Осмысляя математический предел на таком континууме, мы приходим к неожиданному выводу о том, что точки оказываются по сути нулями, а расстояния между ними являются дифференциалами. Числовая последовательность из дифференциалов должна сходиться к нулю, который уже ничего не меняет в этой последовательности, но ставит фигуральную точку в процессе. В физическом смысле в этом нуле ничего не происходит кроме вневременной констатации события, а процессы происходят в интервалах между событиями.