Чтение онлайн

– Я здоров, - подтвердил мужчина, расправив плечи и гордо вздернув подбородок. Но глаза таили в себе неуверенность в сказанном.

– Желаю и впредь здравствовать!
– пожелал ему я и увел детей из бутика.

На улице продолжил свои рассуждения:

– Деньги лежали в пакете, а пакет с деньгами находился в конверте. Я предполагаю, что пакет был туго завернут, перетянут резинками, для создания чего-то, похожего на вакуум. Когда Мила вскрыла пакет, соприкоснулась с деньгами, именно тогда она и отравилась. Процесс шел постепенно, сразу не поняла, чем вызвано недомогание. А когда стало совсем худо, и она обратилась за помощью к медикам, было уже поздно. Успокаивает одно - больше никто не пострадал. И нам не придется опрашивать подруг Милы на предмет ресторана, в котором женщины обмывали покупку. Преступнику не обязательно было пропитывать все денежные купюры, достаточно было пропитать две наружные. Мила взяла пачку денег в руки, пересчитала...
– Я изобразил пересчет денег.
– Яд мог улетучиться... Или обсыпаться, если это вещество было сыпучим. Она сочла его за пыль. "Пыль" осталась на руках, попала в легкие, процесс отравления пошел. Осчастливленная находкой Мила не обратила внимания на "пыль", положила деньги в конверт, а пакет, в котором они находились, засунула туда же, в конверт. Может быть, не имела возможности выбросить его. Или причина была - в навалившем счастье, отключившем мозги.

– Было бы что отключать, - не сдержался от комментария Федор.

– Еще братом называется, - процедил сквозь зубы Михаил.

– Это прям наваждение какое-то было! И есть! Брат, когда же она тебя наконец отпустит?!

– Я любил ее.

– Любил. Смешно. Мила тебя околдовала своей раскрепощенностью! Ей нужен был такой муж, как ты, а тебе нужен был секс. Вот тебе простое объяснение! Многих ты знал женщин до нее? Можешь не отвечать, я и сам знаю - ни одной. Все твои отношения с женщинами дальше букетно-конфетного периода не шли. И тут появляется Людмила...

– Федя, давай не будем...

– И впрямь, сынок, давай закончим этот неприятный разговор... Мы выяснили, что продавец, державший в руках деньги из конверта, не пострадал, значит, не пострадали люди по цепочке. Из сказанного я могу заключить следующее: целью преступника была не Мила, она стала случайной жертвой. Все остальное нас не волнует. В чужую жизнь мы лезть не будем... И прошлое бередить не станем. Договорились?

– Договорились, - с разной степенью убежденности сказали мои ребята.

– А теперь мы заберем отца, и поедем к нам. Варя такую уху приготовила!
– закатил я глаза.
– Пальчики оближешь! И Симка за вами соскучилась.

– Нет, я с вами не поеду. Яна лежит в больнице на сохранении, а я буду по гостям расхаживать, - заявил Федор.

– Но мы же ее сегодня навещали в больнице. Думаю, Яночка не будет против, чтобы ты пообедал в кругу своей семьи, - привел я весомый аргумент.

– Думаю, не будет, - подумав, изрек Федя...

А через полтора месяца в нашу семью пришло долгожданное счастье - роилась дочь Федора и Яны. Малышку назвали Ингой. Инга Федоровна Хруцкая. С одного взгляда мне стало ясно: внучка - вылитая бабушка Дина. Жаль, Дина Чайка никогда не увидит своих взрослых сыновей и внучку, свою копию.

Тетя новорожденной, Серафима Романовна Хруцкая, долго изучала крошечку, осторожно дотронулась пальчиком до ее крошечной подошвы, отдернула пальчик, как будто обожглась, склонилась над ней, пристально изучила личико и сказала:

– Это кукла.

Так, с ее легкой руки, Инга стала Куклой на несколько месяцев. Когда начала соображать, родители и родственники вспомнили имя девочки, чтобы она привыкала к своему имени.

А пока Инга была Куклой, милым ребенком, улыбчивым и понимающим, не по возрасту...

Жизнь начала налаживаться. Я успокоился. Вновь почувствовал себя совершенно счастливым человеком.

Никак не ожидал получить страшный удар. Знал, что это случится... Старался не думать... Случилось...

В октябре от обширного инфаркта скончался отец. И не возраст и больное сердце тому виною... Люди... Корыстные... Бессердечные...

В один из дней бабьего лета, в первых числах октября, позвонил отец и радостно сообщил:

– Сынок, я прибрел очень нужную вещь!

– Что за вещь?
– отстраненно спросил я, занимаясь своими непосредственными обязанностями. Я был в кабинете один, поэтому мог немного поболтать с отцом, не отрываясь от процесса.

– Я купил прибор, контролирующий утечку газа.

– Стоп! Давай с подробностями!

– По квартирам ходили двое молодых людей, предлагали купить эти самые приборы, - без прежней бравурности проговорил батя, почувствовав подвох.
– Многие жители дома купили приборы контроля, не только я.

– И сколько же стоит этот прибор?

– Пять тысяч. Деньги немалые, но дело-то нужное, газ все-таки. Сам понимаешь...

– Батя, эти молодые люди - отъявленные мошенники. Они пользуются тем, что старики - доверчивые люди.

– Получается, меня обманули?

– Получается, так. Но ты не волнуйся, деньги я тебе возмещу.

– Дело не в деньгах, а во мне, - упавшим голосом произнес отец.
– Как я, будто бы не глупый человек, несмотря на возраст, мог поддаться уговорам двух мошенников.

Я был не рад, что заговорил на тему мошенников, пусть бы батя радовался своему "нужного" приобретению. Но рано или поздно обман был раскрыт.

Я постарался сгладить ситуацию.

– Пап, я тебя прошу, не волнуйся. Подумаешь, пять тысяч. Мы люди не бедные.

– Сын, дело не в деньгах, - повторился он, - обманув, меня унизили. И не говори мне, что не я один купился на обман, мне нет дела до других стариков!
– разошелся он не на шутку.

– Пап, я сейчас приеду.

– Незачем ко мне приезжать, у тебя ответственная работа. Не надо из-за каждого старого дурака, откладывать служебные дела.

– Ты не дурак, и не каждый. Я сейчас приеду.

Я застал отца без сознания. "Скорая" приехала быстро. Отца до больницы не довезли... Обширный инфаркт...

Я не собираюсь оставить это зло без наказания. Я найду молодых мошенников и сдам их в руки правосудия. Большой уголовный срок им не светит, но пройти испытание в колонии им необходимо.

В полиции приняли заявление от граждан, которым мошенники всучили приборы контроля утечки газа, и забыли. Никто злоумышленников искать не станет, даже если они косвенно виновны к смерти Александра Федоровича Хруцкого.

Сказать, что я любил и уважать отца, это ничего не сказать. Он был для меня всем. Никто мне его не заменит. Я не успокоюсь, пока не найду этих гадов.

Мальчишки были со мной солидарны, и тоже подключились к поискам.

Я находился в таком разобранном состоянии, при котором голова работает отвратительно, сообразительность близится к нулю. Я чувствовал себя девяностолетним стариком. Больным и вялым. Но благодаря внутренней силе и жгучему желанию покарать этих сволочей, я собрался.