Чтение онлайн

Входная дверь заскрипела, по прихожей застучали женские каблучки. На пороге застыла стройная брюнетка. Волосы были забраны в высокий конский хвост, перетянутый несколькими разноцветными резинками. Челка была высоко поднята благодаря начесу и лаку для волос. Все по-модному. Варька завистливо вздохнула и шепнула мне:

– Это Ника, дедова внучка.

– Привет, - с вызовом протянула Ника и спросила, - что здесь происходит?

– Твой отец пропал, - объяснил дед.

– Туда ему и дорога, - без грусти заметила девушка.

– И шкура его тоже куда-то подевалась, - добавил старик.

– Шкура - это моя работа. Мы с Прохором постарались, избавили тебя от этой гадости.

– Я позвонил Нике и пожаловался на отца, - обратился ко мне Петр Петрович.

– Мы с Прохором приехали на квартиру деда. В квартире никого не было, шкура лежала в гостиной возле дивана. Когда отец к деду приезжает, всегда спит на диване, а шкуру под ноги кладет, - объяснила Ника.
– Недолго думая, мы забрали шкуру и вывезли ее на помойку. Дыши свободно, дедушка!

– А ковер? Ковер-то где?

– Какой еще ковер?

– Из спальни. Два на три. Мы с твоей бабкой его двадцать пять лет назад купили по блату.

– Зачем мне ковер?
– передернула плечами Ника.

– Ты точно его не брала?

– Дед, ну ты чего? Не веришь мне, что ли?

– Верю. Действительно, зачем тебе ковер. А если был бы нужен, я б тебе его сам отдал.

– Так папаша точно пропал? Может, запил с дружками?
– заинтересовалась девушка, собрав складки между бровями.

– Он как не напивается, а домой всегда возвращается, - складно ответил старик.
– Ноги сами ведут его к дому.

– Идет на автопилоте, - не сдержался от уточнения мой сын Федя, доселе молчавший. Честно скажу - поразил меня в очередной раз.

Раз открыл рот один, другой решил последовать его примеру.

– Ваш отец, уважаемая Ника, вчера исчез из квартиры своего отца. Соседи вызвали милицию, милиция обследовала квартиру... Нашла ли что-то, нам не известно. Варя обратилась за помощью к моему отцу, Роману Александровичу, не теша надежду на удачные поиски милиции, - Мишка указал на меня, а Федька вставил:

– Нашему отцу.

– Нашему отцу, - согласился брат, - человеку, который отличается гениальной сообразительностью в вопросах распутывания сложных и запутанных преступлений.

– Иди ты!
– не поверила Ника.
– Неужели он сыщик? Как Пуаро?

– Пуаро, - хмыкнул Федор, - тоже мне, нашла величину! Мой отец...

– Хватит преувеличивать!
– не выдержал я.
– Не слушайте их Ника, я обычный экономист, работаю на обычном заводе...

– А в свободное от основной работы время, - не угомонился мой младший отпрыск, - помогает людям, нуждающимся в помощи. Как в данном случае.

– Кто-то у меня сегодня получит по заслугам, - тихо сообщил я обоим сыновьям, те в ответ только заулыбались.

– Это очень хорошо, что Варя обратилась к ТАКОМУ человеку, - возрадовался дедок, даже сгорбленную спину смог выровнять, от обнадеживающей радости.
– Роман Александрович, я на вас очень надеюсь. Каким бы ни был Пашка, а сын все ж таки. Один он у меня... И еще вот Ника. Больше нет никого.

– Дед, ну ты чего, - обратилась к нему внучка, - не переживай, ничего с отцом не случится. Погуляет и вернется, не впервой. - Никак обняла дедушку, по его лицу, по бороздкам морщин побежали слезы. Редкая жалость, участие близкого человека отняла последние силы. В обнимку дед с внучкой подошли к дивану и дружно сели.

Не ожидая приглашения, мы тоже расселись кто куда. Варя пристроилась рядом с дедом и его внучкой. Все это время я продолжал держать в руках фотоальбом. Фото приятелей - Паскаля Гнилорыбова и Трофима Ганкина - лежало сверху, прижатое к альбому большим пальцем.

– Чем это вы занимаетесь?!
– пошла в атаку Ника.
– Ищите преступников среди знакомых и родственников?!

– Альбом валялся на полу, - опередил меня Федор.
– Просто так альбомы на полу не валяются, - нравоучительным тоном изрек он.

Ника приподнялась и выхватила у меня фотографию приятелей.

– Я так понимаю, что и дядя Трофим тоже оказался в числе подозреваемых.

– Фотография выпала, когда я взял альбом в руки, - пояснил я, злясь на себя: почему я должен оправдываться перед этой пигалицей?!
– Петр Петрович, мне нужны координаты Трофима Ганкина, - обратился я к хозяину.

Всё, что я хотел узнать, я узнал...

Я отклонил предложение детей "обсудить и подумать", заявив, что еще ничего для себя не решил, и пожелал им спокойной ночи.

Наутро я будто бы все для себя решил. Решение можно выразить одним вопросом: "А мне это нужно?" Не нужно.

Скорее всего.

Решение было нетвердым, к окончанию завтрака в полном одиночестве решение "размякло", привело к следующим доводам в пользу моего участия в расследовании:

Во-первых, любой авторитет у детей надо постоянно подкреплять делами с успешным завершением. На успешное завершение дела я надеюсь, но не уверен. Буду стараться. Во-вторых, мне самому интересно, что же произошло в квартире Гнилорыбовых и куда подевался сын хозяина, Паскаль Петрович. В-третьих, жаль старика, хочется ему помочь.

Когда дети появились в кухне, я укрепился в желании провести расследование. Но от их помощи отказался, напомнил о труде на благо школы, и ушел на работу. Никто не освобождал меня от своих обязанностей. Во время обеденного перерыва я собирался наведаться к приятелю Паскаля Гнилорыбова, Трофиму Ганкину, который жил, к счастью, в непосредственной близости от моего места работы.

Кроме основной работы я имел подработку - оказывал профессиональные услуги двум малым предприятиях: вел бухгалтерию, проще говоря. Деньги платили небольшие, но вкупе получалось уже кое-что. Отец о моих подработках ничего не знал, по отношению к нему я жил по принципу: меньше знает, лучше спит. А то начнет выговаривать: эти кооператорщики все варюги, их место на нарах, а ты им помогаешь обманывать государство, тоже загремишь на нары...

Жизнь в девяностых в очередной раз доказала мне, что я выбрал правильную профессию: могу заработать своей семье на хлеб с маслом.

В обеденный перерыв я делал "левую" работу, потому не успел забежать к Ганкину. Успокоил себя тем, что в рабочее время едва ли застал его дома. А вот вечером...

После работы я отправился к приятелю пропавшего Паскаля Гнилорыбова. По дороге размышлял: почему следствие не заинтересовалось альбомом с фотографиями, который валялся на полу. Милиция халатно отнеслась к своим обязанностям, составила протокол, отпечатала квартиру и уехала...