Чтение онлайн

Улыбнулась благодарно. Такие нехитрые манипуляции друга, рассчитанные на то, чтоб показать песчанику, мол, нам не страшен серый волк, привели и меня в привычное состояние. То есть боевое. То есть надавить на меня теперь у рарха не выйдет точно.

Приняла более расслабленную позу, положив руки на подлокотники, закинув важно ногу на ногу, и уставилась на парня с тем же высокомерным прищуром, что и сам он транслировал на действия Эринира.

— Юная дева, — не скрывая желания передразнить некоторых, ответила я, — надеется на то, что друг удержит ее от поступков лихих и членовредительских, если вы начнете борзеть. И требовать нечто вовсе недопустимое. Поэтому советую пересмотреть прейскурант.

Гархэ кивнул, наигранно соглашаясь и руки на груди скрестил, задумавшись. А после с ленцой заметил:

— По-моему, Лианель, ты не в тех условиях, чтоб торговаться.

Пожала равнодушно плечами и напомнила:

— Вы не последний демон на планете…

— Мои люди без моего приказа и слова тебе не скажут, — не стал дослушивать принц Окаянного Владычества.

— Вы обладаете способностью оповестить весь ваш народ разом? Этакий телепатический рупор? — заметила насмешливо, и бровь подначивая, заломила.

Молчаливый, но от того не менее надежный троллик рядом одобрительно хмыкнул, доказывая, что я веду себя верно. А если и нет, то… Я же говорила, обстоятельства заставляют учиться ступать по воздуху, и вид принять соответствующий.

— Не обладаю, — нисколечко не стушевавшись, согласился песчаный демон, растягивая губы в очередной ухмылочке: — Вот только боюсь, что пока ты станешь искать себе сообщника, момент может быть упущен. Нынешняя ситуация, и наступление андрогинов на Рандию, как-то не располагают к промедлению. Не находишь?

— Я нахожу, что сумею изобрести способ управиться с этим в ускоренном режиме. Вы же сами не раз восхищались моей находчивостью, — заметила важно.

— А сейчас восхищен — изворотливостью, — перестав кривить насмешливо губы, выдал Салисен, разом становясь серьезным, если не сказать раздраженным.

Видимо демоняка устал обмениваться остротами. Что ж нельзя сказать, что и я не утомилась… Как еще пот со лба от потуг капать не стал, ума не приложу.

— Впрочем, так уж и быть, я стану осмотрителен в выборе желания, — делая уступку из разряда "великая", снизошел в итоге Салисен, и глазами эдак опасно полыхнул.

Мне же свои захотелось спрятать. Но поскольку не были они способны перебраться в карман, где темно и тихо, взор я выдержала. Еще и уточнять принялась:

— Как я могу узнать правду? И что ты хочешь за это? — пока говорила, осознала — губы пересохли до невозможности. Но когда пронаблюдала за тем, что все внимание рарха сосредоточено как раз на них, облизывать передумала. Потерплю.

Вот только вся беда в том, что старания остались напрасными.

— Из твоего сбивчивого рассказа, я пришел к выводу… — заложив руки за спину, принимая вид поучительной (прям хоть бери и записывай), и направляясь прогулочным шагом вдоль комнаты, дабы в следующий момент вновь приблизиться и повторить отступление, проговорил расслабленно Гархэ, — что скорее всего тайна сия, озвученная твоей матерью, произносилась при тебе. Ибо у вас принято новорожденных держать поближе к… хм, прикорму. Посему и клятву ни с кого сдирать, словно шкуру не придется. Достаточно вспомнить…

— Мне же было месяца два, — суть идеи демона я уловила, но нельзя сказать, что прониклась. Сразу. — Погоди… — добавила уже не так категорично, вынашивая в душе робкое сомнение: — Ты хочешь сказать, что можно…

Салисен понял меня на середине незаконченных выводов и, соглашаясь, кивнул головой. Подошел поближе, слегка наклонился и дотронувшись до моих висков средними и указательными пальцами, сдержанно изрек:

— Все находится здесь. Остается только отыскать путь к этому схрону. Вот и вся задачка.

— Так просто… — ухмыльнулась совершено невесело, и добавила: — И так непостижимо. Неужели и вправду можно вернуть воспоминания двухмесячного младенца?

— Ну, ты-то уже организм куда более разумный, посему углубившись в дебри собственной памяти, сумеешь понять то, что, будучи ребенком для тебя оказалось невозможно, — снисходительно пояснил рарх, продолжая прибывать очень близко.

Да так, что теплые касания его пальцев и дыхания, смутили. С запозданием, правда, но все же… Лицо я отстранила в тот же миг, и, придав голосу потерянную невозмутимость, деловито уточнила:

— Когда начнем?

Гархэ проследивший мои манипуляции со скрытым разочарованием, вздохнул, отошел, и вновь иронично осведомился:

— Так не терпится?

За меня ответил троллик, о присутствии, которого я слегка позабыла, воодушевленная предложением песчаника.

— Конечно, у нее ж там жених усыпленный без присмотру, да пригляду. А птицу такого полета надолго одного оставлять нельзя, — с намеком пробасил Рин, напоминая Златовласке, чтоб он знал меру в расточении обаяния.

— Усыпленный? — с интересов и присущей демону высокомерной насмешливостью, переспросил парень.

— Именно, — кивнул тролль, давая понять, мол, ты не ослышался, но и подробностей за просто так не получишь.

Поморщилась, и решила вернуть тему в правильное русло. Мой поступок, а вернее поступок Эринира, который мне предстоит выдать за свой, не казался поводом для гордости.

— Притомился Демир немного, — сказала холодно. — Вот и прилег отдохнуть. Что здесь такого?

— Действительно, — согласился принц Окаянного Владычества, и добавил едко: — Особенно, если это тебе на руку. А я-то все гадал, как у тебя выйдет улизнуть незамеченной.

— Ожидания оправданы? — заломила недовольно бровь.

— Не совсем. Не хватило некоего изящества, так свойственного юной сирине. Я скорее поверю в то, что это твоя заслуга, — и взор золотистых очей упирается в Рина.

Впрочем, троллю, этакие гляделки, что арбузу недовольство пчелы — жужжи, не жужжи, а в брюхо не влезу.

— Так что, советую призадуматься, поверит ли Птенчик. Он мне, конечно, глубоко не симпатичен, однако и в отсутствии мозгов я его упрекнуть не могу.

— Я буду убедительной, — сообщила мрачно.

И самодовольная ухмылка Гархэ сползла с лица. Взгляд сделался острым, если не сказать хищным, и принц хрипло подытожил:

— Могу представить.

— Так что там у нас с моими воспоминаниями? — напомнила обеспокоенно, понимая, что некоторых дипломатических посланников стало заносить и вовсе в пропасть.

Салисен еще несколько томительных секунд (в течение которых я ощутила себя дичью на вертеле) буравил меня не самым добрым и жадным взглядом, а после преувеличенно заинтересованно ответил вопросам на вопрос: