Чтение онлайн

Хотя стоило признать, что до такого прикрытия, как постоянная компания целого консистора, не додумывался еще ни один приверженец Серого Владыки. Здесь виконт Фрейский отличился донельзя — как, впрочем, и титулом.

— И крайне своевременная клятва, — продолжал тем временем консистор Нидер, старательно не глядя в мою сторону. Это должно было возмутить, но пока поведение священнослужителя только играло мне на руку, и я помалкивала. — В свою очередь, я благословляю ваши начинания, лорд Беренгарий, сэр Тоддрик, и да осветит Солнце ваш путь.

Тоддрик почтительно поклонился — с донельзя непроницаемым лицом. В мою сторону он тоже не смотрел, будто успел пообещать что-то и мне — и теперь стыдился того, что не сможет сдержать слова.

Я улыбнулась — очень воспитанно, сдержанно, одними губами.

Я сделала бы это в любом случае: мне слишком нужно было остаться в главной башне хотя бы до помолвки янтарного господина, а этого едва ли удалось бы добиться скандалом. Но Тоддрик подал знак музыкантам, и те поспешно — пока еще кто-нибудь в чем-нибудь не поклялся — грянули плясовую, и моя улыбка стала куда уместнее.

Рыцарь обернулся ко мне и замер. Его опередили, и возле меня уже стоял Лагот Фрейский собственной персоной. Склоняться перед чужой любовницей виконт не стал, но вежливо протягивал руку, и я сочла за лучшее поскорее принять приглашение.

Тоддрик отчетливо скрипнул зубами и протянул руку безмолвной сестре виконта. Та наградила его затравленным взглядом, но покорно вышла на свободное пространство между столами — а потом Лагот настойчиво потянул меня за собой, и я вынужденно отвернулась.

Нерешенных проблем хватало и без опрометчивых клятв и их последствий.

— У меня столько вопросов, — с ленцой протянул волколак, становясь напротив меня, — что я даже не знаю, с какого начать.

Я присела — одновременно с остальными дамами — и шагнула к нему, не отводя взгляда. Виконт был облечен властью, избалован богатством и влиянием, но вот забавная штука: я отчетливо ощущала, что благословения Серого Владыки он не добивался уже очень давно, да и раны, оставленные охотниками, давали о себе знать. Я была сильнее него — настолько, что при желании могла заставить его обернуться волком прямо здесь.

А у него хватило бы рычагов влияния, чтобы обвинить в обороте меня и самолично сложить костер. Слово порченой девки против слова виконта — даже Тоддрик не стал бы сомневаться в том, к кому из нас двоих стоит прислушаться в первую очередь.

Только консистор Нидер едва ли удовольствуется одним костром после этакого представления, так что самым благоразумным в сложившейся ситуации было просто не ссориться и договориться обо всем на берегу.

Вероятно, Лагот Фрейский и сам это прекрасно понимал — как и то, что попытка завязать приватную беседу со мной едва ли положительно скажется на его отношениях с янтарным господином. Танец в этом деле был куда безопаснее.

— Начните с самого простого, милорд, — посоветовала я и позволила увлечь себя в круг.

Лагот прижал меня к себе чуть крепче, чем того требовал танец. Это позволило ему склониться к моему уху и проникновенно прошептать:

— Зачем ты меня искала? — и лишь затем церемонно опуститься на одно колено, позволив мне обойти вокруг партнера, придерживаясь за его руку.

Я молчала до тех пор, пока он не поднялся и не придвинулся ближе.

— Хотела убедиться, что сэру Тоддрику ничего не угрожает, — честно призналась я и заработала такой ошарашенный взгляд, будто призналась в светлой и всепоглощающей любви к консистору Лидеру. — Это долгая история, но мне нужно попасть в его казну.

Готовящаяся кража из хранилища янтаря виконту показалась куда более понятной причиной для заботы о члене ордена, нежели внезапная симпатия к рыцарю, и Лагот ощутимо расслабился.

— С моей стороны ему ничего не угрожает, — легко подтвердил он, — как и твоим планам.

Я благодарно склонила голову и рискнула спросить:

— А для чего прибыл сюда милорд?

Лагот еле слышно фыркнул у меня над ухом.

— Чтобы заключить помолвку с прекрасной леди Сибиллой, разумеется, — с мягким смешком сознался он.

— Разумеется? — переспросила я ошарашенно — не столько потому, что и заподозрить не могла, что виконт может быть заинтересован в сестре янтарного господина, сколько из-за того, какое странное внутреннее сопротивление вызывала у меня мысль отдать Сибиллу волколаку. Хотя, казалось бы, в моей ли власти принимать подобные решения?

Не говоря уже о том, что вообще-то это было совершенно не мое дело.

— Ради чего ещё мужчина может тронуться в опасное путешествие через горное ущелье в самом конце осени, как не ради прекрасной дамы? — Лагот вальяжно изогнул одну бровь и ухмыльнулся, без утайки смерив меня взглядом.

Это было бы не просто нахально, а совсем уже глупо, если бы мы оба не видели леди Сибиллу в противоположном конце зала кружащейся в танце с лордом Беренгарием — во всяком случае, вокруг него. — Готов биться об заклад, что сэр Тоддрик сейчас готов отправиться на край света ради твоей улыбки!

Я послушно изогнула губы.

— Боюсь, сперва он тщательно запрет казну.

Виконт бессовестно расхохотался, едва не сбив тщательно выверенный рисунок танца, выстроенный из десятков пар. Тоддрик — разумеется, в самом центре многолюдной фигуры — вроде бы и не обернулся на звук, не смея оскорблять партнершу невниманием, но бросил в нашу сторону косой взгляд — такой острый и внимательный, что я покрылась гусиной кожей.

Он не мог слышать, о чем мы говорили, но расслабиться и наслаждаться танцем отчего-то уже не получалось.

— И что же ты будешь делать, маленькая мышка, если твоего рыцаря очарует моя сестра? — с нехорошим любопытством спросил Лагот, тоже заметив повышенный интерес Тоддрика к нашей паре.

— Не имею ни малейшего понятия, — честно призналась я, вызвав еще один смешок. — Значит, ваша сестра отправилась в опасное путешествие, чтобы очаровать сэра Тоддрика своей прекрасной улыбкой?

— Глупо было бы не попытаться, не находишь? — и не подумал отпираться Лагот. — Особенно сейчас, когда он поклялся жениться. Моя сестра — достойная партия, а прочные связи с Янтарным орденом ещё ни одному наделу не повредили.

— Даже такому, которым правит... — я запнулась, вовремя вспомнив, что некоторые слова лучше не произносить вслух, даже когда гремит музыка. — Которым правите вы?

По лицу виконта пробежала тень.

— Мой надел — именно та причина, по которой я тот, кто я есть, — обтекаемо сформулировал он. — Не всякий аристократ хорош с мечом, не всякий умело держится в седле, но всякий должен стоять на защите своих земель, когда придет нужда. А она приходила, и не раз — так что мне требовался покровитель. Не отозвался один бог — отозвался другой... Но моя сестра здесь ни при чем, и я бы предпочел, чтобы ты не стояла у нее на пути.