Чтение онлайн

Йанто, тем временем, настрелялся уже всласть и опустил винтовку. Мишка с опозданием заметил, что раненая рука совсем его не беспокоила — то ли сработал нанотех, то ли ему было просто наплевать на боль…

— Хорошее оружие, — сказал Йанто. — Сильное и точное. Очень сильное, — он посмотрел на жутко издырявленную стену. — Для охоты не годится, но в бою — самое то.

— А лук? — не удержался Витька.

— А что лук? — удивленно спросил Йанто. — Ну да, лук я сам сделал, а винтовка не знаю даже, как работает. Ну так и что? Обереги я тоже не знаю, как работают, — но работают же! А против у`рар этих лук всё равно не слишком-то поможет. Ну так против каждого врага — своё оружие же. Лук и копьё — против зверя, а против дурного врага дурное оружие нужно…

— Ты же сам сказал, что хорошее! — возмутился Витька.

— Хорошее, но дурное.

— Это как? — ошалело спросил Мишка.

— Хорошее — потому, что точное и сильное, а дурное потому, что убивать из него очень легко, — спокойно, как маленькому, пояснил Йанто. — По людям из него очень плохо стрелять, это правда. Но у`рар же не люди, а злые духи, а против злых духов злое оружие нужно.

Мишка ошалело мотнул головой. Правду говоря, рассуждения Йанто ставили его порой в тупик… хотя определенная логика в них, безусловно, была. В какой-то миг он даже позавидовал Йанто — вот повезло же человеку иметь такой взгляд на мир, где всё просто и понятно, даже то, что не понятно ни черта. Нападает непонятное — ясное дело, злой дух, а что против него особое оружие нужно — ну так как иначе-то?..

— Вот и славно, — подвел итог Сашка. — Будешь у нас, как Йоло говорит, тяжелым носителем оружия. Всё равно, никто больше из этой фиговины стрелять толком не сможет. — Он вздохнул и повернулся к Йоло. — Как тут с едой?..

С едой тут оказалось… неважно. Не в смысле количества, нет — с ним-то тут всё оказалось в порядке, тут, в этом складе, хранились сотни, если не тысячи тонн всевозможной жратвы, — а вот в плане качества…

Более-менее привычными тут оказались только какие-то фрукты, очень похожие на земные яблоки — только упакованные поштучно в какие-то полупрозрачные пластиковые контейнеры, очевидно, герметичные — после двадцати с чем-то лет они казались совсем свежими. Только вот на вкус… никакими, словно вата, да ещё, и сдобренная чем-то, отчетливо антисептическим. Едва разжевав кусочек «яблока», Мишка от всей души запустил остаток куда-то в глубину зала, а Йанто и вовсе не стал брать это в рот — лишь понюхал, брезгливо поморщившись…

С остальным тут оказалось не лучше. Такие же контейнеры с какими-то водорослями, похожими на земную морскую капусту — залитую каким-то, машинным на вкус маслом и совершенно несъедобную (как уныло пошутил Витька, ей тут питались роботы). Молоко в высоких квадратных жестяных банках — вернее, некая белесая жидкость с отчетливым привкусом то ли каких-то бобов, то ли брюквы, — за эти двадцать лет она ничуть не прокисла, и брать её в рот тоже как-то не особенно хотелось. Одноразовые запечатанные пластиковые миски с какой-то саморазогревающейся лапшей — очень аппетитно пахнущей, но отдающей не то пенициллином, не то ещё чем-то медицинским… Какие-то «бургеры», как назвал их Йоло, тоже поштучно упакованные в саморазогревающиеся контейнеры, похожие на крошечные хлебницы, — что-то вроде бутербродов с сосисками, только вот, похоже, в этих «сосисках» не было ни грамма мяса, — они снова отдавали какими-то бобами, да и хлеб был откровенно гадковатый на вкус… Более-менее съедобным оказался только местный чай — уже готовый, разлитый в жесткие зеленые контейнеры из пластика, — да знакомая уже розоватая, похожая на рыбный фарш масса в каких-то плоских поддонах из темно-серого пластика, упакованных стопками в уже готовые, тоже одноразовые пластиковые авоськи… Правда, как сказал Йоло, посмотрев на упаковку, это был корм для домашних животных, и даже не просто корм, а одноразовые, опять же, кассеты, которые вставлялись в автомат для кормления. Мишка едва не подавился от такой новости.

— Вы совсем тут свихнулись, — сказал он, отодвинув поддон. — Коту рыбу лень сварить…

— Котов у нас тут нет, — вздохнул Йоло. — Только пэнги… это такие зверушки, вроде слоников, очень забавные на самом деле… А автомат — это очень удобно. Зарядил — и на месяц забыл. И туалет тоже, там только наполнитель сыпать. Ещё автоматы для мойки домашних животных бывают…

— А смысл какой тогда живность дома держать? — удивленно спросил Сашка.

— Как какой? — удивился Йоло. — Престижно это… да и психологи советуют. Стресс там снимать и так далее… но заботиться же сложно. Поэтому — автоматы для кормления, автоматические туалеты, роботы специальные, чтобы питомцев домашних развлекать… Дистантники ещё есть, которые с импланта управляются или через пад, у кого импланта нет, — можешь прямо где угодно со своим любимцем общаться. А если проблемы есть с этим какие-то — так специальные зоопсихологи на это есть, и курсы, как контакт с любимцем своим установить… Там с кем угодно общаться научат — хоть с улитками, хоть с рыбками, хоть с насекомыми даже…

— За деньги, конечно, — ядовито сказал Витька. — Ну так за деньги-то и я тебя хоть с кирпичом общаться научу.

— Ну, за деньги, и что? — обиженно сказал Йоло. — Можно подумать, что у вас дома всё бесплатное.

— Неудивительно, что у вас тут всё в жопу пошло, — буркнул Сашка, невозмутимо очищая поддон. — Роботы для того, роботы для сего… неудивительно, что одни роботы и остались.

Йоло открыл, было, рот, чтобы возразить… но так ничего и не сказал.

На еде, однако, их злоключения не кончились. После неё возникла потребность в действиях… э-э-э… противоположного рода, — а из нашедшегося тут туалета Ленка выскочила с выпученными глазами. Как оказалось, монументального вида унитаз имел внутри некие манипуляторы, которые сами подмывали, вытирали и даже умащали неким приторно пахнущим кремом. Под стать туалету оказался и душ — тоже с массой подвижных душевых головок и манипуляторов, которые тянулись к мальчишке с губками и щетками, и всё время порывались устроить чуть ли не эротический массаж. Мишка чуть ли не подрался с ними — как настраивать всю эту фигню, он не разобрался, да не слишком и хотел. Нашлись тут и отдельные автоматы для маникюра, педикюра и даже для стрижки — но вот совать в них башку никто уже не решился. Даже по мнению Йоло мода на Дорине была… несколько странная, да и отдаваться в руки здешней полоумной техники никого, почему-то, не тянуло.

Мишка невольно подумал, что если вот здесь, в производственном, можно сказать, душе установлены такие вот излишества, то что же тогда стояло тут в квартирах… или, тем более, в здешних дворцах… и тут же понял, что знать это ему как-то не хочется. Гадко это было, тошно и гадко. И очень, так сказать, наглядно, если вспомнить кошмарные обрубки тел, вставленные в «трудовых дронов». И ещё более кошмарные «экскаваторы» на Юлиманге, от которой, по словам Йоло, сейчас вообще мало что осталось…

— Неудивительно, что вам всем тут нанотех этот нужен, — буркнул Сашка. — Я бы от такой еды на второй день уже сдох.

— У нас еда всё же получше была, — хмуро ответил Йоло. — С орбитальных ферм, в основном. А тут только синтетика дешевая… длительного хранения. У нас такую только по БЖП выдавали…

— А БЖП — это что? — спросил Мишка.

— Базовое Жизненное Пособие, — удивленно ответил Йоло. — Выдается просто по факту наличия гражданства — ну, если не работать совсем. На покрытие базовых потребностей — еда там, жилье, доступ в сеть, доступ к секс-услугам…

— Ничего себе, потребности. С ними и работать не надо, — сказал Сашка.

— Ну так на самом деле у нас мало кто работал, я это вроде говорил уже, — вздохнул Йоло. — Нет, если ты очень хочешь, то работу-то тебе найдут, но будешь секс-автоматы для домашних любимцев обслуживать или платным пассажиром работать, чтобы городской транспорт не простаивал. А не хочешь — можешь хоть всю жизнь на БЖП сидеть.

— Так у вас же вроде того… капитализм.

— А вот как раз потому, что капитализм, — возразил Йоло. — Потребители же должны потреблять, а как они без денег будут потреблять-то? А БЖП — всё же проще, чем рабочие места какие-то придумывать. Заводы-то всё равно так работают, и добывающие комплексы, а просто так рабочие места делать — так оно всё равно дороже БЖП выходит.

— Это уже не капитализм, а так… чучело какое-то, — буркнул Мишка. — Проще коммунизм уже сделать.

— Не проще, — возразил Йоло. — Там образование надо всем хорошее давать, а это сложно же и мало кто захочет. А заставлять — а права человека? Ну вот…

— А хоть что-то нормальное у вас есть? — вырвалось у Витьки.

— Почему? Есть, — Йоло удивленно взглянул на него. — На самом-то деле почти везде нормально всё. Падения, на самом деле, редкость. Потому, что теперь везде империи всякие… где работать — обязательно. И не домашним любимцам педикюр делать, а на заводе у станка стоять или там в шахте на астроиде каком. Не знаешь, — научим, не хочешь, — заставим, вот такой принцип. И автоматика жестко ограничена — как раз, чтобы не было такого, что 99 % населения просто себя нечем занять. Только там жизнь тоже не сахар, знаешь… Великие Дома всякие с интригами… ну и войны между империями… тоже часто бывают. И не только такие, когда флоты друг по другу долбят, а когда на поверхности миллионные армии. Ну а головы на самом деле мало кто класть хочет, всё же, поэтому — опять автоматика всякая военная, а где военная — там и гражданская же. Ну и люди ленивые же. Не хотят напрягаться, — добавил он неожиданно самокритично.