Йанто Путешественник
Шрифт:
— Вот, тут как раз расслабились уже… — буркнул Мишка. — Насовсем расслабились, аж до костей. Да и ты тоже… расслабился бы, если бы не мы.
— Ну, так, — Йоло вздохнул. — У меня отец на «Бесконечности» служит — это флагман нашего флота, ты его видел же у меня в комнате… Я тоже военным хотел стать… только там всё сложно как-то, — он опять вздохнул и замолчал.
— Так, ладно, — Сашка хлопнул себя по коленям и поднялся. — Давайте, в самом деле, спать, — а то совсем свихнемся же со всей этой полужизнью… Я подежурю пока…
— Почему ты? — ревниво вскинулся Витька.
— Потому, что вы тут задрыхнете, — ответил Сашка. — После меня Мишка будет дежурить, потом ты. Напоследок, под утро — Йанто, — Йоло он в число часовых не включил, но тот как-то не особо и рвался… — Ну, в общем, как-то так.
С тем, где спать, гадать долго не пришлось: конечно же, у пульта, управлявшего сигнализацией, где же ещё? Но возникла небольшая трудность: никаких постелей тут не обнаружилось, одни модерновые кресла — но и с них сидения не снимались. В конце концов, ребятам пришлось натащить мягких упаковок с какой-то, как сказал Йоло, голотканью. На самом деле, это была никакая не ткань, а слой легкого полупроводникового материала с миллиардами нанолазеров, датчиков и связанных с ними процессоров. Здесь её использовали в голографических проекторах, — ну и для маскировки, конечно: как опять же сказал Йоло, если обклеить себя такой тканью, то она будет проецировать образ фона во все стороны. Ей можно было покрыть любой объект, машину или даже скафандр, — но сейчас это занимало Мишку меньше всего. Упаковки были большие и мягкие, растянувшись на них, он с неудовольствием подумал, что тут, в этом громадном светлом зале, он вообще не сможет заснуть… и тут же с удивлением почувствовал, как кто-то трясет его за плечо.
Недовольно замычав, мальчишка сел и осмотрелся. Тряс его, как оказалось, Сашка, и Мишка с удивлением понял, что даже не заснул, а просто провалился в сон, как в люк. Казалось, что прошло всего несколько секунд, и он недовольно помотал головой. Конечно же, он ни черта не выспался, хотя и прошло добрых два часа. Как всегда в такой ситуации, хотелось рычать и кусаться, — и Мишка вновь недовольно помотал головой.
— Проснулся? — хмуро спросил Сашка. — Тогда вставай. Твоя очередь.
Мишке страшно захотелось послать его… но он всё же сдержал себя и поднялся, бессовестно зевая. Все остальные, конечно же, преспокойно дрыхли. Йанто обнимал свой ранец, словно Плюшкин — мешок с ассигнациями. Йоло свернулся в клубочек, поджав немыслимо грязные босые ноги — дома ему за такое точно отвернули бы голову… да и самому Мишке тоже. Дома он привык ходить босиком — только вот это значило, что ноги перед сном приходилось мыть…
— Что тут? — спросил он, вновь бессовестно зевая.
— Да пока спокойно всё… — Сашка тоже бессовестно зевнул, потом протянул ему автомат. — На, держи. Бди. Если задрыхнешь — башку оторву, ты меня знаешь…
— Да не маленький я, — Мишка взял оружие. Тяжелое, но зато удобно лежавшее в руках. — Ты меня тоже знаешь же.
— Знаю, — Сашка тоже зевнул. — Тогда я баиньки. Через два часа Витьку разбудишь. Только хвост ему хорошенько накрути, чтобы не заснул. А то мало ли тут что…
— Ну, это уж непременно.
— Вот и славно.
Сашка плюхнулся на упаковки и, похоже, сразу же задрых. Мишка прошелся туда-сюда, посмотрел на экраны. Тяжелый автомат оттягивал руки, он хотел закинуть его на плечо, но ремня у него не было. Мальчишке вспомнилась отцовская байка про солдата, которому злой прапор выдал автомат без ремня… тогда он мало что понял, но теперь для него начало доходить. Шастать туда-сюда с тяжелой железякой в руках — удовольствие то ещё. Не говоря уж о том, чтобы идти с ней на штурмовую полосу. Захотелось положить её на пульт, — всё равно, никто не видит же, — но он мужественно подавил это желание. В конце концов, он в самом деле часовой…
Спать хотелось всё же страшно, и он стал бродить туда-сюда, словно маятник. Если бы он сел, то точно заснул бы. Ладно, два часа потерпим…
Среди россыпи коробок вдруг что-то резко зашуршало. Мишка рывком повернулся… и заметил, как среди развала рухнувших со стеллажей коробок скользит толстое тело огромной металлической змеи.
Хорош же я сейчас бы был, подумал он, вскинув к плечу автомат. До пульта было добрых метров двадцать, он и не заметил, что отошел так далеко… До механической твари меньше — всего каких-то метров десять. Мишка уже почти нажал на спуск… и в этот миг вспомнил, что уже видел её тут раньше, когда они только что вошли сюда…
Длинно выдохнув, мальчишка опустил оружие. Какой-то ремонтный или инспекционный кибер, может, даже и не зараженный у`рар — или не имеющий приказа с ним связываться. При всем устрашающем виде эта машина не смогла бы причинить ему вред — разве что порвала бы штаны манипуляторами, да и то, если он это позволил бы…
Кибер скрылся среди развалов, шорох движения постепенно стихал. Польза от него, несомненно, была — по крайней мере, страх вышибил из мальчишки сонливость. Вот и отлично, подумал вдруг Мишка. Надо будет Витьку напугать — схватить за горло, например. Пусть он мне потом в лоб даст — но лучше уж так, чем проснуться в объятиях у`рар…
Умом мальчишка понимал, что ничего такое им не светит — ядерный взрыв станет первым признаком вторжения, а заодно и последним — но мало ли тут что…
Он возобновил свои шатания, на сей раз, стараясь не отходить от пульта слишком уж далеко — в конце концов, смотреть на экраны было явно полезнее, чем таращиться на россыпи коробок. Только вот остановившись у него он вскоре сел бы в кресло — и, конечно, заснул бы. Поэтому, приходилось урывками… но там ничто не двигалось, конечно…
Он вновь повернулся… и краем глаза заметил, как Йоло, поднявшись и запахнув свой немыслимо грязный халат, бодро направился куда-то в глубину зала.
— Эй, ты куда? — спросил Мишка. Без всякой задней мысли, просто потому, что часовому так положено.
— В туалет, — буркнул Йоло, даже не обернувшись.
— Так он в другой стороне же.
Йоло испуганно оглянулся на него… а потом вдруг побежал.
— Эй, стой! — заорал Мишка, вскинув автомат к плечу. Он понятия не имел, что это на Йоло вдруг нашло… и очень хотел выяснить. Но Йоло, казалось, даже не услышал его. Бежал он неловко, прихрамывая — верно, нога у него ещё не совсем зажила — но, ещё пара секунд, и он просто скроется за всеми этими развалами, а тогда… — Стой, стрелять буду!
Йоло дернулся, но лишь прибавил скорость. Мишка потянул за спуск… и, уже в последний миг опомнившись, задрал ствол вверх. Автомат грохнул, больно ударив в плечо, пули прошли над головой Йоло, ударив по ещё стоявшим на стеллажах коробкам, выбив из них массу пыли. Йоло взвизгнул, дернулся, пытаясь оглянуться, тут же споткнулся и плюхнулся на четвереньки. Мишка помчался к нему.
— Стой, гад, пристрелю!
Йоло повернулся, сел на попу, глядя на него… но подняться уже не пытался — Мишка стоял всего шагах в пяти, целясь в него. Лицо у Йоло вдруг побледнело до какого-то мерзкого, грязно-творожного оттенка, глаза стали совершенно квадратными. Панический ужас столь отчетливо хлестал из них, что Мишке страшно захотелось нажать спуск… просто из физиологического отвращения к трусу… и он, наверное, нажал бы… но тут к ним подбежали ребята.
— Что за черт? — спросил Сашка, обращаясь сразу к обоим.
— Сбежать, гад, попытался, — Мишка не отводил автоматного ствола от лица Йоло.
— Куда? — Сашка повернулся к Йоло. — Куда?!
Йоло попытался что-то сказать, но не смог — от испуга губы у него прыгали. Сашка размашисто шагнул к нему, схватил за грудки, вздернул на ноги, широко размахнувшись, влепил оглушительную оплеуху, потом вторую. Голова у Йоло мотнулась, взгляд стал совсем уже бессмысленным. Сашка с отвращением оттолкнул его, и он вновь плюхнулся на задницу. Мишка, длинно выдохнув, опустил автомат. Он сам сейчас не представлял, что это на него вдруг нашло. Ведь ещё мгновение — и он точно застрелил бы Йоло, а за что?..