Чтение онлайн

Постепенно разномастная компания начала сбиваться в кучки. Весь фургон разделился на небольшие группы. Но Джоктар не примкнул ни к одной из них. Он видел, что самые отчаянные и жестокие уже угадали в этой массе друг друга — начиналось зарождение банды. Юноша мог бы справиться с любым из них по отдельности: искусство, отточенное в уличных стычках на Терре, выручило бы его и сейчас. Но никакие ловкие приемы не помогут одиночке против целой оравы головорезов.

Проходящий в тряской колымаге день казалось никогда не закончится. Наконец сгустились сумерки и тягач заглушил двигатель возле небольшой придорожной станции. После относительного тепла в фургоне стужа, царившая на улице, показалась нестерпимой. Мгновенно под одежду забрались тысячи ледяных игл.

Наконец дрожащих людей загнали под купол. Глядя на закоченевших попутчиков, Джоктар сделал небольшое открытие. Его термокостюм был ничуть не теплее чем у остальных эмигрантов; мехов, в какие кутались охранники у него также не было — и тем не менее холод донимал его гораздо меньше, чем всех других. Более того, если на морозе его товарищи цепенели, он чувствовал прилив энергии.

Держа в руках очередной контейнер с той же тепловатой кашицей, он продолжал об этом думать. Память подсказала аналогичные примеры из его прошлого… Знойный Н-Йоркский полдень. На улицах ни души, все укрылись в дома под защиту кондиционеров. На него же жара практически не действовала, он с удовольствием подставлял тело лучам полуденного светила… А взять тот случай, когда его, совсем еще ребенка, повар с пьяных глаз запер в холодильной камере. Слезы закапали из его глаз, но не от холода, который делал висящие на крюках туши тверже дерева, а от чисто детского испуга темноты. Когда Мэй, тогдашняя фаворитка Керна, обнаружила его, то чуть не свалилась в обморок. Но еще больше потрясло ее то, что мальчуган с заиндевевшими от стужи волосами и ресницами самостоятельно выбежал из своей темницы навстречу свету и через минуту уже не вспоминал об этом приключении… И подобные эпизоды встречались в его жизни не один раз. Ранее Джоктар не придавал им значения. И лишь теперь, собрав воедино разрозненные факты, он рискнул предположить, что отличается от большинства людей тем, что сохраняет жизнеспособность в гораздо более широком температурном диапазоне. Не сослужит ли ему это свойство добрую службу в ледяной пустыне, если он надумает бежать с шахты?

Юноша настолько погрузился в свои мысли, что не замечал ничего вокруг. Вдруг кто-то с силой пнул его по вытянутой ноге.

— Эй, чего развалился?! Я тебе говорю, заморыш!

Джоктар поднял глаза. Этого он и ожидал, раньше или позже. Еще когда на его глазах среди эмигрантов сколачивалась банда, то он уже знал, что будет дальше. Все было старо, как мир. Эта компания, чтобы утвердить свое превосходство, первым делом постарается хорошенько запугать окружающих. Лучшим способом для достижения этого может послужить беспощадное избиение одного из эмигрантов, тогда никто не захочет быть вторым… Они решили, что легче всего будет проделать экзекуцию над Джоктаром.

Лохматая лапа протянулась к его груди, мясистые пальцы сгребли в комок куртку у ворота. Его рванули вперед с силой гораздо большей, чем необходимо, так как громила ожидал, что он станет упираться. Юноша же мгновенно расслабился и не воспротивился рывку. Судя по всему, для нападавшего такая тактика была в новинку, но еще меньше вязался с его жестоким планом дальнейший ход событий…

Встряхнув расшибленными костяшками пальцев, Джоктар перепрыгнул через рухнувшее на пол тело и приготовился встретить второго верзилу, который, видимо, решил повторить попытку своего дружка. Но их сближение прервал раздавшийся от двери окрик:

— Прекратить!

Джоктар сразу же почувствовал тиски силового поля. Он стоял, связанный по рукам и ногам, и молча смотрел на приближающегося охранника. Тот ткнул в него пальцем:

— Пойдешь со мной. — В ту же минуту невидимые путы стиснули юношу еще сильнее. — В тебе, как я вижу, избыток энергии. Это хорошо, на джампере нужен проворный грузчик…

Хотя прозвучавшее название ни о чем не говорило Джоктару, он понял, что здесь его путешествие прерывается, с запертым и охраняемым фургоном покончено. Не прибавится ли у него теперь шансов вырваться на свободу?

— Теперь вы! — охранник вскинул руку, и силовые плети обрушились на эмигрантов с такой силой, что многие не устояли на ногах, образовав на полу груду стонущих тел. — Услышу хоть малейший шум, всем не поздоровится. Слышите, свиньи?…

Он подтолкнул Джоктара к выходу. На улице юноша увидел забавную машину: точь-в-точь тот тягач, что тащил их фургон, только в несколько раз меньше.

— Гляди, — охранник подвел юношу к мини-тягачу. — Это джампер. На нем возят продукты и другие грузы для разведчиков и старателей, работающих в предгорьях. — Его рука указала на синеющие в сумерках вершины у самого горизонта. — Не вздумай попытаться бежать, если не хочешь проститься с жизнью. У тебя ведь нет такого, — охранник хвастливо развел полы куртки, подбитой толстым мехом, и тут же торопливо запахнулся, спасаясь от прорвавшегося к телу лютого холода. — Термокостюм тебя не спасет: его тепла едва хватит на время, необходимое для погрузки джампера. А теперь приступай к работе. Посмотрим, что ты можешь, кроме затевания драк.

Большая груда тюков и ящиков ожидала погрузки. Джоктар принялся один за другим закидывать их в люк машины. Поначалу мешки и ящики показались ему легкими, но закончив погрузку, он был весь мокрый от пота.

— Всё? — охранник направился к люку. — Полезай, едем.

Машина рванула вперед и новоявленный грузчик замахал руками, пытаясь за что-нибудь уцепиться. Действительно, свое название машина получила не случайно: она то плавно скользила, то вдруг совершила бешеные прыжки на ухабах. Мешки и тюки, а вместе с ними и Джоктара, швыряло по всему кузову.

Несмотря на вынужденную гимнастику, юноша почувствовал, что в кузове заметно холоднее, чем было в их фургоне. Термокостюм, конечно, действовал — без него мороз попросту сжег бы его тело. И снова Джоктар с удовлетворением отметил, что его состояние вполне приличное. Правда, пальцы в тонких рукавицах мерзли, но они не занемели, полностью сохранив чувствительность.

Наконец, они остановились.

— Выноси грузы с красной меткой, — велел охранник. — Смотри не перепутай, а не то тебе придется все переделывать заново.

В открывшуюся дверь люка ворвался пронизывающий ветер, швыряя в лицо мириады колючих снежинок. Глотнув этой адской смеси, Джоктар закашлялся, у него перехватило дыхание. Придя в себя, он взялся за работу. Охранник, нахлобучив меховой капюшон и натянув до самых глаз маску, встал рядом, взяв бластер наизготовку.

Бросив в его сторону короткий взгляд, Джоктар удивился: стражник ждал опасности не от него; тот внимательно смотрел в сторону гор, очертания которых неясно проступали в сумерках сквозь пелену из снега и ледяных кристаллов.

Джоктар начал перетаскивать мешки и ящики в небольшой купол — видимо, это был склад. Но вот грузы с красной меткой закончились. Он вскочил внутрь машины, дверца люка с лязгом захлопнулась, двигатель взревел и они тронулись. Юноша снял рукавицы и подышал на пальцы. Он вполне в состоянии всё это вытерпеть!

Его раздумья обратились к джамперу. Скорее всего, в кабине двое — охранник и водитель. Оба вооружены, а у него — голые руки, к тому же дверь люка на запоре. Он перевел взгляд на груз: нет ли там чего-нибудь, что может ему пригодиться? Но как бы он ни старался, всё равно вскрыть хоть один контейнер, не имея для этого инструментов, не смог бы. Да он особо и не надеялся на это: кто станет допускать невольника к оружию? Вооруженный раб — это уже мятежник.

Следовательно, попытаться бежать он может или во время прогулки, или когда предоставится более удобный случай. Его опыт игрока подсказывал, что за неудачами должна когда-нибудь начаться полоса везения. Он неоднократно наблюдал, как человек, попавший в такую полосу, начинал безошибочно угадывать раскладку карт в колоде. Подобное озарение иногда посещало и его самого. Но как научиться вызывать в себе эту способность в нужный момент? Этого он не знал, да и никто этого не умел.

А пока остается ждать везения… Размышляя, юноша машинально растирал руки, словно перед крупной игрой, где от чуткости пальцев зависит все.