Япония по контракту
Шрифт:
— Полетите следующим рейсом! — бесстрастно промямлил полицейский.
В Японии её ждала длинная цепочка — фирмач в аэропорту, номер в гостинице, Охара, самолёт на юг, и на южном острове Сикоку девять своих и Бог знает сколько японцев, приготовившихся открыть семинар. Теперь цепочка обрывалась. Лопалась в американском звене.
— Но следующий рейс завтра! — почти закричала Ольга.
Полицейский, кажется, испугался — русская, зависшая на целые сутки в американском аэропорту… Он вспотел ещё сильнее и быстрее застучал пальцем по клавишам, попадая не туда. Блодинка оставила свои хлопоты и подошла к их столу. Точно выхватив из пачки бумаг Ольгин билет, она позвонила куда-то и сообщила:
— Поздно! Рейс закрыт!
Полицейский застыл с открытым ртом.
— Стойте! — выкрикнула блондинка, разглядывая билет. — У неё бизнес — класс!
И отрапортовала в трубку отрывисто, по-военному:
— Есть! Ждите! Идём!
Не зря Охара хлопотал за неё у президента фирмы! С пассажирами бизнес-класса обращались иначе, чем с прочими.
— Не могли бы Вы подписать вот здесь? — полицейский умоляюще смотрел на Ольгу, тыкая толстым пальцем в конец полупустой анкеты. — Я закончу потом!
Господи, она готова была подписать всё, что угодно! Дрожащей рукой полицейский открыл её паспорт и приложил штамп визы. Косо оттиснутый отпечаток смазался, расплылся. Поджарая блондинка презрительно посмотрела на красную кляксу, и, отодвинув коллегу своим жёстким плечом, припечатала ещё раз — незыблемо и твёрдо. И собственноручно распахнула перед Ольгой дверь в Америку. Полицейский подхватил из тележки её чемодан и они бегом помчались по аэропорту Лос Анжелеса. У стойки авиакомпании их ждали. Пока служащий возился с её билетом, Ольга подняла глаза, осмотрелась — всё-таки вокруг была Америка! И бросилась догонять своего провожатого, который, отпихнув инвалида в коляске, влетал в лифт. Толстяк, обливаясь потом, промчался по душному рукаву и у входа в самолёт сунул Ольгин чемодан в руки низенькому стюарду в синем кимоно. Дверь самолёта плавно закрылась, едва не задев её. Пока стюард устраивал чемодан, Ольга, рухнув в кресло, соображала: это — конец? Или судьба приготовила ей ещё какой-нибудь сюрприз? Из самолётных недр вынырнула колеблющаяся, как тростинка, красавица в розовом кимоно, подплыла к ней, покачивая на подносе бокал с оранжевым соком. Ольга взяла протянутую ей горячую влажную салфетку, прижала к пылающему лицу. По радио объявляли, что самолёт, следующий рейсом в столицу Малайзии Куалалумпур, сделает остановку в Токио.
— Я Боб! — весело объявил сосед, поворачиваясь к Ольге всем длинным телом. — А Вы? Как Вас зовут? Как? Да кто же Вы? Русская? — Боб и не пытался скрыть изумления: русская не может позволить себе лететь в Куалалумпур! Да ещё бизнес-классом! — И откуда у Вас такой хороший английский? — Боб говорил почти сердито. — Вы учили язык в Москве? Не может быть!
С трудом примирившись с услышанным, Боб сообщил, что владеет платными автомобильными дорогами в Куалалумпуре и что обслуживание в самолётах авиакомпании Малайзия — лучшее в мире. Розовая красавица-стюардесса кликнула подружек и они покатили по проходам тележки с чашечками и плошками, в которых колыхалось нечто невиданное, восточное. Боб подмигивал стюардессам и помогал русской соседке выбирать еду, как знаток. Ольга не очень-то соображала, что ела, что пила. Боб надвинул на глаза тёмную повязку и засопел. А она не смогла уснуть до самого Токио. Стюард пригласил прилетевших в Токио к выходу и куда-то подевался. Пухлый чемодан, втиснутый на узкую полку, никак не хотел вылезать. Ольга с надеждой посмотрела на Боба, но тот только прощально помахал рукой "Бай!", слегка приподнял повязку и тут же опустил её опять. Рванув чемодан изо всех сил, она кое-как вытащила его и поволокла по узкому проходу.
В аэропорту Ольгу встречал представитель фирмы. Молодой парень приехал вместе с женой.
— Она должна пользоваться каждой возможностью, чтобы приобретать опыт общения с иностранцами! — чистосердечно признался он.
Водитель в белых перчатках кланялся каждому входящему в автобус, кондиционер тихонько жужжал, овевая пассажиров прохладой… Всю долгую дорогу из международного аэропорта Нарита в местный Токийский аэропорт Ханэда представитель фирмы развлекал гостью на скудном английском, а его жена при каждом обращённом к ней слове изумлённо хихикала и округляла глаза.
— Наша компания берёт на себя все Ваши расходы на территории Японии! — торжественно произнёс парень, подписывая гостиничный счёт.
А его жена удивлённо и радостно ахнула, принимая подарок — мексиканское серебряное кольцо. Ольге пришлось разорять собственные запасы — сувениры-то она не купила.
Войдя в свою комнату, Ольга прежде всего набрала номер телефона Охары.
— Добрый вечер! — сказала она.
— У меня тоже вечер! — ответил он и засмеялся. — Вот теперь я верю, что Вы прилетели!
А ей не верилось! Не верилось, что можно запросто открыть дверь и выйти на японскую улицу! Влажная, удушающая августовская жара и очень серенькая толпа — это было первое впечатление. Пожалуй, права была весёлая Лурдес: лучший подарок для японца — яркая мексиканка — подумала она, и попыталась оправдать японок — окраина, будний день… Из разрезанной сумки безобразно торчало содержимое. Ольга вошла в первый попавшийся магазин. Два юных продавца — парень и девушка дружно ахнули:
— Ах, как Вы пострадали! — И дружно обрадовались: — Ах, так это случилось не в Японии!
Бурно обсуждая, как бы сделать получше, они, помогая друг другу и сопя от усердия, заклеили порез широким скочем. И в такт закачали головами:
— Нет, нет, денег мы не возьмём! Добро пожаловать в Японию!
Ранним утром в залитом солнцем вестибюле гостиницы навстречу Ольге шагнул Охара — весёлый, молодой. Здоровый. И только голова его выглядела странно.
— Это — парик, из-за химиотерапии, — он улыбался так, словно говорил о чём-то забавном.
Ольга отстранила протянутую для пожатия руку, обняла Охару и крепко поцеловала.
— Да Вы что? Я совсем здоров! — сердился он, отнимая у неё чемодан.
— Дайте, я донесу!
Они позавтракали в буфете в аэропорту. Охара сам выбирал для неё японскую еду и спрашивал ревниво:
— Понравилось? — И смеялся, пересчитывая мелочь в своём кошельке: — Наверное в нашем министерстве иностранных дел не проверили мой банковский счёт. Если бы они посмотрели, сколько там денег, Вам визы бы не дали!
Этот выход Ольге подсказали в японском посольстве в Мехико:
— Вам легче будет получить визу, если кроме официального приглашения какой-нибудь гражданин Японии лично поручится за Вас.
Она написала Охаре и через несколько дней получила от него бумагу, сломавшую нерешительность чиновников — на бумаге был номер личного счёта Охары.
В самолёте он рассказывал Ольге о Японии, плывшей внизу:
— Мы летим в главный город острова Сикоку — Токушиму…
— Профессор Нимура из университета Токушимы, — представился человек, встречавший их в аэропорту.
— Профессора прислали специально для Вас, — озорно улыбался Охара. — Когда я приезжаю сюда читать лекции, меня встречают студенты.
Нимура подвёл их к большой карте острова.
— Вы будете жить здесь!
И, ткнув пальцем в маленькую точку на побережье, засветился гордостью. Через полчаса выяснилось — гордиться стоило. Почти задевая боками дома, машина Нимуры протиснулась через тесные улочки и вырвалась на неширокое шоссе. Плотный морской ветер ударил в открытые окна. Между лесистыми холмами открылась просторная поляна с аккуратно подстриженной лужайкой, а на ней — дворец. Настоящий дворец из сказки про Японию! Черепичная крыша изгибалась серебристым корабликом, красные перила балконов, как в пруду, отражались в серой глади вымощенного полированным мрамором двора. Тяжёлые двери тёмного дерева раздвинулись при их приближении. Про фотоэлемент думать не хотелось, легче было предположить невидимых слуг. Орнамент из зазеленевшей бронзы проплыл перед глазами — не то древний японский знак трилистник, не то значок йены — они так похожи! Вестибюль был сделан по обычаю японской прихожей — с возвышением сразу за порогом, огромным, как сцена. Сцену укрывал роскошный розовый ковёр. У его края теснилась небольшая стайка тапочек. Десять русских гостей, Охара, да два профессора из университета Токушимы — все обитатели дворца.